Одиннадцать
Шрифт:
Следователь поморщилась, представляя, какую картину сейчас увидит. На прикроватной тумбе стоял кустарно сделанный инструмент с трубками, похожий на кальян из государства Ашу, он до сих пор чадил едкими запахами от уже истлевших углей. Гномка начала медленно и осторожно продвигаться по небольшой комнатке в сторону односпальной кровати.
Когда-то владельца этой комнаты можно было назвать местным богатеем, это Нисса заключила из интересной двери. Обычно вход защищали менее изысканные вещи: от куска ткани до грубых деревяшек. Пол покрывал мягкий, но сильно износившийся ковёр. Из открытого шкафа
Хозяйка комнаты лежала на своём ложе в позе скрюченного в муках умирающего от кишечных колик. Некогда видная красивая девушка с сильным телом превратилась в тщедушный иссушенный трупик, зелёные волосы беспорядочной сваленной копной лежали на подушке. На голом теле видны нарывы и язвы. В полной тишине помещения едва слышно доносилось сиплое дыхание больных лёгких.
Наркотик в первую очередь убивал именно лёгкие, при этом давая мощный галлюциногенный эффект в комплекте с поражением нервных тканей. Ресин, по описаниям тех, кто его принимал, давал неизгладимые впечатления реальных эйфорических ощущений собственной фантазии. Он покупал временную жизнь в вымышленном мире, отнимая жизнь в мире настоящем. Наркозависимые от ресина не пили, не ели, со временем едва дышали, пищеварительная система сходила с ума, тело иссушалось не хуже мумии. И, что самое страшное, — вылечить больного уже не могло ничего, любое зелье лечения организм просто отвергал, магия не брала.
Нисса мягко подошла к кровати, прислушиваясь к дыханию эльфийки, надеясь, что та ещё жива, но подсознание подсказывало, что ценный свидетель доживает последние минуты. Неожиданно девушка открыла глаза, взглянув на следователя ясными изумрудными очами. Казалось, что она нисколько не удивлена присутствию в комнате кого-то, кроме неё. Гном молча показала свой значок, давая понять, что не причинит вреда.
— Во…ды, — прошелестели губы.
Следователь сняла с пояса фляжку с прохладной водой и очень аккуратно и бережно, приподнимая голову, влила несколько глотков живительной влаги в пересохший рот. Эльфийка благодарно прикрыла веки.
— Он был здесь? — тихо спросила Нисса, пытаясь подобрать нужные вопросы, чтобы разузнать больше и нанести меньше страданий уже фактически умершему существу. Увидев в ответ кивок, она продолжила.
— Это был человек?
Отрицательный поворот головы, однако вместо ожидания следующего вопроса девушка вдруг произнесла, давясь с приступами кашля и отказывающими связками:
— Мой… народ… видит будущее с помощью… этого, — кашель согнул её пополам, но голос до сих пор был красив. — Это… не человек… зверь… он убьёт… много. Ты…. жаль…не…
Следующий тяжёлый вздох и выдох стали последними. Из помутнённых глаз стекали капельки слёз, а с губ тонкая струйка крови. Предсмертные судороги почти не сотрясали тело — у мышц не оказалось на то сил.
Нисса ещё раз осмотрела помещение, без какой-либо надежды найти здесь что-то важное. Эльфийка — инструмент, то, что помогло подобраться к цели. Она совсем не сомневалась, что убийца принёс ей свежую дозу, разузнал, что смог и каким-то образом принял её облик. Магии перевоплощения она не чувствовала, достав небольшой магический приборчик из рюкзака, значит либо не она, либо использовал
Выходя из комнаты, гном ещё раз обернулась на кровать с несчастной эльфийкой и, когда опустила голову, чтобы смахнуть навернувшиеся на глаза слёзы, она заметила, что стоит ногами в небольшой луже воды.
С тяжёлым сердцем покидала она этот район. По дороге надо будет сообщить городским службам об очередном трупе, чтобы его похоронить. Серебряная монета станет залогом быстрой работы. "Придётся снова повременить с покупкой новых сапог," — подумала Нисса, чувствуя, как вода из той луже проникла внутрь и холодит ногу, пробирая до костей.
****
Оставшуюся часть рабочего дня Ганс провёл в Управлении, выполняя то, что так терпеть не мог. Бастиан почти сразу сбежал, сославшись на кучу самых разных дел. Почему-то в верхнем городе.
Обиталище Феника сыщик не переваривал во всех смыслах этого слова, сам гоблин раздражал своей чрезмерной увлечённостью и мудрёностью. Похоже, что он считал себя умнее всех прочих, что никто кроме него не знает анатомию и физиологию существ. Знал бы этот эксперт, что пришлось пережить Ворону и какими знаниями обладал инспектор, он вряд ли бы задирал нос. Но Нисса нашла к нему какой-то подход, всегда умудряясь выбить из него экспертизу вне очереди или специальную информацию.
— Как твой день, друг мой Ганс? — услышал следопыт почти от самой входной двери вместо приветствия радостный писклявый возглас.
Гоблин как раз накрывал тело эльфа большим куском холщовой ткани, пропитанной бальзамирующим составом для сохранности. У эльфов довольно длительный похоронный обряд, как, собственно, и их жизнь.
— Отлично, Феник, — буркнул инспектор, оглядывая столы с телами и их частями, залитые кровью и прочими жидкостями пол и стены. — Как там мои экспертизы?
— Они пришли под маркировкой Ниссы, — растеряно отозвался анатом, спрыгивая со стола на пол и вытирая руки о фартук, он явно оглядывался по сторонам, — Где она, кстати?
«Умно,» — подумал про себя Ворон, похвалив напарницу. Зная про особое отношение от Феника и то, как собачится с ним он, девушка отправила труп с запросом от своего имени, там самым ускорив его изучение.
— Честно говоря, не знаю, — пожал плечами следователь, — С самого утра её не видел. Надеюсь, скоро будет.
— Хорошо бы, — вздохнул эксперт и потёр нос, — Она обещала, что мы поужинаем с ней, но, похоже, что ты завалил её работой.
— Там все на ушах стоят, — отрезал Ворон, он готов был поклясться, что гоблин покраснел, — Советника убили. Немудрено. Вряд ли у неё будет хоть немножко свободного времени. Так что там со вскрытием?
— Да ничего особенного, — ответил Феник, смотря снизу вверх на Ганса, — Здоров, хорошо сложен. Отлично питался. Умер от болевого шока. Когда ему вынимали те запчасти, которые вы мне, увы, почему-то не привезли…
— Там этой, как ты говоришь, запчасти не было, — задумчиво произнёс инспектор, вспоминая место преступления. Благо его феноменальная фотографическая память это позволили сделать в мельчайших подробностях.
— Как не было? — удивился эксперт, — Кому она могла потребоваться? Может, собаки?