Один дракон — три парня. Дилогия

Сорокина Дарья

— Даже не думай. Не хочу, чтобы ты покалечилась! Это не игра!

Стерша закатила глаза и фыркнула:

— Думаешь, я спрашиваю разрешения? Ставлю перед фактом. Одному будет тяжело разгребать это, зато у двоих шансов в разы больше. Поражение лишит тебя возможности спасти Регину. Мы не можем так рисковать. Ты ведь любишь её, да?

— Я не вправе просить тебя о таком...

— Вправе. Мы все в долгу перед тобой, Айнзам. Другие драконы тоже помогут. Жертва, которую ты принял неоценима, — втолковывала сестра.

— Ничем я не жертвовал!

Меня выбрали ещё задолго до рождения. Никакого геройства в этом нет. Простая воля жребия. На моём месте мог оказаться любой дракон, — отпирались юноши.

— Мог, но оказался ты! Не глупи, Айнзам, прими мою помощь!

— Хорошо, — улыбнулись братья.

Девушка улыбнулась в ответ и обняла сразу три обличья дракона:

— Мы непременно вернём Регину!

Очередь не продвинулась ни на метр. Участники всё пребывали. Слухи о необычном трофее быстро облетели округу, и воители запоздало вели на арену своих рабов, несли кошели с деньгами и ценные банковские бумаги в надежде на положительный ответ организаторов. Заполучить яйцо дракона оказалось мощной мотивацией.

По толпе то и дело пробегал недовольный ропот. Многие устали и откровенно заскучали. Несколько воинов умудрились развязать драку с конкурентами, и с десяток мужчин катались по земле и били друг другу лица. Айнзам пропустил мимо ушей несколько провокаций. Стерша получила в свой адрес парочку сальных комплиментов, но оскалилась в ответ горе-ловеласу белоснежным рядом острых, как иглы зубов, и пыл ухажёров мгновенно угас.

— Летающие гады, — воин смачно сплюнул себе под ноги и отвернулся.

Три воплощения терпеливо ждали. Что для дракона с веками одиночества и тысячами оставленных за спиной миров несколько часов? Правда, теперь, когда он почувствовал радость от обладания своей половинкой, каждый миг без неё отдавал тупой болью сразу в трёх сердцах.

Айнзам вздрогнул от неожиданности, когда ноздрей коснулся знакомый запах. Юноши даже зажмурились от удовольствия. Регина! Такое ни с чем не спутать! Сладость её кожи и волос разливалась по мрачному коридору, затмевая вонь потных тел свирепых конкурсантов.

Именно этот нежный аромат вёл дракона по бесконечным мирам, стал грезиться, сводить с ума пока, наконец, не вывел в подмосковный городок, затерявшийся в паутине порталов. С замиранием сердца дракон открыл глаза.

Разочарование окатило его тремя мощными волнами так, что он едва совладал с собой. Это чувство стремительно сменилось испепеляющей яростью, которую не в силах был подавить надоедливый рациональный голосок, потому что даже он вопил от злости.

Гарен, весьма довольный собой, медленно шёл вдоль ожидавших регистрацию.

Мысли дракона крутились ярким калейдоскопом от осознания того, что произошло между этим мерзавцем и Региной. Юноши сделали несколько шагов вперёд, когти на пальцах опасно удлинились.

Разорвать, убить, наказать.

Ни одно из воплощений больше не спорило.

Айнзам вновь почувствовал приятное единение собственных душ. Такое было лишь рядом с ней, когда нежность и страсть топили разум, заставляя забыть о своём страшном проклятии. Дракон был одним целым с собой и с Региной. А сейчас так же в унисон прикончит того, кто посмел прикоснуться к супруге.

— Что ты с ней сделал? — жуткий множащийся голос вырывался из трёх клыкастых ртов, а изогнутые когти приготовились к атаке.

— Ничего такого, чего бы она сама не захотела, — ухмыльнулся Гарен, наблюдая за каждым действием разъярённого дракона. Айнзаму оставалась лишь малость, чтобы потерять контроль, но и организатор был наготове.

— Она не могла, — уверенно ответили юноши.

— Не обманывайся Айнзам. Присмотрись, принюхайся, что ты видишь?

И он увидел то, что происходило в башне. Остаточная связь с Региной передала её смятение и внезапную страсть к соблазнителю. Дракон не хотел верить в случившееся, оправдывал магией, страхом, но этого было не достаточно, чтобы убедить себя. Ревность и обида окончательно отравили самое импульсивное сознание, и одна из душ бросилась на соперника.

Регина раздала им имена. Подарила пусть глупые, но индивидуальности каждому из воплощений. Айнзаму это не понравилось это, но он готов был терпеть всё, что делает возлюбленная. Драй взмахнул когтями и полоснул Гарена по лицу. Страшная глубокая рана появилась на щеке мужчины, но он даже глазом не повёл, приложил руку к царапинам и с интересом наблюдал за ужасом в взгляде белого дракона. Такая вспышка ярости, могла бы стать достаточным поводом для исключения из турнира, и прямо сейчас юноши теряли возможность вернуть свою женщину. Айнзам в отчаянии смотрел на того, кто не просто обманом забрал супругу, а и успешно соблазнил.

Гарен наслаждался болью противника. Из разодранной щёки текла кровь, заливая одежду и капая на землю. Все вокруг замерли, наблюдая за неприятной сценой. К месту стычки уже бежали стражи арены с шокерами наготове. Организатор поднял руку, и воители замерли.

— Айнзам, — Гарен говорил достаточно громко, чтобы присутствующие могли его расслышать. — Я понимаю твоё смятение, и совершенно не зол за это, — мужчина ткнул себя в щёку.

— Ты отстранишь меня? — отрешённо спросили юноши.

— Как я могу, выгнать с турнира любимца всех драконов? Нет, Айнзам, останешься в числе участников, но прямо сейчас докажешь, насколько это важно тебе, — в глазах Гарена мерцал недобрый огонёк.

— Как?

— Принеси извинения за свою выходку, — мужчину указал пальцем на землю у себя под ногами.

Айнзам тяжело вздохнул и, старясь не глядеть на толпу зевак, преклонил колени перед Гареном.

— Проси прощения.

— Мне жаль, что дал волю эмоциями. Такое больше не повторится. Позвольте мне принять участие в турнире, — Айнзам не поднимал голов.