Очарование
Шрифт:
— Это не очень дорогая вещь — говорила Кармел, открывая дверцу шкафа из вишневого дерева. — Фактически их можно купить довольно дешево в магазине в Оклахома-Сити. — Она взяла птицу и коснулась пальцами ее крыла. — Но в этой есть что-то особенное.
— Глаза, — сказала Дейни, удивив и Бренди и хозяйку. Женщина подняла бровь и снова посмотрела на птицу:
— Да, думаю, ты права.
Дейни встала у кресла хозяйки и прикоснулась к ярко-синей головке птицы.
— Видите, — сказала она, показывая пальчиком на бусинки глаз, —
После слов девочки наступило долгое молчание. Потом Кармел посмотрела на Бренди, и следы того жизнелюбия, которое ее сестра заметила в птице, промелькнули в глазах немолодой женщины. Бренди с трудом проглотила комок в горле, почувствовав боль Кармел. «Она тоже когда-то была жизнерадостной», — подумала девушка, невольно опустив взгляд на кресло.
— Возьми ее, детка, — сказала Кармел, вкладывая птичку в руку Дейни.
Сердце Бренди застучало. Как поступит сестра? Получить предмет вожделения было для нее слишком большим соблазном. Бренди шагнула вперед, чтобы возразить, но была поражена ответом Дейни:
— Нет, спасибо, мэм. Храните ее вы. Я и Бренди — мы живем на воле. «У Бога на задворках», — всегда говорила моя мама. А вы должны жить здесь, с этим, — добавила она, с детской непосредственностью показывая на кресло-каталку, — Вам она нужна больше, чем мне.
Маленькие пальчики бережно поставили птичку в шкаф, и Бренди громко, с облегчением вздохнула. От гордости на глазах у нее выступили слезы, и она улыбнулась сестренке.
— Ты милое дитя, — сказала Кармел, беря девочку за руку. — Пошли. Я уверена, что мы сумеем найти для тебя что-нибудь вкусное.
Они вошли в столовую, где на передвижном столике стоял белый с золотом чайник и такая же чашка. Дейни увидела тарелку с маленькими пирожными и сладостями и облизнула губы.
Кармел подкатилась к двери и крикнула кому-то по имени Джин принести еще две чашки. Молодая женщина в ситцевом платье и белом фартуке торопливо вошла в комнату и улыбнулась сестрам, расставляя чашки и блюдца. Бренди заметила, что, если бы не ужасные угри, усеивающие лицо, девушка была бы очень хорошенькой. В голове ее сразу же стали возникать возможные способы помочь ей. Но девушка ушла, и внимание Бренди снова обратилось к хозяйке дома.
— Так, а теперь, — сказала Кармел, наливая сестрам чай и предлагая молоко и сахар, — расскажите мне, почему вы так много знаете о лечении больных.
Бренди щедро налила молоко в чай Дейни и поменьше в свою чашку. Дейни не сводила глаз с тарелки со сладостями, и Кармел пододвинула ее к девочке.
— Моя мать была травницей. Она многому научила меня. После ее смерти мы с отцом и Дейни много ездили, продавая снадобья. За это время я узнала кое-что сама и добавила к тому, что узнала от мамы.
— У Бренди настоящий дар, — сказала Дейни, кладя в рот лакомство. Она слизнула крошки с губ и добавила: — Па всегда
— Я слышала про вас много хорошего от своих соседей, — сказала Кармел Бренди. — Надеюсь, что услышанное мной, — правда.
— Я помогла некоторым.
Кармел кивнула и отставила свою чашку.
— Не хотели бы вы помочь мне? — с надеждой спросила она.
Бренди понимала, что будет. Она заинтересовалась увечьем женщины, как только увидела ее на крыльце. У нее вошло в привычку сразу оценивать болезнь человека и думать о его лечении — это было характерно почти для всех людей ее профессии.
— Если смогу.
Бренди нервно отпила чай, чувствуя себя совершенно неуместной в этой роскошной обстановке. Стены были оклеены цветастыми обоями с ярким бордюром у потолка. Над дверью на бронзовой палке висели розовые бархатные драпри. В углу на круглом столе, покрытом кружевной скатертью, стояла фарфоровая лампа.
— Я понимаю, мой племянник доставил вам много неприятностей, — сказала Кармел, отвлекая Бренди от осмотра комнаты.
Бренди отпила еще чаю и подняла брови.
— Ваш племянник? — удивилась она.
— Адам Маккаллоу.
Чашка Бренди соскользнула с блюдца на пол и разбилась, а Дейни поперхнулась пирожным.
ГЛАВА 8
Бренди сильно стукнула Дейни между лопаток, тем самым вызвав у нее приступ кашля. Уверившись, что с сестрой все в порядке, она схватила с подноса салфетку и упала на колени, чтобы убрать с пола.
— Бросьте, — сказала Кармел. — Джин уберет.
Бренди осмотрелась, съежившись при виде осколков красивой чашки из китайского фарфора. В животе что-то сжалось, и ее охватила паника. Уцепившись за гладкие деревянные подлокотники кресла, девушка неуверенно опустилась на сиденье.
— Ваш племянник — шериф Маккаллоу? Кармел кивнула:
— Верно. Сын моей сестры Жозефины. Адам хороший малый, но иногда слишком легко заводится. Я все время говорю, что ему надо научиться расслабляться.
Дейни бросила на сестру беспокойный взгляд наполненных слезами из-за кашля глаз.
Она еще раз сильно кашлянула, и из ее рта выскочили крошки пирожного. Бренди хотелось, чтобы кресло ожило и проглотило ее. Если бы ей нужны были доказательства, насколько они с Дейни не подходят жителям Чарминга, она только что получила большую их дозу.
— Да, он был немного упрям, — согласилась Бренди.
Кармел засмеялась и протянула Дейни вышитую салфетку.
— Упрям, это верно. Правда, я чаще называю его скучным или занудным. Он не понял бы, что это такое — веселиться, даже если бы сам дьявол пришел давать ему уроки.
Бренди выдавила из себя улыбку, думая, когда же она сможет улизнуть из гостиной Кармел. Если шериф застанет ее пьющей чай с его тетушкой, он так быстро выставит ее из города, что только ветер засвистит в ушах.