Офицер

Назимов Александр

К счастью, больше не выполняли фигуры высшего пилотажа. Еще один разворот и заход на посадку. Хаким плохо посадил самолет, не погасив скорость до нужной границы. Произошёл удар такой силы, что нас подбросило вверх. Резину кончит, придурок, подумал я. По переговорному устройству назвал его шайтаном. Он засмеялся. Когда вырулили со взлетки, увидел, что ведущая пара села тоже плохо. Горячие головы, быстро угробят такую технику. Она им на шару досталась, за все заплатил наш народ. В душе я был злой на майора. Когда открылся фонарь, мне не хотелось с ним встречаться взглядом, хотя знал, что еще придется летать вместе.

Хаким дождался, пока я вылезу из кабины, и с улыбкой подал руку. Ответив на рукопожатие, я тоже улыбнулся и уже не сердился на майора.

– Молодец, – сказал он.

Объявили построение возле самолетов всему персоналу. Командующий ВВС от имени президента объявил благодарность. Тараки стоял в окружении свиты и бурно жестикулировал руками. Наверное, на него произвели впечатление показательные полеты суперсовременных истребителей.

Когда кортеж уехал, к нам подошли наши офицеры. Федулов сказал:

– Тараки дал указание, чтобы в ближайшем визите в Саудовскую Аравию его самолет сопровождали истребители. Он получит разрешение на пролет от властей Ирана. У Ирака с Ираном конфликт за территорию, а Афганистан занимает нейтральную позицию. Тем более иранские торговые караваны идут транзитом через Афганистан из Индии и Китая. Им придется пропустить боевые самолеты через свое воздушное пространство.

– Когда состоится визит?

– В первой половине сентября. Центр присвоил президенту Афганистана псевдоним «Гур», в своих донесениях только так его называть.

Позже я из словаря узнал, что «Гур» – это горный баран. Центр держал Тараки за барана, наверное, тот того и стоил.

– Что у вас с леди? – обратился ко мне полковник.

– Пока ничего. Объект никуда из виллы не выходил, разве ночью. Мы ведем непрерывное наблюдение и при первой возможности рассекретим ее.

– Постарайтесь побыстрее это сделать, ребята. Москва срочно требует.

Федулов попрощался с нами и уехал вслед за президентским кортежем. С ребятами поговорить не успели, они уехали вместе с охраной.

Мы остались праздновать успешное завершение показательных полетов. В большом котле сварили барана с раскатанными листами теста. Очень вкусное блюдо. Пили вино и чай. Хаким оказался веселым и дружелюбным мужиком. Делился своими впечатлениями от пребывания в Союзе. Он высокооплачиваемый, из элиты ВВС, но все равно уровень жизни ниже, чем в СССР. Живет он в пригороде Кабула в родительском доме, с женой и тремя детьми. Обещают дать квартиру в доме для летчиков. В Каченском училище научился не только управлять МИГом, но и пить неразбавленный спирт, чем сильно гордился. Я спросил:

– Зачем все из машины выжимал, ведь очень опасно на предельных оборотах и таких углах крена летать?

– У нас нет ограничений, так более эффектно, вот и решил удивить всех.

–Это получилось, особенно нас удивили.

– Что мурашки по спине бегали?

– Не мурашки, а стадо бизонов.

– Дома разденешься, глянешь на спину, там остались следы от стада.

– Больше летать с вами не хотим, лучше в 154-м.

– Не бойтесь, мы почувствовали силу этих машин и уверены на все сто. До командировки еще пару вылетов сделаем сами, а в Аравию полетим вместе. Жаль, топлива мало завозят. Командование и так нам выделяет больше всех.

Попрощавшись, мы уехали на виллу. Мне было интересно, какую бумагу положил мне

в карман Федулов при отъезде. Не думаю, что задание. Он бы не стал так рисковать, это меня заинтриговало. С нетерпением ждал, когда доедем до виллы, чтобы уединиться. Ожидал всего, но только не письма от Ирэн. Оно пришло с дипломатической почтой. Наша переписка подлежала цензуре. Ребята уже получали почту от жен, Федулов привозил им на стрельбище. Я тогда тоже получил от родителей, дома было все хорошо, за меня переживали. Ответы мы передавали через Хабиба, он требовал не заклеивать письма.

Письмо написано очень душевно, переполнено эмоциями и любовью. Она думает обо мне днем и ночью. Перевела часы на наше время, чтобы жить в ритме со мной, узнает, какая здесь погода. Ирина дала согласие выйти за меня замуж. Теперь у меня есть невеста, я очень обрадовался, был на седьмом небе от счастья. Она пошла против воли родителей. Как только вернусь, сразу в ЗАГС. О письме Морозовы не знали, она нашла свой канал. В их семье часто бывали чиновники высокого ранга, генералы. Мое настроение было восторженным, хотелось все рвать и метать вокруг. Поделился с Володей своей радостью.

– Поздравляю! На свадьбу пригласишь?

– Обязательно!

– Что с фифой будем делать?

– А, что с ней делать, отобьем у Тараки, и будет жить с нами.

Посмеялись. Шутки шутками, а задачу выполнять надо. Пойду на пролом, сегодня ночью выскочу в сад. Если попадусь, скажу, эмоции переполняют после полетов, решил пробежаться, снять нагрузку. Самое лучшее решение – то, которое приходит внезапно. Не всегда одерживает победу тот, кто все взвешивает и долго думает. Должно присутствовать везение и фарт. Мне по жизни везло, хотя иногда были падения. Но все же большая часть моих спонтанных решений, идущих из глубины подсознания, заканчивалась удачно.

Я переоделся в спортивный костюм и прилег на кровать. Допоздна слушали музыку. Ночью дежурный часто засыпал, это мы видели, выходя в туалет. На это я и рассчитывал сегодняшней ночью. Так оно и получилось. Выйдя в коридор в два часа ночи, увидел, что дежурный крепко спит, положа голову на скрещенные руки.

Я выскочил в окно туалета, оно выходило на неосвещенную сторону здания, и побежал по дорожке. Окна в спальне Элизабет были открыты, горел свет. Определить, была ли она там, невозможно. Решил оббежать весь сад и парк. Сначала побежал по центральной аллее, луна хорошо ее освещала. Немного пробежав, услышал разговор охранников – значит, она здесь. Оббежав по боковой дорожке – места возможного нахождения охраны, оказался возле фонтана, ночью он не работал. На лавочке сидела женщина, увидев меня, поднялась и спросила:

– Русский, что ты здесь делаешь?

Я опешил, она все про нас знает, в том числе и о запрете находиться на территории ночью.

– У меня бессонница, решил пробежаться, мисс.

– Откуда ты знаешь, что я мисс?

– Не знаю, потому что не проверял, – пошутил я.

Она засмеялась.

– Ох и наглые эти русские.

– Я не русский, украинец.

– Для нас вы все русские.

– Вы обратились ко мне на английском. Ваши волосы светлые, значит иностранка. Я всю обслугу знаю в лицо, не могу даже представить афганскую девушку-блондинку. Вот и сделал вывод, что вы нездешняя. На вилле никто не владеет английским, Хабиб предупредил об этом.