Одиссея Тёмного принца
Шрифт:
– Ч-что?
Альбини с Диром переглянулись.
– Адреналиновый шок, – произнёс Дир. – А то и сердечный приступ.
– Первое. Не говоря уже о жуткой головной боли. – Альбини глубоко вздохнул, глядя на Дира, и включил нейросканер. – Перед тем как я выпущу тебя из кокона, мне нужно твоё слово, что мы союзники. Моё слово у тебя есть.
– Пока не получим противоядие и не избавимся от Рекса, мы союзники, – медленно произнёс Дир. – Дальше моё слово не простирается. И украсть противоядие я тебе не дам.
Альбини очень холодно
– Само собой.
– Ты обещаешь мне то же самое?
– Было бы интересно получить противоядие и действовать вместе с тобой против Совета и дальше, – отрешённо произнёс Альбини. – Ненависть и кровная вражда… я мог бы ими поступиться. На время. Убить тебя немного позже, потом ещё немного позже…
Он вскинул взгляд на Дира, который смотрел на него очень внимательно.
– Вот только ты, видишь ли, был Светлым, – мягко сказал Альбини. – И когда ты вновь им станешь, кто знает, как это перекроит тебе мозги. Я, во всяком случае, проверять не желаю. Так что – нет. У тебя есть моё слово, и этим мы ограничимся.
Он коснулся линка, отключая нейросканер.
– Моё слово, – пробормотал он. – Как вообще получилось, что я тебе его дал? Дьявольщина, это какой-то сюрреалистический мир.
Дир кивнул на Таиссу:
– По крайней мере, у тебя есть абсолютная гарантия. Таис просто не даст мне тебя убить.
Альбини с явной надеждой посмотрел на Таиссу:
– А мне ты дашь его убить? Я так, уточнить.
– Попробуй, – хмыкнула Таисса, глядя на Дира. – Но только после того, как он снова станет Светлым. Чтобы это точно можно было квалифицировать как самоубийство.
Альбини ухмыльнулся:
– Что ж, я тебя за язык не тянул.
Он вмиг посерьёзнел.
– Ладно, хватит болтать. Сейчас мы…
Глаза Альбини вдруг расширились, но поздно. Двери распахнулись. Четверо мужчин в полувоенной форме, одетые так же, как Клаус, вошли внутрь и рассредоточились по залу. Клаус вошёл следующим и мгновенно оказался у пульта управления силовым коконом Дира, закрывая пульт собой.
А последним в медицинский отсек вошёл Рекс. На его лице было такое ослепительное торжество, что у Таиссы застыла кровь в жилах.
И смотрел он не на неё и не на Дира. На Альбини.
Прежде чем Таисса успела хотя бы подумать, Альбини мгновенно вытащил пистолет и разрядил в Рекса всю обойму с почти сверхъестественной скоростью. У Таиссы заложило уши от выстрелов.
Звон гильз, упавших на пол. И тишина.
Таисса судорожно сглотнула, пытаясь прочистить уши. Краем глаза она, всё ещё оглушённая, увидела, как на Альбини бросились трое, как он, отбросив пистолет, ловко увернулся от атаки, ударил первого пальцами в глаза, и…
…Пропустил мощный апперкот в челюсть. Альбини качнулся и обвис на руках конвоиров.
Звуки наконец вернулись. Таисса выдохнула.
Рекс стоял совершенно невредимый, всё ещё торжествующе улыбаясь.
– Молекулярная броня, – промурлыкал он. – Маленький
Его глаза сузились. Лицо чуть побледнело, и Таисса внутренне поаплодировала его храбрости: не каждый останется так спокоен, если ему в лицо разрядят обойму.
Альбини, напротив, дышал очень тяжело. Линк с его руки уже успели содрать, прилизанные волосы растрепались, и, хотя глаза не выражали совершенно ничего, губы были совершенно белыми.
Почему он сразу же начал стрелять в Рекса? И что, чёрт подери, Рекс о нём узнал?
– Разумеется, у меня были генетические профили всех моих людей, – лениво произнёс Рекс. – Всех, кроме тех, кто присоединился позднее, пока я был в бегах. Увы, в их число попал и ты.
Он холодно улыбнулся:
– Впрочем, вчера, когда тебя так удачно вырвало на песок, я запоздало отдал распоряжение забрать образцы слюны и сверить с существующими банками данных, когда у нас снова будет сеть. Мало ли с кем я имею дело, правда?
Таисса бросила взгляд на Дира. Его лицо застыло. В глазах была безнадёжность.
– Можешь не продолжать, – скучающим тоном произнёс Альбини.
– О, я продолжу. – Рекс расхохотался. – Давно не получал такого удовольствия.
– Здесь, на базе, у вас нет связи, нет сети, – произнесла Таисса. – Как вы вообще могли провести проверку?
К тому же банки данных были неполны. По крайней мере, если досужий наблюдатель захотел бы увидеть генную карту Александра, Дира или самой Таиссы Пирс, их ждал бы неприятный сюрприз.
– Верно, это было бы сложно, – кивнул Рекс. – Поэтому я всего лишь сохранил генетический профиль себе на линк, чтобы проверить потом, при удобном случае. Кто же знал, что система мгновенно выдаст мне совпадение?
Он криво усмехнулся.
– Я очень, очень долго охотился за образцом твоего генетического кода, – произнёс он, глядя на Альбини. – В конце концов, про своего заклятого врага нужно знать всё. Будь ты обычным Тёмным, у меня бы ничего не вышло. Но ты разослал свою кровь по всему миру, надеясь, что тебе сделают заветное лекарство. Да, мне пришлось нелегко, но упорство и взятки своё дело сделали: я получил образец.
– Какое счастье, – устало сказал Альбини. – Держу пари, ты плясал от радости, увидев стопроцентное совпадение.
Рекс хищно осклабился:
– Я очень хочу посмотреть на твоё настоящее лицо. Тебе вернут его, но будет очень, очень больно. А уж как ты будешь кричать, когда мы будем снимать линзы…
Лицо Альбини совершенно не изменилось. А вот сердце Таиссы перестало стучать.
Клаус шагнул вперёд.
– Тварь, – процедил он. – Так это ты навёл на нас Светлых, чтобы перетащить нас сюда? Умно. Жаль, я с самого начала не открутил тебе шею. – Он метнул взгляд на Рекса. – Нужно проверить, что эта база всё ещё безопасна.