Одержимый Ублюдок

Магницкая Доминика

Мы оказались в довольно просторном доме, где собрались почти все семьи погибших. Они резко поднялись, заметив статную фигуру Эрнеста, и настороженно смотрели на него, сохраняя молчание. Мне стало немного спокойнее, когда я не увидела знакомых лиц. Люди и сами, вероятно, не подозревали, зачем Мальдини пригласил их сда. И пока что держали нейтральную позицию, что не могло не радовать. Значит, они не до конца поверили новостям, и росток сомнений до сих пор трепыхался в их сердцах.Но Эрнест быстро его растоптал своей пронзительной речью, полной обмана и лжи.- Всем доброе утро. Я хочу лично принести вам свои извинения за инцидент, в результате которого вы потеряли своих близких. По себе знаю, что никакие деньги и награды не успокоят вашу боль, но всё же я чувствую ответственность за произошедшее и потому,- обосилрезкий взгляд на меня и открыто улыбнулся, прожигая мое тело глазами, - хочу объявить о том, что вас переселят в более престижный район, где будут все удобства. Разумеется, за счет компании и только с вашего согласия.«Шах и мат» - говорили его холодные глаза.Идеально поставленная речь. Сделал вид, что соболезнует, затем упомянул о собственной потере, заручившись их доверием и, наконец, забросил приманку, на которую люди накинутся, как на последний кусок хлебаВ комнате повисла неловкая тишина. Одна женщина подняла ладонь и неуверенно спросила:- Всем семьям будут выделены дома? Вы можете это обещать?- Я не только обещаю, но и могу предоставить все бумаги. Если вы их подпишете, собственность будет вашей. Можете заезжать в ближайшую неделю, вас никто ни в чем не ограничивает.Другая резко возразила:- Разве это правильно? Наши мужья и отцы погибли в тот ужасный день, а вы пытаетесь откупиться деньгами?
– обвела взглядом комнату и воскликнула.
– Женщины, вы с ума сошли? Не видите подвох? Стали бы

делиться такими щедрыми предложениями, если бы не было особых поводов? Очевидно же, что дело нечистое. Наверняка в этих бумажках, среди сотни условий, будет спрятана пометка о молчании. Вы же не верите в то, что Гаспаро мог намеренно закрыть глаза на плохое состояние шахт? А сейчас готовы обо всём забыть?! Вы все настолько алчные? Я не хочу в это верить!Мальдини медленно подошёл к ней и поучительно сказал, словно обращался к непутевому ребенку, не понимающему истины:- Почему бы вам просто не поверить в нашу искренность? Мы не в силах вернуть жизни погибших, но берем ответственность за своего работника, по вине которого произошла эта катастрофа. Что в этом неправильного? Вы не хотите жить в более комфортных условиях?Если да - вас никто не заставляет. Документы на собственность вы сможете тщательно прочитать перед их подписанием. Вы, видимо, совсем отчаялись, раз не верите в доброту, но я могу вас заверить - никаких потайных умыслов в этом деле нет. Я лично знаком с Гаспаро Кастильоне и не мог предугадать подобного. Так уж сложилось, что людям нравится притворяться. Они ежедневно снимают маски и надевают новые, - кинул острый взгляд на меня и усмехнулся, - я искренне надеюсь, что, когда Гаспаро признает свою вину, у вас больше не останется никаких вопросов.

Несколько секунд я стояла, как громом пораженная, не в силах отвести от него глаз. Его лицо оставалось бесстрастным, но даже с такого расстояния я прекрасно видела, что в его зрачках пляшут настоящие черти. Он умудрялся выглядеть обеспокоенным и в то же время непобежденным. Ни одно обвинение не затрагивало его сердце, словно вместо него - лишь пустой сосуд, подпитываемый злостью и гневом.Мои ноги затряслись, и я оперлась о стену, пытаясь выровнять дыхание. В голове зашумело, и я с трудом двинулась к порогу, понимая, что больше не выдержу. Солнечные лучи коснулись моего холодного лица, и по нему пробежалась судорога.Громкий оклик привлек моё внимание. Я повернула голову и сжалась, мечтая раствориться на месте.- Ральда? Что ты здесь делаешь?Наша соседка, хорошо знакомая с моей мамой, замерла у входа и подозрительно косилась в мою сторону. Я резко мотнула головой, подошла к ней и тихо прошептала:Пожалуйста, не говорите никому, что видели меня здесь.- Что? Но почему...Раздался сильный хлопок двери. Я даже не стала оборачиваться - всё отразилось в её глазах. Презрение, недоверие и, наконец, испуг.Эта женщина была одной из немногих, кто поддерживал мою маму. Вероятно, она долго отговаривала себя и не хотела сюда идти, но всё же решилась. Пришла в последний момент и увидела меня.Я едва заметно покачала головой, отвернулась и села в машину. Мальдини протянул ей какие-то бумаги, уже не строя из себя добряка, и ринулся вслед за мной.Я жутко хотела его ударить. Громко заорать, чтобы пробиться сквозь десятки масок и сдернуть их все разом, обнажив его уродливое нутро.Но я молчала. Вздрогнула, когда он коснулся моих волос и ненавязчиво спросил:- Почему ты ушла?- Мне стало нехорошо. Там было очень душно, решила подышать свежим воздухом.Я испугалась того, что он решит напрямую вовлечь меня в это дело. Например, выставит посредником и заставит разбираться с имущественными делами, оформляя жестокий «подкуп» людей и тем самым отказываясь от родного отца.«Как же я тебя ненавижу, Мальдини!» - незаметно вытерла лицо и отвернулась, чтобы он не заметил моих красных глаз. Сейчас я была настолько сломлена, что никаких моральных сил не осталось. Если бы в этот момент он задал мне прямой вопрос, я бы сказала правду, потому что устала нести вереницу лжи, которая лишь тянула меня ко дну. Привязывала еще ближе к Эрнесту и не давала шанса на справедливую борьбу.Я жутко устала. Вечный страх, бесконечные погони и крошащаяся на глаза надежда стали моими постоянными спутниками. Долго ли я смогу оставаться сильной?Если бы я только знала, что Мальдини неожиданно решит пойти на уступки лишь после того, как все маски будут сдернуты.и предвидела бы цену, которую он запросит.согласилась бы я на это?

Вероятно, да, потому что семья для меня священна. И он сразу распознает моё больное место. Будет точно бить, никого не щадя.Это безумно иронично, ведь Эрнест не раз повторял, что поставленной цели он добьется любыми способами. И моей самой страшной ошибкой стало то, что я собственными руками вовлекла себя в его жизнь. Сделалась целью. Жалкой мишенью, в которую он будет бить.И я позволю, потому что от таких предложений не отказываются, верно?

POV: Эрнест

Я смотрел на её гибкую спину, тяжелые волосы, подрагивающие плечи и сжатые ладони.Вопреки здравому смыслу, видя её страдания и понимая, что я намеренно их спровоцировал, я не почувствовал никакого удовлетворения. Меня давно не гложили настолько противоречивые эмоции. Хотелось её обнять и прижать к себе, пообещать свободу её отцу и сделать сотни безумств, осознанно подставляясь, лишь бы вызвать искреннюю улыбку на её губах.Мне сносило крышу от самоуверенности Эсмеры. По ночам я с трудом засыпал, постоянно держа её образ в своей голове. Появлялись маниакальные мысли проследить за ней и посмотреть, как она себя ведет, когда меня нет рядом.И это бесило больше всего. Я ненавидел её отсутствие и холод в голубых глазах, так напоминающих изумруды. Сам не понимал, что делаю и зачем играю в эти игры. Она давно проиграла. Еще в тот день, когда специально со мной столкнулась.Теперь я был уверен в этом. Эсмера преследовала чёткую цель, и её не испугало сближение со мнойЗря ты так, девочка моя. Хочешь освободить дорогого папочку, а меня оставить ни с чем? А ты хоть раз задумалась, позволю ли я тебе уйти?Думаю, ты считаешь, что мой ответ не важен. Пусть так. Однажды ты будешь прислушиваться к каждому моему слову.Когда мы вернулись в компанию, я дождался, пока Эсмера зайдет в лифт, и только потом направился к администратору. Властно спросил:Что хотела узнать моя ассистентка?Девушка сжалась и нерешительно пробормотала:- Господин Эрнест, простите, если я сказала ей что-то лишнее. Она заверила меня в том, что информацию просите именно вы, и я растерялась..Резко оборвал её, устав от жалких лепетаний:- Просто ответь на вопрос. Никто не собирается тебя увольнять. Она хотела узнать имя и адрес девушки, которая работала третьего октября. Не знаю, зачем. и..Кивнул и направился к лифту. Нужно было хорошо обдумать, что делать дальше. Нельзя слишком расслаблять поводок, иначе она может раскопать ту правду, которую я не собираюсьраскрывать.

Внезапно в моей голове появилась очень неплохая идея. Это даже хорошо, что я знаю, куда Эсмера направится после работы. Я последую за ней, и мы посмотрим, кто из этой игры выйдет победителем.Еще никогда я так не желал того, чтобы женщина мне сдалась. Я и сам был готов отступить, лишь бы привязать её еще ближе.«Я всегда получаю то, что хочу, Эсмера. Тебе просто не повезло, что я захотел именно тебя».

Глава 10

Две недели назад.

Я всматривалась в хмурое лицо папы, мягко дотронувшись до мужского плеча и привлекая к себе внимание. Под его глазами залегли тёмные круги, брови сошлись на переносице и выдавали тревогу, которую он испытывал.Взволнованно спросила:- Он принял заявление?- Да. Я лично отдал ему в руки бумагу, но что-то мне подсказывает, что нашей проблемой сейчас заниматься не будут.Он просто обязан рассмотреть это дело! Вы же работаете в невыносимых условиях, а лифты в шахтах заедают уже не в первый раз. Это слишком опасно! Что будет, если вдруг тросы порвутся, а люди в это время будут находиться внутри? Страшно подумать, на какой риск вы идете и как легко можете оказаться погребенными под грудой металлолома- Дочка, нам нужно быть терпеливыми. В конце концов, может быть, всё не так страшно, просто я всегда стараюсь предугадать любую опасность. Не хочу, чтобы мои работники пострадали, всё же я несу ответственность за их жизни, - мягко обнял мои плечи ладонями и ободряюще кивнул, - давай. Иди на работу. Всё будет хорошо, и не с такими проблемамисталкивались.В тот день я ему поверила и ушла в магазин, а, вернувшись домой, узнала об обвале в шахтах. Об этом не говорилось в СМИ, и вообще ничего не предвещало беды. Я приготовила кофе и просматривала новости, чувствуя дикую тревогу и не находя себе места. Что-то гложило меня изнутри, и я нервно начала крутить чашку в ладонях.Раздался протяжный звонок. Меня парализовал какой-то аномальный страх, и я поежилась, медленно подходя к домашнему телефону. Да?
– сипло спросила, гадая, кто мог позвонить в такой час.- Здравствуйте. Это семья Кастильоне?
– мужской голос отозвался на том конце провода и был очень приглушенным.- Доброй ночи. Да, всё верно, моё сердце ушло

в пятки и надсадно треснуло от следующих слов:

– Я звоню по поводу Гаспаро Кастильоне. Сегодня в шахтах произошёл обвал, тросы лифта порвались, и десятки людей, находившиеся внутри, пострадали. Вам стоит приехать И, воЗМожНО,- запнулся и нерешительно прошептал.
– опознать тело. Нам еще не прислали данные о погибших, но есть риск того, что Гаспаро в их числе.- Что? Что вы сказали?- резко мотнула головой и горько усмехнулась, - вы, наверное,ошиблись адресом? Это какая-то глупость.- Я рекомендую вам поспешить. Возможно, еще успеете, и...Сбросила звонок. Закрыла глаза и внезапно осела на пол. Больно стукнулась коленками о столешницу и, как сумасшедшая, ухватилась ладонями за лицо, постоянно повторяя про себя:« Не может быть»Это же смехотворно. Я только утром с ним разговаривала, и всё было в порядке. Такая жестокая цепочка событий просто не может произойти с нами.

Нет. Это чья-то зловещая шутка. Папа в безопасности, а я срочно должна проснуться.Очередной кошмар - ничего нового, правда ведь?Резко подскочила на ноги и пошатнулась, хватаясь за кухонный шкаф. На меня словно обрушилось неподъемное небо и тянуло к земле. Шаги давались с трудом, и я тоскливо поморщилась, заметив разбитую коленку. Как упала - даже не почувствовала боли, а сейчас всё возвращалось в двойной дозе.Каждое слово, произнесенное неизвестным мужчиной, ударялось о своды моей разбитой души и эхом отдавалось где-то в районе сердца.«Вам стоит приехать и, возможно, опознать тело».«Нам еще не прислали данные о погибших, но есть риск того, что Гаспаро в их числе».Тишина в квартире окончательно разбила моё жалкое спокойствие. Я резко схватила куртку и выбежала на улицу, чтобы не потревожить маму и Клару своим безумным криком.Прижала ладонь к лицу и захрипела от дикой боли и одичалого страха. Трясущимися руками достала телефон и вызвала такси. Мерзкий, проливной дождь вмиг намочил одежду, и моё тело начало трястись от неприятного холода, но это не шло ни в какое сравнение с душевным морозом, который рвал мою душу на куски и замораживал остатки надежды.Я ненавидела Мальдини именно за тот страх, испытываемый мною в этот ненавистный день.Мне казалось, я успела поседеть за час, пока добиралась до шахт. Искусала губы до крови и практически кричала на таксиста, умоляя его ехать быстрее.Мне было плевать на грязь, обеспокоенные крики людей и проливной дождь, заслоняющий взор. Всё, что я видела - яркие мигалки скорой помощи.Повсюду царил настоящий хаос. Полиция расталкивала посторонних и не давала пройти на объект. Воздух пропитался звериным страхом. Как и я, люди приехали сюда в надежде не увидеть своих близких в числе трупов, завернутых в прочный пакет.Меня кто-то толкнул в сторону, и от силы удара я упала на землю, испачкавшись в грязи и оставляя следы разводов на лице.На вопросы о погибших и пострадавших врачи отвечали кратко: «Ждите, пока вынесут всех».Я не собиралась просто так сдаваться. Моё сердце просто бы разорвалось, если бы прямо сейчас я лично не убедилась в том, что здоровье папы в порядке.Мои громкие крики тонули на фоне всеобщей паники. Я так и не смогла пробиться сквозь толпу и была вынуждена ждать, роняя литры слёз и окончательно заледенев от холода.Вскоре сообщили, что из-за непогоды поиск тел временно приостановлен. Тут же раздались возгласы яркого недовольства, на что сотрудники полиции ответили достаточно доходчиво - принудительно заставили людей разойтись«Если в списках пострадавших не оказалось ваших близких - помочь мы уже ничем не сможем» - таковы были их слова.Я рванула к входу, на котором вывесили все имена. Пошатнулась и упала, не удержав равновесия. Блаженно закрыла глаза и подставила лицо холодному дождю, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке.

Мой отец был в списке пострадавших, а это значило лишь одно - он выжил. И я была уверена, что вместе мы справимся с любыми травмами и будем вспоминать это происшествие, как зловещую шутку судьбы.Но уже на следующий день нас вновь разлучили. Я сидела в его больничной палате и плакала от счастья, радуясь тому, что он жив, как вдруг в комнату вломились двое полицейских и стерли с моего лица любые признаки счастья, монотонно зачитав по протоколу:

– Гаспаро Кастильоне, вы обвиняетесь в халатности, которая повлекла за собой гибель десятков людей. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде- Что?
– я словно оглохла, ошарашенно глядя на них.
– Это какое-то недоразумение, мой папа уже дал показания! Он лично вручил заявление Эрнесту Мальдини и описал плохое состояние шахт! Это компания Мальдини, и только он должен нести ответственность, раз сразу не принял меры, и люди пострадали!
– я попыталась защитить папу, встав перед мужчинами, но это было бесполезно. Что может сделать слабая девушка против двух офицеров полиции?Один из них остановился и окинул меня снисходительным взглядом:- Девушка, не мешайте процессу. Эрнест Мальдини подтвердил, что ничего не знал о проблемах с тросами и не получал никакого заявления. Хотите доказать - ищите адвоката. У нас приказ.Я выставила перед собой ладони и взмолилась:Пожалуйста, оставьте его в больнице. Он тоже пострадал, у него сломаны ребра, и было внутреннее кровотечение. Ему сейчас нужен покой, - взглянула на осунувшееся лицо папы и воскликнула, - скажи им что-нибудь! Ты ведь не виноват.- Дочка, всё образуется, а пока не будем мешать офицерам выполнять их работу.Так и начался мой Ад. Ад, в котором я узнала, что всё покупается и всё продается.

Настоящее время.

Рабочий день тянулся невыносимо долго. Я постоянно смотрела на часы, изнемогая от желания вырваться на свободу, покинув стены компании, чтобы наконец-то докопаться до истины. Успокаивало только одно - Эрнеста я практически не видела и лишь мимолётом сталкивалась с ним взглядами, когда мужчина выходил из своего кабинета.Бумажку с адресом девушки я порвала на куски и выбросила, чтобы случайно не обронить её или же не забыть на рабочем столе. Мои мысли метались из стороны в сторону, создавая в душе сумасшедший хаос. С одной стороны, я была напряжена до предела и не находила себе места, но, с другой стороны, мой разум оставался холодным и ясным.Наконец-то часы пробили заветное время. Я быстро собралась, выключила компьютер и направилась к лифту, по пути вызвав такси. Сердце зашлось от страха и билось о ребра, норовя раздробить их все до единого. Я встряхнулась, поправила воротник, пытаясь сбросить с пальцев неприятную дрожь, и вышла из компании, замерев возле парковки.Нервно оглянулась, убеждаясь в том, что за моей спиной нет никого из знакомых, и подошла к машине. Путь предстоял достаточно долгий, и мне срочно нужно было придумать, как уговорить Ванду Бруно публично дать показания и оправдать моего отца.Я была абсолютно уверена в том, что девушка меня и не порог не пустит. Слишком подозрительно её внезапное увольнение и потеря каких-либо контактов. Наверняка Мальдини лично отослал её как можно дальше, чтобы та не проболталась и не поставила его под удар.

Такси остановилось возле неприметного и небольшого домика. За высоким забором я с трудом разглядела сад, который, впрочем, выглядел заброшенным и зарос сорняками. Место было крайне уединенным и находилось в черте города. Вокруг - лишь маленькие магазинчики и еще несколько домов, окруженных прочным заборомНа мгновение я прикрыла глаза и задержала дыхание, собираясь с мыслями. Дрожащей ладонью нажала на звонок и отступила назад, пытаясь сконцентрироваться и скрыть своё беспокойство. Она - моя последняя надежда, и я ни за что не уйду отсюда, пока не уговорю её сказать хотя бы пару слов.Послышался скрип половиц. Приглушенный голос неуверенно и с опаской спросил:- Кто там?Здравствуйте. Я из компании, в которой вы раньше работали. Эрнест Мальдини послал меня для того, чтобы обсудить одну проблему, связанную с вашим увольнением, - мой голос слегка подрагивал, и я прокашлялась, чтобы не выдать своё отчаяниеЕсли бы я сразу объяснила, зачем приехала, то разговаривать, скорее всего, пришлось бы с дверью. Уж не знаю, чем именно Мальдини запугал эту девушку, но он точно нашёл самые верные рычаги давления, сквозь которые будет крайне сложно пробиться.Я постояла еще минутку и добавила:- Пожалуйста, откройте. Это очень срочно.Мой слух уловил щелчок замка. Ванда осторожно открыла дверь и отошла в сторону, пропуская меня внутрь. Девушка очень нервничала, и это было заметно по её мимике, подрагивающим рукам и испуганным глазам.Она окинула меня подозрительным взглядом и тихо спросила:- Что еще ему нужно?Я повернулась к ней и аккуратно дотронулась до её плеча, боясь спугнуть. Тихо сказала:- Простите, я вас обманула. Меня никто сюда не посылал, я сама приехала.Ванда отшатнулась и в ужасе посмотрела на меня:- Что вам нужно?- В тот день, когда вы работали администратором, мой отец приходил в компанию, чтобы отдать заявление Мальдини. Имя Гаспаро Кастильоне наверняка вам знакомо?она резко покачала головои и неожиданно повысила голос.Пожалуйста, уходите! Не знаю, зачем вы пришли, но я ничего вам не расскажу. Я.. я...я, начала задыхаться, словно в припадке, и встряхнулась, впившись в меня глазами,- не могу рисковать. Вы беспокоитесь за своего отца, а я - за брата. Вы не можете ничего от меня требовать, а потому не теряйте время даром и уходите!Подождите.. Эрнест угрожал вашему брату? Что именно он вам пообещал?На её глазах проступили слезы, и девушка обреченно опустила голову вниз:Я не могу об этом говорить! Если он узнает, что я хотя бы кому-то рассказала, то он...он точно просто уничтожит меня.