Одиночество
Шрифт:
Мона втюрилась так сильно, что болтала без остановки о том, как мне повезло, что я весь год буду сидеть рядом. А мне больше интересно было стихотворение Есенина, которое задали учить на литературе.
– Ви, помоги с домашкой!
– Отвали, Брэнди, делай сам!
– У меня тренировка по футболу, не будь такой заразой!
От звуков голоса моего брата, начинала гудеть голова. Я закрывала двери, надевала наушники и включала Никлбэк, чтобы поймать настроение. Вечером дом наполнялся ненавистной мне суетой, и я была благодарна богу за то, что имела свою комнату, на которой
Я готовлюсь к семинару по литературе и составляю вопросы к викторине. Только что я закончила чтение "Анны Карениной" и мучилась вопросом: хорошо ли получилось, что замужняя женщина встретила свою любовь, а затем покончила с собой? Я искала мораль и не могла ее найти. Единственным, кто бы мог ответить на все мои вопросы, был папа. Я была уверена, что он прочел этот шедевр классической литературы, но папа был далеко, рассекая чужое небо, занимаясь проблемами авиации и самолетостроения. Моне писать не хотелось, поэтому я довольствовалась собственным впечатлением от развернувшейся на страницах романа драме и строчила выскакивающие из моей головы вопросы.
Бросив взгляд на ночное небо, после того как закрыла тетрадь, я вдруг вспомнила образ новенького, пойманный недавно на пустынном крыльце школы…Со мной он держался формально: сегодня попросил карандаш, фыркнул, когда я села довольная своим ответом на английском и списал мое решение задачи по геометрии. В остальном он вел себя весьма расслаблено: наслаждался вниманием девчонок, огрызался старшеклассникам и рисовал безумные картинки на последних листах тетрадей. А я, привыкнув к его соседству и осознав его ко мне отношение, снова стала наблюдать за Дэвидом и писать свои неуклюжие стихи, придумывая любовь, чтобы хоть как-то ощущать свое сердце…
На следующее утро я была в приподнятом настроении. Учительница миссис Кларк души во мне не чаяла и как могла поддерживала во мне огонь любви к литературе. Я предвкушала успех своей викторины и, не смотря на холодный ветер, двигалась навстречу Моне. Подруга выглядела потрясающе в синем пуховике и модных ботфортах. Иногда я сожалела о том, что меня мало интересовал шоппинг, шмотки и вообще то впечатление, которое я произвожу на других. В нашем дуэте с подругой – Мона была красавицей, а я умной девчонкой с примитивной внешностью, которая могла разве что развлечь познаниями кинематографа и книг. Но такова видимо моя карма…Хотя в те редкие минуты, когда я, как будто, свежим взглядом смотрела на свою подругу, меня начинал злить тот факт, что она превосходит меня своей внешностью. Слава Богу, это было так нечасто, что я не успевала возненавидеть единственного человека, кто терпел мою заумность, а со слов некоторых "занудство"…
2.
– Итак, Виктория подготовила для вас ряд вопросов; надеюсь вы успели прочитать произведение, которому мы посвятим ближайшие шесть уроков.
Голос миссис Кларк звучал призывающе, но весь ее энтузиазм не долетал до
Я тоже, понимая, что не услышу хоть одного заманчивого ответа, приуныла.
– Можем ли мы утверждать, что Анна Каренина была счастлива в браке? Я посмотрела перед собой и наткнулась на скучающие взоры одноклассников. Виджей закатил глаза.
– Брайс. Виджей Брайс. Вы готовы?
Я прижала тетрадь к груди, приготовившись к очередной отмазке, умело приготовленной заранее. Но новенький уверенно поднялся и, откровенно нагло смотря мне в глаза, произнес…
– Определенно, счастье Анны Карениной разделилось пополам: в браке у нее был статус и безбедная жизнь. Она видела свое утешение в сыне и в тех нечастых поездках к брату. Однако, встретив Вронского, ее душа, томившаяся по любви, распахнула крылья и отдалась тому, чего ей так не хватало.
Тишина. Я просто хлопала глазами, а остальные, включая учительницу, изучали новенького, обладающего не только глубокими познаниями произведения, но и собственным взглядом на прочитанное.
– Что скажешь, Виктория?
Я сглотнула и уставилась в свою тетрадь. Шепоток, пустившийся по задним рядам, ударил по моему самомнению сильнее, чем только что произнесенный ответ.
– Без своей тетрадки жить не может…– услышала я.
Виджей усмехнулся. Мона тоже подключилась к этому противостоянию моим способностям, и я бросила на нее гневный взгляд.
– Что же случилось?
Тетрадь захлопнулась, и я двинулась в бой.
– Что ты имеешь в виду, Виктория? Миссис Кларк коснулась моего плеча, но я смотрела только вперед в бесстыжие глаза соседа по парте.
Он меня прекрасно понял.
– Конфликт. Напряжение. Не выдержала Анна, не смогла сделать выбор. Не нашла поддержки, запуталась и потеряла себя в этой любви…
– Но ведь могла она не бросаться под поезд?!
– Могла. Но в итоге все закончилось благополучно для всех.
– Ты утверждаешь, что Каренина стала препятствием для счастья других?!
– Нет. Но в итоге все вокруг были несчастны…
Мне не хватало воздуха. Я с таким интересом подошла к этой викторине, так прониклась этим произведением Толстого, что не ожидала таких философствований от парня, чья репутация носила характер отрицательного персонажа…
Моя пятерка меня совсем не радовала. Я вернулась за парту и уткнулась в учебник. На перемене Мона не могла понять почему я дуюсь. Но чтобы узнать причину, нужно быть мной. А этого таланта – распознавать настроение другого и быть учтивой у моей подруги не было…
Дома я заперлась в комнате и обняла Маяка.
– Странно, правда…Он говорил такие вещи…Так по-взрослому рассуждал. Как думаешь, он и вправду прочитал книгу или просто нашел пару комментариев?
Разговор с молчаливым котом успокоил меня. Я не спустилась к ужину, сразу отправилась на пробежку и к своему удивлению, встретила на дорожке Виджея.
– Привет!
Я воткнула наушники и обогнала его, дав ясно понять, что хочу побыть одна.
Мысли стучали у меня в голове вместе с мелодией HIM про "сердечную боль каждое мгновение".