Огненный адепт
Шрифт:
Гора мусора выглядела впечатляюще — высотой по пояс здоровяку Согвину. В остальных местах каменный пол зала сиял первозданной чистотой.
— Убрался? Это хорошо… — тут Согвин замер на полушаге, как гончая, учуявшая добычу. — А что это с чанами?
— Ну-у, издержки уборки. Случайно получилось.
— Мать, мать, мать… — прошелестело негромкое эхо под сводами зала, когда главный сборщик заглянул в один из чанов.
Дилль поспешно отступил к выходу — кто его этого Согвина знает, вдруг он буйный?
— Стоять! — рявкнул Согвин. — Ты куда?
— Так ведь моё
— Ты сейчас сам кончишься! — прорычал Согвин. — Как ты умудрился зажарить два чана слиззов, нетопырь мелкий?!! Куда пошёл? Стой на месте, я тебя сейчас убивать буду!
Когда в зал пришёл Ильминг, он с изумлением увидел, как вокруг столов бегают Согвин и Дилль. Главный сборщик был, конечно, сильнее, зато Дилль — шустрее.
— Развлекаетесь? — осведомился Ильминг. — Детство вспомнили?
— Ты сейчас тоже присоединишься, — пообещал Согвин, пыхтя, как котёл из котельной. — Этот гадёныш изжарил штук двадцать слиззов! Месяц работы псу под хвост!
— Изжарил? — на сухоньком лице бывшего мастера-мага отобразилось недоумение. — Но ведь здесь в зале нельзя разводить огонь больший, чем в лампе. Иначе слиззы сдыхали бы быстрее, чем их засовывали бы в чаны.
Согвин остановился и, тяжело дыша, посмотрел сначала на Ильминга, затем на Дилля.
— Действительно. Здесь установлен запрет на разведение огня. Признавайся, заморыш, как ты его обошёл?
Дилль, в отличие от Согвина ничуть не запыхавшийся, шмыгнул носом.
— Я прибраться решил, ну и… заклинание у меня из-под контроля вышло. Тогда я убрал от него энергию, представляя, что она покидает меня. Вихрь-пылесос исчез, а вот с чанами что-то случилось. Наверное, это накопленная энергия виновата, но как она изжарила слиззов — понятия не имею.
— То есть, костра ты не разводил? — переспросил Согвин. — И всё-таки загубил двадцать слиззов. Ничего не понимаю! У тебя же установлен запрет на использование магии.
— Установлен, — сказал Дилль, изобразив раскаяние. — Наверное, всё дело в заклинании мастера Иггера. Оно и помогло обойти блок.
Согвин уселся на скамью и махнул рукой.
— Ладно, раз не поймал — живи. Но теперь ты будешь целыми ночами бродить по коридорам, пока не возместишь потерю. И знай: если повара затребуют мясо, которого не окажется, я отправлю им тебя.
Дилль тоже сел, но с другой стороны стола — просто на всякий случай. Ильминг, не спускавший глаз с Дилля, спросил:
— Что это за заклинание, которое тебе дал сумасшедший Иггер? Могу я взглянуть?
Дилль внимательно посмотрел на Ильминга. Вот ведь нахал — сначала отправил его на верную смерть, а теперь имеет наглость просить заклинание. Видимо, тоже хочет попробовать преодолеть свой запрет. Тогда Диллю совсем несдобровать.
— Тебе оно не поможет — Иггер написал его для того, кто владеет драконьей магией, — соврал он. — Если бы кое кто не сбежал из Неонина…
Ильминг поморщился, словно Дилль ткнул ему пальцем в открытую рану.
— Знаешь, адепт, не дорос ты ещё говорить мне такие слова, — наконец сказал он.
— Не дорос? — взорвался Дилль. — А как насчёт канализации и муаров?
Согвин
— Не понимаю, о чём он говорит.
— Ах, не понимаешь? — Дилль от негодования вскочил со скамьи и обвиняюще ткнул в Ильминга пальцем. — А по чьей милости я оказался в канализации?
— Ты был в городской канализации? — Согвин нахмурился. — Я же тебе велел держаться от неё подальше.
— Был! — рассерженный Дилль совсем забыл, что собирался утаить этот факт. — Меня туда Ильминг столкнул.
— Ильминг? — Согвин помрачнел.
— Я? — его помощник недоумённо развёл руками. — Но я ничего не делал. Я этого адепта не видел с тех пор, как он ушёл из зала. Не понимаю, почему он решил, что я его куда-то толкал?
— А кто это ещё мог быть? — запальчиво воскликнул Дилль. — Сначала ты меня толкнул, когда я смотрел вниз, а потом зажёг надо мной магический световой шар, чтобы побольше муаров набежало. Кто бы это ещё мог сделать, кроме тебя? Уж всяко не Согвин — он-то не маг. А больше никого тут и не было.
Согвин и Ильминг переглянулись, и главный сборщик с озадаченным видом почесал за ухом.
— Вообще-то прошлой ночью сюда приходил мастер Гвинард с инспекцией. Говорил, что после очередного эксперимента в сборник ушли особо ядовитые отходы, и он хочет лично убедиться, что никакой реакции не случилось. Убедился, что всё нормально, и ушёл.
Теперь уже Дилль озадаченно принялся чесать голову. Мастер Гвинард? Тот самый «маг-одуванчик», который накладывал заклинания боевой ярости на драконоборцев. Мастер водной и воздушной стихий, а также мастер магии металла. И кроме всего прочего, наставник Теовульфа, который все уши Диллю прожужжал о том, какой мастер Гвинард замечательный. Вот так дела!
У Ильминга хотя бы мотив есть — он ведь считает Дилля виновником своей беды. Это если предположить, что бывший мастер-маг пытался укокошить непревзойдённого и неподражаемого победителя дракона. А вот чем он мог насолить мастеру Гвинарду — второму человеку в Академии после гроссмейстера Адельядо, Дилль так и не смог придумать.
Глава 12
Наутро Дилль почувствовал себя плохо. Голова раскалывалась, в горле першило, глаза слезились, а из носа текло, как с крыши в оттепель. Ночное путешествие по холодной вонючей жиже и последующая прогулка по заледенелому городу сделали своё дело — Дилль простыл.
Само собой, немедленным результатом явился очередной поход к смотрителю Криану — это постарался архимаг Сигус. Наставник по риторике, как уже выше упоминалось, терпеть не мог нечленораздельного бурчания, а именно такие звуки издавало простуженное горло Дилля, когда он попытался повторить сказанное учителем.
— У бедя дасборг, — объяснил Дилль Сигусу.
— Тогда что ты здесь делаешь со своим насморком? — хмуро поинтересовался наставник. — С таким произношением ты только что вместо правила постановки слов едва не произнёс команду на расстановку столов. Ну-ка, марш отсюда!