Одержимый
Шрифт:
Рубашка Майкла прилипала к груди. Только на спине между лопатками ощущалась прохлада – там не мог высохнуть скопившийся пот. Он полз в своем «вольво» вверх по Росслин-Хилл позади вонючего грузовика, с раскрытым «эй-зетом» на коленях, ругая себя за то, что при покупке машины не поставил кондиционер. Он опустил оконные стекла, открыл люк в крыше и запустил на полную дующий в лицо вентилятор. Поток воздуха перелистывал страницы атласа и каждые несколько секунд открывал и захлопывал брошюру, лежащую рядом с мобильным телефоном на пассажирском сиденье.
Брошюру привезла ему Лулу. Это была реклама компании «20–20
Куда же ты пропала, Аманда? Что с тобой случилось?
Возможно, она лежит сейчас в перевернутой машине в канаве. А может быть, ее похитил Брайан и убил в припадке ярости. Ревность заставляет людей совершать страшные вещи. Может быть, она утонула? Или потеряла память. Иногда люди теряют связь с реальностью.
Или…
Майкл усилием воли подавил мысль о том, что Аманду мог похитить какой-нибудь псих. Фред и Розмари Уэст за решеткой, но на свободе разгуливают другие монстры, которые ничуть не лучше.
Господи, Аманда, только бы с тобой ничего не случилось.
Было без десяти минут час. Тельма оказала ему большую услугу: ей удалось перенести три консультации на другое время и тем самым создать окно в три с половиной часа, после чего он должен принять Теренса Джоэля, которому она не смогла дозвониться. Майкл рассудил, что он вернется вовремя. Никогда в жизни он не подводил пациента.
Въехав на вершину холма, Майкл прямо через дорогу увидел здание полицейского участка: величественное здание красного кирпича, над которым возвышался флагшток без флага. Полиция Хэмпстеда территориально была ближе всего к квартире Аманды, и детектив, с которым он разговаривал по телефону, предложил ему заехать и написать заявление. Он почему-то не захотел принять заявление по телефону.
Майкл припарковался в переулке и сунул в карман мобильный телефон в надежде, что тот с минуты на минуту зазвонит и он услышит голос Лулу, сообщающий, что Аманда наконец появилась и что все в порядке.
Он застегнул воротник, поправил галстук, вылез из машины и надел легкий темно-синий пиджак в тон брюкам. Прихватив с собой брошюру, он вошел в участок и направился к конторке, на которой стояла табличка: «Все вопросы сюда». На той же конторке стоял звонок, а рядом табличка: «Звоните, к вам подойдут». На стене рядом висели два плаката. На одном надпись: «Преступник, мы идем за тобой!» На другом цветная фотография маленького мальчика и над ней слова: «Пропал ребенок. Вы видели его?»
За конторкой располагалось несколько столов с телефонами, но за ними никого не было. Вообще в помещении, кроме него, находился только один человек – на стуле возле стены сидела угрюмого вида девушка с не менее угрюмой собакой («Помесь колли с боксером», – подумал Майкл) на коротком поводке.
Он нажал кнопку звонка, который подпрыгнул у него под рукой и оглушительно зазвенел. Через несколько секунд открылась дверь, и к конторке подошла женщина-констебль.
– Вам назначено?
– Да, меня пригласил детектив-констебль Гилпин.
– Ваше имя?
– Доктор Теннент.
– Понятно. Сейчас
– Я хочу заявить об исчезновении человека, – сказал Майкл, проглотив подступивший к горлу комок злости. У него срочное дело. Аманде может грозить смертельная опасность. За время работы психиатром у него было несколько пациентов, у кого пропали дети, и он слишком хорошо знал, как мало может полиция сделать, чтобы найти пропавшего человека, если нет четких доказательств преступления.
Минуты через две дверь снова открылась и пропустила огромного мужчину в желтой рубашке с открытым воротом. На вид ему было тридцать с небольшим, он обладал телосложением игрока в регби, но страдал от избытка веса и жары. Майкл заключил это, увидев пот, текущий по его щекам и шее. У него были очень коротко стриженные светлые волосы и большое, слегка дряблое, немного детское, миролюбивое лицо.
Он вопросительно посмотрел на Майкла:
– Доктор Теннент?
– Да.
– Должен перед вами извиниться. Детектива-констебля Гилпина срочно вызвали. Может быть, я смогу вам помочь. – У него был мягкий, добрый взгляд и тихий голос, но тем не менее он не был похож на человека, не умеющего постоять за себя.
– Спасибо. Я хочу заявить об исчезновении человека. Это очень серьезно. Произошло явно что-то плохое.
Офицер вскинул брови.
– Простите. Вы, случайно, не тот доктор Теннент, который выступает по радио?
– Да, тот самый. – Майкл был рад, что детектив узнал его: возможно, благодаря этому его воспримут более серьезно.
Офицер улыбнулся:
– Моей невесте очень нравится ваша программа. Она никогда ее не пропускает.
– Спасибо, – сказал Майкл.
– Она вас очень уважает. Она будет в восторге, когда узнает, что я видел вас. Хотите кофе или чаю?
– Кофе, если можно, – ответил Майкл. Затем, хотя он обычно пил кофе без сахара, попросил: – С сахаром и сливками.
Они прошли в крохотную комнату, в которой было невыносимо жарко. Единственное окно с матовым стеклом, которое располагалось под самым потолком, не открывалось. В комнате стоял затхлый запах табачного дыма. Офицер включил вентилятор, сел напротив Майкла за металлический стол, открыл блокнот и достал из кармана шариковую ручку. Комната напомнила Майклу радиостудию – она даже выкрашена была в тот же коричневый цвет. Вентилятор впустую гонял по кругу горячий воздух.
Записав основные данные Аманды, офицер спросил:
– Находилась ли мисс Кэпстик в состоянии депрессии? Не страдала ли она от какого-либо психического расстройства?
– Нет. Уверен, что нет.
Глядя Майклу в глаза, детектив спросил:
– Перед ее исчезновением вы не ссорились с ней?
– Конечно нет! Даже наоборот. Мы… – Майкл поколебался, затем решил, что офицер должен знать правду. – Я думаю, мы оба никогда в жизни не были более счастливы, чем в нашу последнюю встречу.