Однажды ночью

Лоуренс Стефани

– Только не надейтесь отделаться от меня, – тихо проговорила Аманда, – не показав мне свою коллекцию, особенно ту часть, что «с Востока».

Мартин покосился на нее.

– Вам нет надобности смотреть на такие вещи.

Аманда попыталась выдернуть руку из-под его локтя, но Мартин крепко сжимал ее пальцы.

– Если вы считаете, что их общество слишком опасно для меня, то должны предоставить альтернативу. Вы предложили мне взглянуть на коллекцию – я приняла ваше предложение. Все это слышали.

– Вы серьезно настаиваете? – Судя по тону, он решил, что

она свихнулась.

– Да, – уверенно ответила Аманда.

Мартин еле слышно чертыхнулся. Выпустив ее руку, он залез в карман, достал блокнот и написал записку Реджи Кармартену, в которой сообщал, что спас его подругу и вынужден отвезти ту домой. Отдав записку лакею, он снова взял Аманду за руку.

– Поехали.

Глава 8

– Как я понимаю, – холодно произнес Мартин, когда карета повернула на Парк-лейн, – вы не позволите мне доставить вас домой и тем самым закончить вечер?

– Нет, – уверенно подтвердила Аманда.

Что ж, выбора у него нет. Мартин сожалел о том, что испортил ей вечер. Он почему-то нервничал, хотя в этом не было причины: он проводит ее в библиотеку, покажет книгу с чертовыми гравюрами, а потом отвезет домой. Вот и все. На сегодня.

Карета свернула на аллею и, как обычно, покатила к задней двери. Мартин хотел было отругать кучера, но вовремя вспомнил, что парадную дверь не открывали уже сотню лет. Карета остановилась, он вышел и помог выйти Аманде, объясняя свое волнение тем, что она – первая гостья из высшего света с тех пор, как этот дом стал принадлежать ему. Однако пока он вел ее через темную кухню и по коридорам, его волнение только усиливалось.

Аманда радовалась темноте, правда, темнота была неполной: при свете свечи, которую Мартин захватил из кухни, она разглядела мебель в чехлах из грубого полотна. Едва переступив порог, она сразу ощутила мрачную нежилую атмосферу дома.

Это было самое настоящее логово.

Аманда поежилась. Было очень зябко, почти холодно – очевидно, только огонь в кухонном очаге не давал исчезнуть этому «почти». Неужели Мартин проводит здесь все свое время? Широкая лестница вела из напоминающего мавзолей холла на теряющуюся во мраке галерею. Оглядевшись, Аманда обнаружила, что почти все двери открыты и что комнатами не пользуются. Она опять поежилась.

Это не дом, это просто жилище, лишенное души, и вряд ли это можно объяснить тем, что он холост и живет один. Просто здесь не осталось ни человеческого тепла, ни уюта.

Второй коридор был пошире, но таким же мрачным.

«Мрачным» – именно это слово пришло на ум Аманде. Как он может жить здесь?

И тут Мартин открыл какую-то дверь. На Аманду хлынул поток света, удивительно теплого и радушного. Она прошла внутрь и замерла на пороге как вкопанная.

Так вот где он обитает!

Ее взгляд перескакивал с одного предмета на другой, однако трудно было разглядеть все сразу. К тому же эта уютная комната никак не сочеталась с заброшенным домом. Потрясенная, она сделала несколько шагов и, остановившись, стала поворачиваться вокруг своей оси.

Очевидно,

раньше – ведь дом очень старый – здесь был бальный зал, а потом его переоборудовали в библиотеку. Вдоль всех стен стояли книжные шкафы, забитые книгами в кожаных переплетах и с украшенными золотом или серебром корешками. В огромном камине, где можно было бы зажарить целого быка, горел огонь. Окна стены напротив камина выходили в сад с залитыми лунным светом лужайкой и фонтаном. Высокие каменные стены, окружавшие сад, увивал плющ.

Аманда подняла глаза к потолку и едва не задохнулась от восторга. В каждом сегменте куполообразного потолка чрезвычайно детально были изображены созвездия: звери, рыбы, птицы. Ими можно было любоваться часами, и Аманда с трудом отвела от них взгляд.

Девушка огляделась по сторонам, и ей показалось, что она тонет в роскоши. О том, что хозяин хорошо знает Восток, свидетельствовали украшения из слоновой кости тонкой резьбы, нефритовые статуэтки, стоявшие на деревянных постаментах, шелковые дорожки, покрывавшие серванты. Натертый пол устилали яркие ковры, чьи краски переливались в свете свечей.

Напротив камина стояли кресло и кушетка с вышитыми золотом шелковыми подушками – свидетельство того, что Мартин живет именно в этом помещении.

Аманда была потрясена, причем не богатством обстановки, а ее яркостью.

«Как же дом похож на него!» – вдруг подумала девушка. Классический фасад заперт на замок, невзрачная задняя дверь и мрачные коридоры, которые ведут в самое сердце дома, туда, где властвуют красота, знание и чувственные удовольствия.

Обернувшись, Аманда увидела, что Мартин подкладывает дрова в камин. Она подошла к ближайшему книжному шкафу и бегло просмотрела названия на корешках. Здесь было представлено все: искусство, античные писатели, поэзия, эссе, философия, книги на латыни, греческом, немецком и французском – собрание действительно было обширным.

Аманда заинтересовалась инкрустированным яйцом, стоявшим на одной из полок. Она какое-то время рассматривала тонкую работу, а когда поставила его на место и повернулась, то обнаружила, что Мартин наблюдает за ней с непроницаемым лицом.

– Итак, – она указала рукой на шкафы, – какую из книг мне нужно изучить?

Мартин подошел к ней.

– Вам ничего не нужно изучать, – сурово произнес он.

Аманда тщетно пыталась понять выражение его глаз.

– Но я хочу, – настаивала она. – Ведь вы не можете предложить мне других развлечений. – Увидев, как быстро он помрачнел, она поспешно добавила: – И не забывайте, одна из тех книг – с Востока.

У Мартина на скулах заиграли желваки. Секунду он смотрел на нее, потом поднял руку над ее головой и, вытащив с полки книгу в переплете из коричневой кожи, сунул ей в руки. Аманда даже зашаталась – такой она оказалась тяжелой.

– Присаживайтесь. – Мартин кивнул в сторону камина. Он зажег канделябр и поставил его на невысокий столику кресла. Аманда же направилась к кушетке, привлеченная красотой шелка, и устроилась среди подушек. Кушетка была довольно широкой, поэтому сидеть было вполне удобно.