Огненное море
Шрифт:
Альфред стоял у иллюминатора и смотрел на сумрачный пейзаж за стеклом; мыслями он все еще был на Абаррахе. Его мучило сожаление и раскаяние.
— Я вовсе не собирался заглядывать в глубины твоего прошлого. Я не слишком хорошо могу управлять…
— Заткнись и сядь.
Альфред вздохнул и сел — или, вернее сказать, рухнул — в углу. Там он и застыл в неподвижности, подтянув колени к подбородку.
Пес свернулся рядом с Эпло, положив голову ему на грудь.
Патрин устроился поудобнее и погладил пса, потом почесал его за ухом. Пес прикрыл
— Сартан. Ты не спишь? Альфред молчал.
— Альфред, — недовольно поправился Эпло.
— Нет, не сплю.
— Ты знаешь, что будет с тобой на Нексусе. — Эпло говорил, не глядя на сартана — он смотрел на пса. — Ты знаешь, что сделает с тобой мой Повелитель.
— Да, — ответил Альфред.
Мгновение Эпло колебался — то ли не знал, как продолжить, то ли сомневался, стоит ли вообще это говорить. Когда он решился, голос его зазвучал тяжело и резко, словно этими словами он разрушал какую-то внутреннюю преграду:
— Тогда, будь я на твоем месте, я не стал бы дожидаться моего пробуждения
— меня уже не оказалось бы на борту.
С этими словами Эпло закрыл глаза.
Альфред несколько мгновений изумленно смотрел на него, потом мягко, почти ласково улыбнулся:
— Я понимаю. Благодарю тебя, Эпло.
Патрин не ответил. Его тяжелое, прерывистое дыхание стало легче, ровнее; выражение боли покинуло его лицо. Пес вздохнул и придвинулся ближе к хозяину.
Врата Смерти открылись и втянули корабль внутрь. Альфред откинулся назад, прислонившись к деревянной переборке. Сознание покидало его. Ему показалось, что он слышит сонный голос Эпло, хотя, возможно, это был уже сон:
— Я так и не выяснил, что это за Пророчество. Думаю, это уже неважно. Там, внизу, не останется никого, чтобы исполнить его. Да и кто верит в эту чушь? Как ты говорил, сартан, если веришь в пророчества, приходится верить и в высшую силу…
«Кто верит?..» — подумал Альфред.
Глава 47. ГАВАНЬ СПАСЕНИЯ, АБАРРАХ
Лазары, разгневанные тем, что упустили драккор, обратили свою ярость против живых, еще остававшихся на Абаррахе. Клейтус повел свои армии мертвых в атаку на небольшой отряд беженцев из Кэйрн Телест.
Выживших вел Балтазар, которому удалось уйти живым с пристани. Под защитой принца Эдмунда некромант поспешил вернуться к своему народу, укрывавшемуся в Пещерах Салфэг. Он и принес им ужасающие вести о том, что их собственные мертвые обратились против них.
Люди Кэйрн Телест бежали от мертвых на равнины умирающей земли. Но надежды у них не было, ибо среди них было много больных и детей, которые не могли идти достаточно быстро и без остановок. По счастью, их страдания длились недолго. Мертвые преследовали их неотступно, и вскоре последним живым Абарраха не осталось иного выбора, кроме как остановиться и сражаться.
В эти времена я был среди лазаров, делая вид, что я — один из них, ибо знал, что мой час еще не пришел. Принц Эдмунд оставался со мной. Хотя
Люди Кэйрн Телест выбрали полем битвы долину неподалеку от Столпа Зембар. Они подумали о том, чтобы попытаться защитить детей, больных, немощных и стариков. В конце концов, однако же, они решили, что это не имеет значения. Исход войны с мертвыми был предрешен. А потому мужчины и женщины, старики и дети взялись за оружие и приготовились к битве. Они выстроились в линию — семьи держались вместе, друг стоял плечом к плечу с другом. Счастливы будут те, кто умрет первым и чья смерть будет скорой, — так думали они.
Мертвые выстроились в поле напротив живых. Их армия была огромной, почти в тысячу раз превосходя армию Кэйрн Телест. Впереди расхаживали Клейтус и лазары. Король наставлял кадавров: убитых некромантов Кэйрн Телест должно доставлять к нему, дабы мог он воскресить их.
Я знал, что на уме у Клейтуса, поскольку присутствовал вместе с остальными лазарами на его советах. Как только народ Кэйрн Телест будет уничтожен, он намеревался пройти через Врата Смерти и направиться в иные миры. Его цель — править вселенной, населенной мертвыми.
Высоко запели боевые трубы кадавров, эхо подхватило звук и унесло его под своды пещеры. Живые Кэйрн Телест сомкнули ряды, в молчании ожидая своей участи.
Мы с принцем Эдмундом стояли в первых рядах войска. Его призрак обратил ко мне лицо, и я увидел, что знание, которого он жаждал и которого ждал, снизошло на него.
— Скажи мне слово прощания, брат.
— Прощай, брат, и да будет мир Тебе на твоем долгом пути, — ответил я. — Да познаешь ты наконец покой.
— Хотел бы я пожелать того же тебе, — ответил он.
— Когда моя работа будет завершена, — сказал я ему.
Мы прошли вместе, плечом к плечу, и заняли свои места в первых рядах мертвых. Клейтус смотрел на нас подозрительно и настороженно Он запретил бы нам участвовать в битве, если бы мертвые не разразились приветственными криками, полагая, что сам принц Эдмунд поведет их в бой против своего народа.
Клейтус ничего не мог поделать с нами. Сила и могущество мое возросли за последние несколько дней, они озаряли меня, подобно солнцу, которого я не видел никогда — кроме как в видениях сартана, пришедшего из иного мира, того, кто называл себя Альфредом. Я знал источник этой силы. Я знал, какую жертву должен принести, чтобы пользоваться этой силой, и был готов к этому.
Принц Эдмунд поднял руку, призывая к молчанию. Мертвые повиновались: умолкли глухие крики кадав-ров, утихли бесконечные стоны призраков.
— В этом цикле, — крикнул принц Эдмунд, — смерть приходит на Абаррах!
Мертвые возвысили голоса в единодушном крике. Лицо Клейтуса омрачилось.
— Вы не поняли меня. Смерть придет не к живым, — звенел голос Эдмунда, — но к нам, к мертвым, Избавьтесь от страха, как это сделал я. Верьте в него…
Он преклонил передо мной колена и сказал: