Официантка
Шрифт:
Марине казалось, что она хорошо представляет себе, как все было тогда. Хан наверняка тоже заметил, и достаточно давно, что Николай имеет свойство то и дело терять свои ключи. А связка ключей от дома и ключи от машины были у него по раздельности, и обе они выпадали из его карманов с одинаковой частотой. Вот он их, наверно, улучив момент, и подобрал, посадил заранее за отдаленный какой-нибудь столик своего парня и передал ему Колины ключи. Тот поехал на Колином джипе, сшиб старушку, еще, наверно, постарался номерами перед прохожими засветиться, вернулся, поставил
Теперь бедному Коле только и оставалось, что прятаться. Мчаться, сломя голову, из Москвы. Что он и сделал. Порадовав кого-то. Но кого? Неужели Хана? И думает ведь сейчас Коля, что Хан, его верный друг, его спасает, помогает ему.
Что нужно Хану от Николая? Зачем его понадобилось убирать из Москвы? В чем Коля не должен участвовать? Что увидеть?
Марина знала, кто должен ответить на все эти вопросы. Конечно, сам Хан. Только так, что и сам он ни о чем не догадается.
Теперь для Марины все средства были хороши. За час до открытия ресторана она приехала с дедком, который, не попортив замок, подобрал ключ к двери комнаты, в которой Хан часто оставлял свои вещи. Деду Марина хорошо заплатила, объяснив, что потеряла единственный ключ от её служебной комнаты.
В комнате Хана ничего особенного не было.
Однако Марине нужно было завладеть ключом, чтобы дождаться нужного момента.
— Каринка, ты должна мне помочь, — затащив Карину к себе в машину, сказала Марина. — Это для меня так важно, что ты даже представить себе не можешь.
— Что? — Карина с волнением посмотрела на сестру. Та не шутила.
— Эту неделю, а может, и следующую ты будешь ходить на работу каждый день, хорошо? Приходишь просто попозже, но каждый день. Работаешь, как обычно, но до моего особого распоряжения. Пока мне не понадобишься для дела. А потом будешь гулять, сколько захочешь. Мне очень это надо.
— Хорошо, — секунду подумав, ответила Карина.
— Я тебя кое-что очень важное попрошу, — продолжала Марина. — Только ты не спорь со мной, а делай то, что я скажу. Договорились?
— Да.
— Тогда, сестричка, слушай. Сейчас едем в парикмахерскую и делаем одинаковые стрижки. Просто одинаковые. Инкубаторские, я бы прямо сказала. Раз-раз — и все.
— Как же?.. — Волосы Карины отросли уже почти до пояса, она укладывала их в пучок. — Жалко, столько растила.
— Да что там беречь — хвостик крысиный. Только что длинный, — сказала Марина. — Правда, не обижайся.
— Да, — вздохнув, согласилась Карина. — Хвостик. Только все равно жалко. И Валера…
— С Валерой твоим я сегодня же поговорю. Позвоню ему. Что он у тебя, сатрап, что ли? Все он поймет. Делаем примерно так же, как у меня сейчас. Чтобы ты была совсем похожа на меня, понимаешь? А работаешь ты все это время с другой прической — залижешь все назад, лаком побольше зальешь, чтоб было похоже, что все как раньше осталось. Это чтоб в глаза не бросалось. Кто там заметит, что у тебя нет твоего длиннющего хвоста? Только разве наши. Но им ты так, сболтни что-нибудь несущественное…
— Да. Но зачем?
— Я же говорю, надо. В один момент тебе нужно будет изобразить меня, сказала Марина, подруливая к магазину. — А сейчас купим нам два одинаковых костюмчика, чтоб уж на сто процентов, к тому же переодеваться там просто некогда будет. Нельзя мне никак облажаться, понимаешь? Так все натурально должно быть, что просто ой-ей-ей…
Действовала Марина так решительно, что у Карины не было возможности возражать и не соглашаться с сестрой.
«Значит, на самом деле, очень надо», — решила Карина.
— Марин, а это не опасно? — выходя из магазина, все же не удержалась и спросила она.
— Это, может, и опасно, но не нам с тобой, — уверенно сказала Марина. — Я тебе обещаю: когда все получится, сделаем мы все, и тогда я тебе с подробностями о том, что мы с тобой делали, и расскажу.
И снова Марине повезло. Хан позвонил ей и попросил заказать стол на шесть человек.
— По какому поводу банкет? — самым веселым голосом спросила его Марина.
— Большая удача, — тоже весело ответил ей Хан.
— Сделаем.
— Посидишь с нами?
— О, как все серьезно. Я буду единственная дама?
— Конечно, Маринчик.
— Ты мне льстишь. Ну, тем более договорились. На когда?
— На завтра, на семь вечера. Ну, спасибо.
«Посмотрим, что там у тебя за удача», — злорадно подумала Марина, вышла в зал и записала в журнале метрдотеля: «11.02. 19.00 — Хан. 6 человек. Столик в „Боярском углу“. 3 подачи. Стандартный банкет с полным обслуживанием».
Вечером она опять подхватила Карину и инструктировала её долго, словно речь шла о чем-то жизненно важном.
Хан появился в «Генерале Топтыгине» гораздо раньше семи часов вечера. Он шумно завалился в ресторан со служебного входа. Сопровождавшие его люди были в основном незнакомыми Марине, они минут на двадцать скрылись в комнатке, расположенной между складом и помещением для обслуживающего персонала, а затем вышли в зал и уселись за стол.
Карина, одетая, причесанная и накрашенная совершенно точно так же, как Марина, под ключом сидела в Маринином кабинете. Смене Марина объяснила, что отпустила Карину на день рождения какой-то родственницы.
Обслуживали Хана и его друзей два официанта. Вполне можно было обойтись и одним, но Марине хотелось пыль в глаза пустить Хановым дружкам.
И вот Хан и его команда уселись за столик, им подали аперитив, затем холодные закуски. Марина наблюдала за ними и видела, что оживлены они и радостны особенно, а значит, действительно случилось что-то приятное.
«Испорчу я вам сегодня праздник, ребятки! — Марина безумно любила рискованные игры, а уж игры на чужих нервах — тем более. — Есть Бог на свете. Никто вас не просил меня за столик зазывать, а теперь уж вы все сполна получите. Дайте только с Каринкой мы вас обработаем, а уж тогда я одна буду солисткой на вашем концерте!»