Офицер
Шрифт:
Нас удивило поспешное введение советских войск. Это ещё раз подтверждало слабость демократического правительства и о нарастающей силе оппозиции. Федулов, когда прибыл на виллу, прямо оценил создавшуюся ситуацию:
– На этом не закончится наше присутствие в этой стране. Своими силами им никогда не справиться. Попомните мои слова, ещё не одно подразделение пересечёт границу Афганистана. Если мы здесь упустим свою сферу влияния, то американцы и англичане своего не упустят.
– Значит, мы здесь надолго? – спросил я.
–
– Здесь гражданской войной попахивает? – продолжал я.
– Подпольно она уже давно идёт, с момента апрельской революции, но угроза военного противостояния возникла только сейчас. На 70 % территории оппозиция сформировала боевые подразделения, тайно получающие помощь из Пакистана.
– Пусть поставят границу на замок.
– Это невозможно. Только Гундукушские горы занимают 1/5 территории. По всем проходам и ущельям не поставишь заставы, все равно пролезут по горным тропам. Своих сил справиться с боевиками правительство не имеет. Думаю, они будут просить ввести наши части для прикрытия Кабула и важных стратегических объектов.
– Может, встреча в Эр-Рияде примирит стороны?
– Не думаю. Оппозиция не принимает участия в этих переговорах, хотя изменения во внешнеполитической деятельности возможны. Лишь бы не в худшую сторону, от них всё можно ожидать. Это же мусульмане, нам их никогда не понять, как и им нас.
Лето пролетело быстро. Визит Тараки был назначен на 11 сентября. За два дня Хабиб предупредил, что вылет в десять, но мы выедем в семь.
– Почему так рано?
– Так нужно, я буду с вами.
В назначенное время мы были готовы к выезду. Хабиб приехал на президентском «мерседесе». Мы сели на заднее сидение. Водитель подъехал к входу в виллу. Шенон вышла во всем белом. Строгий костюм, элегантная шляпка, жемчужное ожерелье. На пальцах – золотые перстни и кольца. Я вышел и пропустил ее в машину, она оказалась между мной и Володей.
– Здравствуйте, господа, рада видеть вас. Новая форма вам к лицу.
– Здравствуйте, леди. Вы неотразимы. От аромата вашего парфюма можно опьянеть.
– Спасибо, Алекс, за комплементы. Мы в официальной поездке, прошу вести себя соответствующе, без фамильярности, присущей вам.
– Слушаюсь, мэм.
«Мерседес» шел мягко, скорость не чувствовалась. Подъехали прямо к трапу. На аэродроме суетились люди, ездили машины. За два часа до вылета мы разместились во втором салоне. Первый предназначен для президента. Везде стояла охрана. Кресла в салоне располагались друг против друга, между ними – невысокие столики. Хабиб усадил нас спиной к входу. Шннон сидела
Через час на аэродром запустили журналистов и телевидение. Хабиб зашторил наш и ближайшие иллюминаторы. Теперь понятно, почему так рано приехали, они не хотят ее светить. Значит, и в Аравии будут соблюдены меры предосторожности. Когда подъехал кортеж президента, Хабиб вышел из самолета. Официальная церемония проводов заняла минут пятнадцать. Тараки поднялся на борт, за ним – официальная делегация. Охрана и чиновники пониже рангом заполнили наш салон. Женщин в самолете не было, многие кидали взгляды в нашу сторону.
Шенон читала журнал и не обращала ни на кого внимания. Я делал вид, что читаю, разглядывая публику. Когда взлетели, Хабиб открыл шторы. Рядом летели МИГи. Впечатляющее зрелище. Все смотрели на них. Шенон долго разглядывала самолеты.
– Это новая модель?
– Да.
– Как называется?
– МИГ-29.
– Ваши обычно новые самолеты не продают, держат в секрете. Почему они сделали исключение для Тараки?
– Мне неизвестно, такие решения принимаются на высоком уровне.
– Кремль зря ничего не дает, Тараки дорого заплатил?
– Их передали по договору о дружбе и сотрудничестве безвозмездно.
– Тараки заплатит за все свободой Афганистана, бесплатный сыр есть только в мышеловке.
– Я солдат и далек от политики, мое дело – выполнять приказы, и ваши в том числе.
– Приятно слышать о такой преданности.
– Это мой долг и обязанность.
– Вот таким, Исмаил вы мне больше нравитесь.
В МИГах сидели одни летчики. Значит, ребята летят в первом салоне.
Через два часа приземлились в аэропорту Эр-Рияда. Церемония встречи заняла двадцать минут. Тараки уехал с официальной делегацией в резиденцию короля. Нас на лимузине отвезли в пятизвездочную гостиницу «Сеттарейс Аравия» («Звезда Аравии»). Номера находились на двадцатом этаже. Нас с Володей поместили в двухместный номер. Шенон и Хабиб разместились в одноместных номерах. Еду приносили прямо в апартаменты. С большой лоджии хорошо был виден город, в центре – высотные дома, а по окраинам – коттеджи и частные дома.
– Без моего разрешения никто не может покинуть гостиницу, включая и вас, мисс Шенон, – сказал Хабиб.
– Я хочу вечером спуститься в бар, – сказала она.
–Только с охраной. Исмаил, доложите мне, когда вернётесь.
– Слушаюсь. Во сколько нам быть готовыми, мэм?
– В 19 часов.
– Приятного всем отдыха, – пожелал Хабиб.
– Благодарим.
Мы приняли душ, пообедали и прилегли отдохнуть. Абу включил телевизор. По новостям показывали церемонию встречи. Мы увидели Серёгу и Толика. Ребята выглядели очень эффектно. Показали наши истребители, они сделали круг и улетели на военную авиабазу.