Одиссея Тёмного принца

Силаева Ольга

– Я… мне уже легче, – прошептала Таисса. – Перед тем как я потеряла сознание, мне было… куда хуже.

Это было правдой. Сейчас она могла дышать без боли, мыслить и рассуждать. Увы, ни жар, ни лихорадка никуда не делись.

– Где Янсонс?

– Клаус отвёз его на батискафе на поверхность. Там его ждал гидросамолёт… или водные лыжи. Я не вслушивался.

Голос Альбини звучал сухо и безжизненно. Таисса внимательно взглянула на Альбини.

– Как ты сам себя чувствуешь? – негромко спросила она. –

После… внушений? Ты здорово держался.

– Я здорово боялся, – поправил он её, бережно коснувшись впадинки локтя. – Этот Янсонс в любой момент мог отдать мне безмолвный приказ, а я бы его даже не понял. Хорошо ещё, что я вовремя картинно взялся за лоб, и это помогло.

То есть он всё-таки был иммунен к внушениям. Чего и следовало ожидать.

– Тебя вырвало, – нерешительно сказала Таисса. – Усилием мысли. Как? О чём таком отвратительном ты мог подумать?

Альбини хмуро посмотрел на неё.

– Точно хочешь это знать?

– Да.

– Сначала… я вспоминал, что делали с… одним парнем… Светлые. – Альбини говорил очень медленно и осторожно. – Они пытали его, вкололи ему дрянь, после которой он не мог сопротивляться приказам, и… в общем, это было не со мной, но кошмары до сих пор снятся мне.

Он помолчал пару секунд.

– Но это было просто страшно. Не отвратительно. А потом я вспомнил, что ты говорила мне о Янсонсе. И подумал… о том, что он мог делать с тобой.

Таисса вздрогнула и зябко обняла себя за плечи.

– Ничего, – глухо сказала она. – Он ничего не успел сделать.

– Я знаю.

– Откуда? – Таисса изумлённо посмотрела на него.

Альбини поморщился:

– Ходят слухи, что ты проткнула ему живот. И… в общем, я рад, что ты справилась сама. Просто… представил, что могло быть иначе. А он, чёрт подери, был в трёх шагах от меня, и я не мог свернуть ему шею.

Таиссу снова начало трясти. Проклятая лихорадка не желала уходить.

– По твоему иммунитету здорово шарахнуло, – пробормотал Альбини. Он заново намочил ткань, налив на неё из бутылки с дорогой граппой и совершенно не обращая внимания на то, что алкоголь льётся прямо на ковёр. – И, в отличие от этого твоего нанораствора, здоровье ты себе обратно не включишь. Приподнимись.

Таисса послушно приподнялась и чуть не зашипела, когда он принялся стаскивать с неё топ.

– Ты совсем спятил?

– Вот серьёзно, тебя сейчас волнует скромность? – раздражённо отозвался Альбини. – Я не рискну колоть тебе какую-нибудь фармацевтическую дрянь: чёрт знает, как отреагирует твой нанораствор. Так что будешь раздеваться и пить вишнёвый чай как миленькая. Я не собираюсь пойти по миру, потому что девочка из высшего общества вдруг передумала снимать халатик.

Он отбросил топ в сторону и принялся обтирать ей бока, держась подальше от области сердца.

–

Просто представь, что я один из твоих парней, – сообщил он тише. – Тот же Дир из лазарета, который вдруг отрастил крылья и примчался, узнав, что его маленькой принцессе нужна помощь.

– Ты мог бы его выпустить, – проговорила Таисса. Она не глядела на Альбини.

Тот хмыкнул:

– Извини, но рисковать своей шкурой, чтобы он поставил тебе градусник, я точно не буду. Нет, ты правда меня стесняешься? Сколько у тебя было парней? Уж точно не меньше полудюжины.

Таисса мрачно посмотрела на него.

– Полудюжины? У меня? – Она подняла бровь. – Да ты шутишь. Не меньше десяти – из тех, чьи имена я ещё помню. И это если не считать веселья на вечеринках.

Альбини ухмыльнулся, заканчивая обтирать ей живот:

– Вот-вот. Никогда не отказывай себе в удовольствиях, верно?

Тонкие пальцы, неожиданно красивые, задумчиво побарабанили по её голой коже.

– Хотя иногда, – вдруг сказал он, – лучше от них отказаться.

Таисса моргнула, невольно приподнявшись.

– Почему?

– Лежи тихо. – Он осторожно потянул вниз шёлковые пижамные штаны, придержав их, чтобы бельё не сползло вместе с ними. – Сейчас закончу и налью тебе чаю. Пять минут.

– А аспирин?

– Чтобы, если у тебя кровь пойдёт из носа, она текла не переставая? Знаешь ли, мне всё-таки дорог этот ковёр.

По коже потекла приятная прохлада, и Таисса выдохнула, чувствуя, как прикосновения влажной ткани к обнажённой коже бёдер приносят облегчение.

– От меня будет нести спиртом, – пробормотала она.

– Ещё бы. – Альбини поднял голову, усмехнувшись. – Ты же у нас известная пьяница. Увы, танцевать на столе будем в следующий раз.

– Вернон когда-то попробовал меня напоить, – отрешённо заметила Таисса, глядя на океан за подсвеченным панорамным окном. – Мы здорово продрогли, одежда промокла насквозь, и пришлось кое-как согреваться у огня дешёвым бурбоном.

– Хм. Не бренди?

Таисса подняла брови в полутьме.

– Тебе-то откуда знать?

– Действительно, совершенно неоткуда, – пробормотал Альбини. – Переворачивайся на живот, детка.

– Бьюсь об заклад, тебе понравилось, как это прозвучало, – выдавила Таисса, кое-как поворачиваясь на бок. Голова тут же загудела.

Альбини бережно придержал её за плечи, укладывая на живот.

– Здорово тряхануло, правда? – тихо спросил он.

– Да, – с усилием прошептала Таисса, опустив голову на ковёр. – Почему ты не позвал никого? Врача?

Альбини фыркнул с прежним сарказмом:

– Думаешь, врач тебе поможет? Будет бегать вокруг и квохтать, а то и, чего доброго, вколет тебе что-нибудь, после чего ты будешь лежать пластом две недели. Мне это надо?