Одержим твоей дочерью

Ромуш Джулия

– У меня с Арсением отношения, — выдаю на одном дыхании. Взгляд от стола отрываю не сразу.

Только спустя несколько секунд, когда не слышу ничего в ответ на свои слова, поднимаю взгляд, чтобы убедиться, что с отцом все в порядке. Папино лицо покраснело еще сильнее. В глазах полное отрицание действительности.

– Я плохо расслышал, — наконец подает голос, — ты сказала, что у тебя отношения с каким-то мальчиком?
– Тон его голоса не предвещает ничего хорошего.

– Я сказала, что у меня отношения с Арсением, — выдаю

тише, чем говорила до этого, — я его люблю, пап. А он меня.

– Что значит ты хотела сказать мне раньше?!
– Отец полностью упускает мои слова о том, что я люблю бородача.

– Ээээ...

– До отъезда?!
– Отец повышает голос и на нас начинают оборачиваться люди. Я чувствую, как вспыхивают мои щеки.

– Да, и...

– Где он?!
– Отец рычит так, что я на месте подпрыгиваю.

– Пап, я...

– Я спрашиваю, где этот ублюдок?!
– Его кулак приземляется на стол, и вся посуда с грохотом летит на пол.

Глава 25. Арсений.

"Папа воспринял новость о нас не так, как я рассчитывала"

Это сообщение у Ники получается написать правильно только с третьего раза. До этого просто приходило набор букв. Судя по всему, она очень нервничает и просто не попадает по буквам.

"Насколько не так?"

Не то, чтобы я ожидал, что Юра в семью меня примет. Но рассчитывал, что ума хватит не показывать дочери насколько ему это не нравится. Разбираться нам нужно вдвоем. Без Ники. Мне изначально не понравилось, что она сама говорить будет с отцом. Без меня. Но каждый раз, когда предлагал пойти вдвоем, она вставала в стойку.

"Нам пришлось оплатить круглый счет за разбитую посуду и стол. А еще он пытается найти адрес твоего офиса. Я молчу."

Сильнее сжимаю пальцами телефон. Ну вот и какого хера?! Я пацан сопливый? Она меня за своей юбкой прятать решила?

Встаю из-за стола, подхожу к окну. В контактах ищу номер Верещагина. Прислоняю телефон к уху. Один гудок, второй...

– Ты совсем охренел, Арсений?!
– Юра орет в трубку так, что я кривлюсь и отслоняю телефон от уха.

– Предлагаю это обсудить лично.

– Смотри какой смелый. А что же ты не пришел изначально? Дочь мою отправил это блядство мне сообщать?!

Сжимаю телефон до хруста. Слышу на заднем фоне Никин голос. Жаль, что она все это слышит, а ее отец совершенно не беспокоится о том, что сейчас обижает дочь. Она рассчитывала на другой исход. Надеялась, что отец ее поймет, раз мать...

– Папа, прекрати! Я сама...
– Расстроенный голос Вероники приводит в ярость за секунду.

– Ты вещи собирать сама будешь! Здесь ты больше не останешься!

– Адрес говори, — рявкаю в телефон.

– Я сначала дочь отправлю домой, а уже после с тобой разберусь!
– После этого Верещагин сбрасывает вызов.

Стискиваю зубы

от злости, разворачиваюсь, хватаю ключи от машины и вылетаю из кабинета. Мои нервы на пределе. Понимаю, что нужно хоть как-то держать себя в руках. Представляю как Ника расстроена из-за реакции отца. Осталось только морду друг другу набить, и день вообще можно считать отличным.

"Пришли мне адрес"

Отправляю Нике сообщение.

Выхожу на улицу. Завожу машину. Гипнотизирую телефон взглядом. Три точки не перестают мигать. Ника все еще пишет.

"Он такой злой. В ярости. Может завтра поговорите? Я боюсь, что с сердцем что-то опять может случиться..."

"Малыш, напиши мне адрес"

Меньше всего я хочу, чтобы она все это тянула одна. Я и так сейчас себя чувством уебком, который скинул все на девчонку.

Минуту ничего не происходит. Даже три точки не мигают. А после Ника присылает адрес. Вбиваю его в навигаторе. Это оказывается гостиница. Выжимаю газ и с визгом срываюсь с места.

Ярость внутри меня бурлит с каждой секундой все быстрее. Сука, взрослый же мужик. И ума не хватило при девчонке сдержаться. Она же хотела от него понимания. Поддержки. Столько месяцев не видела.

– Сука!
– Хуярю по рулю со всей дури. Выжимаю газ сильнее.

Возле гостиницы оказываюсь спустя минут двадцать. Ника за все это время ничего не писала. Даже в сети не появлялась.

На ресепшене приходится сунуть сто баксов администратору, чтобы мне назвали номер Верещагина. На лифте не еду, перепрыгивая через ступеньку, несусь на седьмой этаж. Хоть так немного скину напряжение. Но особо этого не помогает. Подхожу к нужному номеру, заношу руку, чтобы постучать. И слышу голоса.

– Папа, ты меня совершенно не слышишь!
– Ника кричит, голос немного дрожит.

– У меня со слухом пока что все отлично! Я тебе сказал, что ты собираешь вещи и мы уезжаем!

– Я никуда не поеду! Я его люблю!

– Кого?! Мужика в два раза тебя старше?! Он с тобой играет. За все свои года ни разу не имел серьезных отношений! Всегда только пользовался женщинами.

– Ты сейчас так говоришь, как будто хуже Арсения нет на свете! Но ты ведь с ним дружишь! Он столько раз помогал! Ты привел его в наш дом. Значит ты ему доверяешь. Он хороший.

– Не для моей дочери! В качестве зятя я бы в жизни его не представил! Он хороший друг. Я так думал, что хороший. Пока он за моей спиной не...

– Я его люблю и этого должно быть достаточно!
– Голос Ники срывается, и я понимаю, что нужно вмешаться.

– Мы завтра же уедем и... Какого хера?!

Я захожу в номер без всякого стука.

– Я так понимаю ты меня не ждал, но мне на это плевать с высокой колокольни.

Подхожу ближе, обхватываю ладонями дрожащие плечи Ники. Она закрыла лицо ладонями и плачет. Притягиваю к себе, и девчонка не сопротивляется. Утыкается носом мне в грудь и громко всхлипывает.