Очарование

Джонс Марти

— Пинта водки. Сказала, что она ей нужна для малыша Мэгги. Того, с припадками. По мне, так я выиграла от этой сделки.

Нелл снова кивнула, покачивая пером за ухом. Она широко улыбалась и снова подвигала плечом, чтобы подчеркнуть свои слова.

Адам рассеянно допил виски и попрощался. Он не знал, как воспринимать последние события. Если Бренди приходила к Нелл за водкой, значит, у нее нет запаса спиртного. Значит ли это, что она нечасто использует его? Почему-то его шаги стали легче, когда он шагал домой.

Конечно, это могло

бы означать, что у нее просто закончилась водка. В этом было больше смысла, и это подкрепляло его мнение о ней как о шарлатанке, продающей свое пойло.

Адам открыл калитку, вздрогнув от ее более громкого, чем обычно, скрипа. Завтра он побудет дома и займется необходимыми починками, которыми пренебрегал последнее время.

Когда Адам вошел в дом, его встретил смех. На миг он застыл в холле. От этих звуков стало тепло, они напомнили ему о школьных днях, когда он влетал в дом и слышал, как разговаривали и смеялись его родители. Время повернуло вспять, к тем дням, до пожара. Он ощутил запах травы и шум дождя, увидел своих сестер, Дженни и Бет, сбегающих по лестнице в развевающихся нарядных платьицах.

Их косички прыгали над плечами. На миг он почувствовал, как поползли вверх уголки рта. Как раз в этот момент из двери гостиной вылетела Дейни и резко остановилась перед ним. Ее платье, сшитое из грубого выцветшего зеленого материала, в некоторых местах было выношено почти до дыр. Темные волосы блестели, но были спутаны и перевязаны потрепанной розовой лентой.

— Привет, — сказала она, приветливо поднимая руку. Пробежав по паркету, она скрылась в столовой.

Его охватила горячая волна негодования. Вместо того чтобы встретить его с приветливой преданностью, его дом превратился во вражеский лагерь.

Адам проследовал за маленькой грубиянкой в столовую, и его снова окатило волной негодования. Бренди хозяйничала с несколькими мисками дымящихся овощей и рассказывала его тете, что следует избегать каких-то пасленовых.

— Адам! — воскликнула Кармел, радостно улыбнувшись при его появлении. — Проходи. Бренди приготовила ужин, и, скажу тебе, выглядит он соблазнительно.

Негодование расцвело гневом.

— Я вообще-то собирался пойти поужинать в гостиницу, — солгал он.

Адам понимал, что ведет себя мелочно и по-детски, но не мог сдержаться. Почему Кармел настояла на том, чтобы он разрешил этой женщине остаться?

— Чепуха! Бренди наготовила более чем достаточно. Она учила меня, как правильно питаться, чтобы помогло ее лечение.

Адам запоздало вспомнил про свою шляпу и, сняв ее, повесил на спинку стула. Сел и стал разглядывать восхитительно пахнущую еду. Рот наполнился слюной, и он вспомнил, что пропустил обед, увидев Бренди вместе со своей тетей.

— Угощайтесь, шериф, — предложила Бренди, передавая ему тарелку с ярко-оранжевой морковью.

— Она какая-то чудная, — заметил он.

— Адам! — предостерегающе воскликнула Кармел.

Бренди нервно улыбнулась Адаму. Она говорила

себе, что его одобрение не имеет значения, но втайне ей хотелось, чтобы ему понравилась ее стряпня.

— Она сварена на пару, шериф, — приветливо сообщила она. — Это полезнее, чем варить в воде.

Бренди пустила по кругу несколько мисок, наполнив тарелки себе и Дейни. С волнением девушка следила за выражением лица Адама, когда он начал есть, и удовлетворенно вздохнула, когда он одобрительно кивнул.

— Очень хорошо, — неохотно признал Адам. На самом деле лучше приготовленных овощей он давно не ел, но удержался от упоминания этого факта. Вместо этого он взял в рот следующую морковку.

— Спасибо, — проговорила Бренди, чувствуя, что краснеет. Когда она взглянула на него, он, казалось, заметил ее румянец, который она не могла скрыть. Его глаза удивленно расширились, и в их зеленой глубине появилась растерянность.

Кармел ухмыльнулась, явно довольная их непрочным перемирием, и отправила в рот ложку зелени. Дейни не обращала внимания на взрослых, сосредоточившись на том, чтобы съесть всю еду, положенную на ее тарелку, и экспериментируя с серебряным блюдом, хрустальным бокалом и фарфоровыми тарелками.

Ужин прошел приятно, и Адам был рад, что все-таки не пошел в гостиницу. И не только потому, что домашняя еда была лучше. Бренди с сестрой развлекали их рассказами о местах, где они побывали. Но слишком быстро Дейни стала клевать носом, и Бренди заявила, что они загостились.

— Адам, почему бы тебе не пройтись с девочками до их дома? — предложила Кармел, слегка касаясь волос Дейни. Она с тоской смотрела на маленькую девочку, не заметив встревоженного взгляда, которым обменялись Адам с Бренди.

— Право, это необязательно. Нам недалеко.

Адам снова увидел, как вспыхнули щеки Бренди, и подумал, как странно для женщины с ее жизненным опытом все еще так легко краснеть.

— Я был бы только рад, — услышал он свои слова.

Сестры попрощались с Кармел, которая поблагодарила Бренди за помощь и импульсивно обняла Дейни. Малышка обняла ее в ответ и нежно погладила по морщинистой щеке.

От холода пощипывало щеки, и Бренди, сняв в себя шаль, закутала Дейни. Увидев это, Адам спросил себя, не собираются ли они пережить зиму с одной тонкой шалью на двоих. Этого будет недостаточно, когда пойдет снег и температура упадет ниже нуля.

Он подумал, что это не должно его заботить. Их благополучие его не касается. Хватит с него забот о тете Кармел и жителях города.

До дуба они дошли молча. Дейни едва волочила ноги и, опустив голову, сразу пошла к фургону.

— Иди и готовься ко сну, — велела ей Бренди. — Я сейчас приду.

На этот раз Дейни не спорила. Обильный ужин и прогулка на свежем воздухе истощили ее юные силы.

— Спокойной ночи, шериф, — прошептала Дейни.

Ее тоненький голосок напомнил Адаму сестер в детстве, и он почувствовал комок в горле.