Один дракон — три парня. Дилогия
Шрифт:
— Но в том году всё было по-другому, — недоумевала Амалия, кажется, она уже перестала играть непоколебимого рыцаря и с трудом не поддавалась отчаянию.
— Да. Всё со временем меняется в этом мире. Поменялись и правила, — развёл руками Гарен.
— Регина не рабыня, — возразила Стерша.
— Докажи обратное? — ухмыльнулся организатор. — Она бесправная иномирянка, без родственников и покровителей. Метка Айнзама благополучно стёрлась. Никто не подтвердит документально принадлежность девы дракону. Но что интереснее всего: Регина
Амалия развернула его и с мрачным видом заключила, что к арене претензий нет, как ни крути. Любой суд отклонит требование по освобождению иномирянки и будет руководствоваться лишь документами.
Моя компания удручённо переводила взгляд с меня на Айнзама, который всё ещё извивался на песке, тщетно пытаясь распутать зачарованные верёвки.
Разряды нещадно трещали и оставляли на белой чешуе чёрные борозды ожогов. К горлу подступили бессильные слёзы. Руки остервенело царапали магический прочный барьер.
— Гарен, опусти моего брата! — потребовала Стерша.
— Где гарантии, что он не возобновит свою атаку, почуяв свободу? — регистратор сложил руки на груди и нагло смотрел в лицо блондинке.
Внутри я кричала Стерше: «Разорви его на части, убей! Ты же дракон. Самый настоящий огнедышащий дракон» Но девушка ничего такого не предпринимала.
От собственных мыслей трещала голова, словно невидимая скорлупа напряглась, готовясь вот-вот расколоться.
— Будут тебе гарантии, — она развернулась на каблуках и поспешила к Айнзаму.
Уклонившись от смертоносных рогов, она запрыгнула на голову Айнса и положила ладони ему на глаза. Далее, произошло самое прекрасное, что когда-либо видела или слышала в своей жизни. Волосы Стерши вспыхнули золотым пламенем, и такое же сияние полилось из её рук. Девушка запела, совершенно фантастическим голосом, как если бы ветер ласково колыхал бутоны колокольчиков, тёплый летний дождь закрапал по озеру, а листья деревьев зашептались между собой.
Мне мгновенно стало легче. Боль и безнадёга отступили, а слёзы, наконец, покатились по щекам, помогая избавиться от гнетущих чувств:
Не печалься страшной кары,
Не мирись с такой судьбой
И легендам очень старым
Ты доверься всей душой.
Три осколка в сердце девы,
Будь с ним нежен и не рань.
Не поддайся нынче гневу,
Не ступи за эту грань.
Острый дал ты ей осколок,
Душу нежно полоснул.
В одночасье стал ей дорог,
Чувство новое вдохнул.
А второй осколок гладкий,
Он покой с собой привнёс:
Дарит ночи дрёмы сладкой,
Полной чудных тёплых грёз.
Пламенеет страстью третий
В томной ласке топит ту,
Что, нарушив все запреты,
Ступит смело за черту
Три осколка в сердце девы
Три души, но не в ладах
Слишком
Нежность, трепет, цепкий страх.
Сложно понять, кому больше предназначалась эта песня мне или воплощениями Айнзама. А, может, сразу всем четверым? Удивительным образом голос Стерши заставил стряхнуть отчаяние. Дракон тоже перестал сопротивляться и вернул себе облик трёх братьев. На их обнажённых телах багровели следы от ожогов, а в зелёных глазах тлели незнакомые до этого огоньки.
— Зря ты обманул меня, — процедил Аинс.
— Не хотелось ради такого подлеца напрягаться, — продолжил Цвай.
— Но Скорлупку мы так просто не отдадим, — горячо пообещал Драй и привычно подмигнул мне.
Глава 7.1 В мешочек
Кац принёс Айнзаму одежду, и братья неторопливо прикрыли наготу и свежие ожоги. На человеческих телах борозды от магической верёвки выглядели гораздо хуже. Но супруги не подавали виду, как в первый раз, когда Зур вцепился им в шеи, так и сейчас. Троица пыталась успокоить меня. Парни демонстрировали уверенность и решимость. Это лишь немного помогло, потому что, как бы они ни скрывали своего страха и смятения, я всё равно его чувствовала, даже несмотря на то, что нашу связь оборвали самым грубым образом.
Место стёртой метки не болело и не кровоточило. Знак пропал с языка слишком легко и быстро, словно её там никогда не было. Исчезло приятное пощипывание, возникающее, когда я смотрела на братьев, а внутри расползалась гулкая пустота на пару с ужасом неизвестности. К своему удивлению, я не боялась попасть в рабство в чужом мире, меня пугала до дрожи перспектива никогда больше не восстановить потерянную связь с Айнзамом. Интересно, та ли это любовь, о которой втолковывали мужья?
— Каковы условия для моей регистрации? — спросил Айнс.
— Никаких, — радушно улыбнулся Гарен, — драконам здесь всегда рады.
— Отлично, Скорлупка, иди скорее сюда! Пойдём подавать заявку, — помахал Драй, но я так стояла на месте, как приклеенная.
— А вот Регина останется. Видеться с ней разрешено непосредственно перед сражениями, когда принцесса будет желать удачи своим героям. Ещё можно выиграть невинное свидание с девой в дополнительных соревнованиях, — поделился организатор.
— Я не оставлю её с вами! — зарычали трое парней.
— У тебя нет выбора, Айнзам. Ты, конечно, можешь предпринять очередную попытку утащить Регину силой, но тогда будешь дисквалифицирован без возможности вернуть свою женщину назад, — предупредил Гарен. — Но для твоего спокойствия могу разрешить вашему фелио сопровождать деву. Заодно сэкономим на прислуге. Коты замечательно справляются с любыми поручениями, не так ли?
Кац стиснул зубы, но Амалия потрепала его по плечу и шепнула что-то на ухо. Фелио тяжело вздохнул и вышел вперёд:
— С радостью присмотрю за Региной.