Очарование
Шрифт:
— Спокойной ночи, — отозвался он. Когда за Дейни закрылась дверь, Бренди осознала, что они с шерифом остались совсем одни. Почему-то казалось очень интимным стоять под развесистыми ветвями огромного дерева, сквозь которые поблескивали звезды, а луна заливала ярким желтоватым светом траву вокруг них. Бренди нервно откашлялась:
— Спасибо, что проводили нас домой, шериф.
Адам окинул взглядом ярмарочный фургон и поморщился. Как можно видеть в нем дом? Однако эти двое казались счастливее, чем он чувствовал
— Ну, вы, наверное, заметили, что я не могу сладить со своей тетей, если она что-нибудь задумает. Я никогда не мог отказать ей.
Бренди это действительно заметила и подумала, что это многое говорит о его личности.
— Она чудесная леди. Мне она очень нравится. А Дейни влюбилась в нее с первого взгляда.
— У Кармел большой опыт общения с маленькими девочками. Она помогала мне воспитывать сестер после гибели родителей.
— Она рассказала нам о пожаре. Мне очень жаль. Должно быть, у вас было тяжелое время.
— Я неплохо справился, — пожал он плечами.
Бренди не знала, было ли это правдой. Она подозревала, что трагедия во многом повлияла на него.
— Мне нужно к Дейни, — сказала она, чувствуя, что ей не хочется уходить от него. Облегчение, которое она ощутила, когда узнала, что он не женат на Сюзанне, вновь затопило ее. Бренди вспомнила его поцелуй и заглянула ему в глаза. Помнит ли он это так же, как она? Собирается ли он снова поцеловать ее?
Он протянул руку и положил ладонь ей на плечо:
— Я хотел извиниться за свое поведение. Я не имел права говорить некоторые вещи, которые сказал вам.
По лицу Бренди скользнуло удивление, с которым она быстро справилась, и она сказала:
— Вы просто заботились о своей тете. Я не могу винить вас за это.
— Я хотел сказать именно то, что говорил. Я не хочу, чтобы мою тетю снова обидели. Но это не извиняет мою грубость. Я знаю свою тетю лучше, чем кто-либо. Если бы ей очень захотелось увидеть вас, она нашла бы способ.
— Клянусь, я не давала ей никаких обещаний, кроме одного: я сделаю все, что смогу, чтобы помочь ей.
Он кивнул, и Бренди почувствовала, как напряженное молчание повисло между ними. Адам наклонился вперед, словно хотел еще раз прижать свои губы к ее, и Бренди почувствовала, что не может дышать.
— Спокойной ночи, — пробормотал он, поворачиваясь и исчезая в ночи.
ГЛАВА 10
На следующее утро Адам занялся калиткой.
— Привет, шериф! — крикнула Дороти Уокер, проходя мимо калитки по дороге в город. На ногах у нее была пара больших мужских ботинок, отчего она шагала тяжело и неуклюже, но при этом радостно улыбалась.
— Привет, миссис Уокер, — откликнулся Адам, салютуя ей масленкой, которую использовал для смазывания петель калитки.
Она пошла дальше, а
— Привет, шериф, — поздоровался Хершалл Путнер.
Адам облокотился на низкую изгородь и сдвинул шляпу на затылок.
— Привет, Хершалл. Как дела в шорной мастерской?
Молодой человек остановился, рассеянно почесывая грудь.
— Хорошо, хорошо. Я только что проходил мимо фургона этой знахарки. Я рад, что ты изменил свое решение и разрешил ей остаться.
— Ее лошадь охромела. Что я мог поделать?
— Да, так я и слышал, — одобрительно кивнул Хершалл. — Но не могу сказать, что слишком огорчен ее несчастьем. Она сказала тебе, что вылечила мою язву?
Адам вздохнул и покачал головой:
— Нет, она не упоминала об этом.
— Точно. Сказала, что все, что мне нужно, растет у меня во дворе. Показала, как заваривать травы, когда кончится отвар, который она дала мне.
— Надеюсь, он тебе поможет, — процедил сквозь зубы Адам.
— О, уже помог, — сообщил Хершалл, похлопывая по небольшому животику, который свисал над ремнем. — Я ем, как лошадь, последние четыре-пять дней.
Адам почувствовал растущее раздражение. Он что, единственный, кто не считает Бренди Эштон какой-то волшебницей? Пальцы его крепко сжали масленку, но лицо оставалось бесстрастным.
— У нее очень неплохие глазки, а, шериф? Адам не собирался признаваться Хершаллу, что тоже заметил это. Этот сплетник разнес бы его слова по всему городу уже до обеда. Адам сжал зубы и промолчал.
— Ладно, я пошел. Увидимся.
— До свидания, Хершалл, — буркнул Адам и захлопнул калитку так сильно, что щеколда упала и ее заклинило.
Адам наклонился, чтобы рассмотреть щеколду, заметил ржавчину и капнул на нее немного масла. Он отставил масленку и попробовал поднять щеколду, но она не поддавалась.
— Привет, шериф, — пропел еще один голос.
Адам крякнул и продолжал тянуть упрямую щеколду. Наконец до него дошло, чей это голос. Он посмотрел сквозь прутья изгороди, и глаза его расширились. Адам перевел взгляд вверх по пышной лиловой юбке к желтой блузке с низким вырезом и гладкой белой коже шеи Бренди Эштон и, наконец, к ее глубоким черным глазам.
— Мисс Эштон…
Он вскочил, опрокинув масленку и расплескивая густую жидкость. С проклятьем он поднял масленку, потом сообразил, что его пальцы измазаны маслом.
— Мы здесь, чтобы повидать вашу тетю, — сказала ему девушка, глядя на закрытую калитку.
Адам провел руками по своим хлопчатобумажным штанам и поморщился, увидев пятна.
— У меня небольшое… э-э… затруднение со щеколдой. Кажется, ее заклинило. — Он еще раз подергал металлическую ручку, но та отказывалась даже шевельнуться. — Ладно, давайте я помогу вам.