Огнём и сталью
Шрифт:
Гермиона в ответ только фыркнула и как обычно ушла с самым гордым видом.
Около дивана словно бы из-под земли выросли близнецы Уизли.
— Мои соболезнования, Ральд.
— Ты ещё не женат…
— …а уже подкаблучник.
— Это грустно.
— Это печально.
Милая улыбка на губах Харальда превратилась в угрожающий оскал.
— Но я ведь действительно не собирался взрывать туалет! — честно признался Поттер и затем добавил. — Только пару унитазов — не больше.
— …И
Мальчик мысленно выругался, выпрямился и, нацепив самую беззаботную улыбку, повернулся к Грейнджер.
— Какая сегодня великолепная погода, Гермиона! — жизнерадостно воскликнул Поттер. — А этот лёгкий свежий ветерок со стороны озера…
— Харальд, не паясничай. Что ты тут делаешь? Да ещё и с мешком за плечом.
— А ты сама что тут делаешь? — решил пойти в контратаку Поттер. — Урок-то ведь уже давно кончился…
— Лично я осталась проконсультироваться с профессором Спраут относительно домашнего задания, — спокойной ответила девочка, скрещивая руки на груди. — И ты так и не ответил на мой вопрос, Поттер.
— Да удобрения я тут… позаимствовал… на время, — признался Мальчик-Которого-Не-Так-То-Легко-Укокошить.
— Фу, Харальд! — скривилась Грейнджер. — Только не вздумай принести навоз в гостиную!
«Сама ты навоз.»
— Разумеется, Гермиона!
«С напалмом и химоружием проблем нет, а вот взрывчатку из амиачной селитры придётся ещё изготовить…»
Внезапно мальчик замер и растерял всё своё веселье.
— Слушай, Гермиона, а ты змей боишься?
— Это ещё тут при чём? — не поняла Грейнджер.
— Ммм… Слушай, можешь подойти ко мне поближе? Мне тебе на ушко кое-что надо шепнуть.
— Харальд, ты что несёшь?
И тут Гермиона заподозрила что-то неладное и посмотрела себе под ноги. Прямо около её ног неторопливо ползла небольшая змейка. Девочка взвизгнула и едва ли не одним прыжком оказалась за спиной Поттера.
— Прочь, тварь!!! Харальд, убери её!
«Нехорошая какая-то традиция складывается,» — мрачно подумал мальчик. — «Мне теперь её что — постоянно защищать? Зря тогда я это „всегда обращайся“ ляпнул…»
Но делать нечего — змею и правда бы надо попросить убраться восвояси, пока кто-нибудь не решил сделать рубленную змеятину при помощи садовой лопаты. Поттер только было открыл рот, чтобы отдать приказ на парселтанге, как с недоумением услышал тихое шипенье:
— Как прикашешь, Кховорящяя…
И змейка начала шустро уползать прочь.
— Стоять. Что ты сейчас сказала?
— Я сказала, чтобы ты её убрал! — Грейнджер крепко вцепилась в плечо Поттера, из-за которого озабоченно высматривала рептилию.
— О, как я ратта! Такая честь! Такая ратость! Срасу
Мозг Харальда заклинило.
— Так, стоп! Тайм-аут! Тайм-аут!
Мальчик плюхнулся на траву, складывая из ладоней букву «Т».
— Гермиона, ты что, понимаешь, что говорит змея?
— Что за чушь, Харальд? Животные не разговаривают!
Змейка, оскорблённая в лучших чувствах, прошипела что-то огорчённо-невнятное и подползла поближе к Поттеру. Девочка со страхом проводила её взглядом.
— Ага… Значит, не разговаривают… А меня ты сейчас понимаешь?
Некоторая доля самообладания вернулась к Грейнджер и та нашла в себе силы насмешливо фыркнуть:
— Конечно понимаю, Харальд. Ты же не животное… — подумала, добавила. — Мне на это очень хочется надеяться. Потому что временами ты ведёшь себя как настоящая свинья!
— А ничего, что я сейчас говорю с тобой на парселтанге, то есть языке змей?
— Не смешно, Харальд.
— А я и не шучу, Гермиона… Привет, змейка, а как тебя зовут? Меня — Харальд.
То, что он умеет говорить с любыми рептилиями мальчик понял ещё в детстве. И тогда же он был предостережён отцом, что этот сомнительный талант лучше не демонстрировать кому попало. Ведь парселтанг издавна считался исключительной прерогативой тёмных магов и двумя самыми знаменитыми змееустами были Волдеморт и Салазар Слизерин.
— Кховорящщщий окасал феликую честь нетостойной! Имя нетостойной — Фошше. О как ше толко мы штали фашеко фосфращения, Феликий!
— Её зовут Фошше… — поражённо прошептала Грейнджер. И рухнула на траву рядом с Поттером. — Но, Харальд… Ведь парселтанг… Им владели только чёрные маги…
— … и последним из которых был Тёмный Лорд, — закончил фразу мальчик. — «Взлёт и падение Тёмных искусств в ХХ веке», глава «О дарах и проклятьях Зла», страницу и абзац уже не помню.
Грейнджер явственно побледнела, её губы задрожали.
— А у тебя классные скелеты в шкафу, Гермиона, — продолжал изгаляться брюнет, весело поблёскивая нахальными зелёными глазами. — Поголовье змееустов в Британии, оказывается в два раза больше, чем я считал раньше…
— Харальд, нужно об этом рассказать МакГонагалл, — решительно заявила девочка. — Или даже самому директору! Он должен разобраться, почему мы можем понимать змей!
— С ума сошла, что ли? — флегматично осведомился Поттер, поглаживая пальцем змеиную голову. Ужик (точнее, ужиха) счастливо зашипел. — Это ты — рождённая среди простых людей волшебница, сейчас в шоке и ужасе. А представь, что будет, когда вся школа узнает, что Гермиона Грейнджер — змееязычная колдунья. Это же крест на всей твоей дальнейшей жизни… Если ты, конечно, не надумаешь поиграть в пламенную феминистку, свернуть со светлой дороги и провозгласить себя Тёмной Леди.