Один удар
Шрифт:
Но сегодня Никай забрал не только его трон, корону и единственный смысл его жизни.
Будто желая унизить его еще больше, он за каким-то чертом забрал эту идиотскую розу. Ломаный, увядший цветок, с демонстративным пренебрежением сплюнутый в его тарелку.
Никому не интересный символ неуважения…
Но отчего-то тому чужому, не знакомому пока зверю, крепко спящему в его немом, безмолвном сердце на цветок было вовсе не наплевать. Ему был нужен этот гребенный колючий стебель
— Далась тебе эта роза, — прохрипел Киран, с грустной усмешкой наблюдая, как капает на дубовый паркет кровь с пораненной руки.
«Моя…» — неожиданно, незнакомым сиплым басом пронеслось в голове и следом за этим в грудь, изнутри ударило ментальное горячее тело.
Мужчина ахнул от боли, резко прижимая испачканную кровью ладонь к распахнутому белоснежному камзолу, замирая в неловкой позе и не смея поверить собственным чувствам. Знакомым. Драгоценным. Забытым...
— Т… твоя… — очень медленно и аккуратно прошептал он, медленно выдыхая и ярко вспоминая первое обретение зверя, осторожное знакомство с выбравшем его сердце крылатым ящером — Твоя…
«Моя…» — уже спокойнее пробурчал огонь и завозился, перебивая дыхание человека и нещадно топчась мощными ментальными ногами по стонущему от боли безмолвному органу — «Дай…»
— Верну… — оглаживая спящего дракона голосом, пообещал Киран — Верну твое. Только просыпайся.
«Забери. Она наша. Ради нее можно… проснуться…» — недовольно, сквозь сон буркнул голос, вновь погружающегося в небытие зверя.
... Еще час спустя король уверенным шагом вышел из кабинета. Его лицо было совершенно спокойно. Плечи развернуты, а походка легкой и стремительной. И если бы не искрящиеся скрытым восторгом глаза, да испорченный камзол на литой груди, никто не заподозрил бы в нем никаких изменений.
Но глаза горели фанатичным блеском идущего к своей цели человека, а распахнутый, некогда белоснежный камзол был безвозвратно залит кровью, когда монарх резко и бесцеремонно распахнул двери в личные покои брата.
— Киран? — Никай вскочил из-за стола, за которым продолжал работать не смотря на поздний час — Что-то случилось?
— Ничего, — тонко улыбнулся король и неспешно прошел в маленький кабинет, отделенный дверьми от спальни регента — Ты один?
— Это важно? — фыркнул брат, тут же демонстративно подходя к входу в опочивальню и аккуратно притворяя двери.
— Смотря кто составил тебе компанию — многозначительно поднял бровь монарх.
— Увы, — развел руками Никай, возвращаясь к столу и снова расслабленно усаживаясь в свое кресло — Итак? Чем могу быть полезен в столь поздний час? Мне казалось, мы все уже успели обсудить.
—
— И? — несколько напряженно поторопил его регент.
— Думаю, пришло время признать, что во многом ты куда прозорливее меня, — с вкрадчивой улыбкой, вздохнул Киран — Дальновиднее, умнее, внимательнее…
— К чему ты клонишь?-почти грубо прервал короля Никай.
— К тому, что я услышал тебя, брат — мягко улыбнулся монарх и, чуть подкинув розу, аккуратно поймал ее пальцами, вскинув бровь на резкое движение руки мужчины, попытавшегося не допустить падения хрупкого цветка.
— Киран, — покраснев от собственного прокола, прорычал регент — Я не понимаю тебя…
— Леди Лея и правда интересный вариант — глядя прямо в глаза брата, прошипел монарх — Очень интересный. И я воспользуюсь твоим добрым советом, Никай. Спасибо тебе.
— Ты…
— Я собираюсь узнать леди ближе. ГОРАЗДО ближе!
И с удовлетворением слушая переходящий в рычание стон за своей спиной, Киран Четвертый, с наслаждением вдыхая аромат стремительно увядающей розы, чуть ли не впервые за десять лет с улыбкой направился спать
Глава 16
... — И помните, доблестные рыцари арены, — вещал в громкоговоритель комментатор, захлебываясь собственной патетикой — Каждый взмах вашего меча служит благой цели — пробуждению Великого Огненного Дракона в сердце нашего славного короля — Кирана Безжалостного!
Арена взорвалась ликующими возгласами и громкими аплодисментами лиц, не лишенных возможности хлопать. Вот я к ним точно не относилась. Руки болели нещадно прямо от плеча до кончиков пальцев. Ноги, кстати, тоже болели. Но ногами хлопать все равно не получилось бы, так что они в данном, конкретном случае упоминания не стоили.
— Твою мать, Рон, — хрипела я, жадно поглощая предложенную воду и недовольно морщась от звуков скандирующей толпы, в перерыве между двумя раундами — Если этот гадский дракон в сердце Бесноватого не проснется прямо сейчас, я сама поднимусь к нему и так разбужу… что он потом до глубокой старости бессонницей будет мучаться! Что этому уроду еще надо, а?!
— Да кто-ж его знает, — вздыхал парень, аккуратно подтягивая на мне перевязь с мечом и вздыхая — Только нам-то и не надо, чтобы дракон проснулся. Нам бы до боя с ним добраться. А уж там…
— Слу-у-ушай… А чего мы его сейчас-то не грохнем? — неожиданно вскинулась я — Можно же найти повод, чтобы пробраться на аудиенцию и, пользуясь эффектом неожиданности…
— Вы что! — возмущенно восклицал солдат, вытирая меня от брызг монстрячей крови мокрой тряпкой — Это будет убийство короля! За такое сразу казнят! Еще и войну Империи Сильфер объявят. На арене, да в ходе честного сражения — это же совсем другое дело! Тут и предъявить будет нечего.