Обвинители
Шрифт:
«Надеюсь, это не доставляет неудобств. Вижу, вы всё ещё в процессе…
Не возражаете, если я спрошу, ваш развод произошел недавно?
«Сразу после окончания суда мой отец был в ужасе от приговора. Мы очень уважаемая семья. Папа понятия не имел, во что меня втягивает, когда я вышла замуж за Бёрди. А мой бывший муж был в ярости. Он не хочет, чтобы его сын водился с такими людьми».
Я проигнорировал эти лицемерные заявления и придерживался фактов. «Твой первый муж подарил тебе сына, а Метелл…?»
«Моя дочь. Ей два года.
Мне следовало бы сказать, что и мой
«Решать тебе. У меня, конечно, есть». Сафия, похоже, была не против иметь со мной дело. Она также не назвала имени опекуна. Я сам проявил готовность.
Меньше всего мне хотелось, чтобы меня свели с каким-нибудь выскочкой-вольноотпущенником, которого поставили отвечать за её контракты и счета, просто чтобы выглядеть респектабельно. Он, вероятно, был невысокого ранга, и я сомневался, что он часто видел Сафию. Это была не та частая ситуация, когда юрист-заместитель подумывает о браке со своей подопечной. Разводы и Сафия были не редкостью.
Она ожидала повторного брака в высшем обществе, и как можно скорее. Законы Аугстана давали ей шесть месяцев, если она хотела избежать потери привилегий. Я чувствовал, что она эксперт. Я мог бы представить, как она ещё не раз поменяет мужей, вероятно, с каждым разом повышая свой статус.
«Простите мою неосведомленность. Я не знаю, кто ваш бывший муж?» Я был
определенно намеревалась посетить Негринус; теперь я подумала, что ее первый отрывок тоже заслуживает интервью.
«О, он вообще ни при чём, не беспокойся о нём». Я догадался, что первая бывшая умоляла не вмешивать её во внутренние проблемы со второй; Сафия была достаточно предана, чтобы подчиниться. Интересно. Неужели она будет так же предана Негринусу?
«Невежливо ли спрашивать, почему этот брак был расторгнут?»
«Это грубо», — сказала Сафия. Довольно грубо.
«Тем не менее, вы остаетесь в хороших отношениях?»
«Мы делаем».
«Из-за вашего сына?»
«Потому что это цивилизованно».
«Замечательно!» — сказал я, словно у меня между зубами застрял песок. «А как у вас с Бёрди?»
«Невыразимо… к сожалению». Она помахала маленькой аккуратной ручкой над нерождённым ребёнком. При этом на её запястье скользнули несколько серебряных браслетов. Её одежда держалась на многочисленных эмалевых гвоздиках и булавках. Даже рабыня, вытиравшая ей лоб, носила браслет.
«Тёща тут ни при чём?» — предположил я, подмигивая. Сафия почему-то была лояльна: лишь слегка надула губки и промолчала. Возможно, Метелли заплатили ей за молчание. «Я встречалась с ней сегодня», — повторила я.
Сафия сдалась. «Я думаю, ты считаешь их ужасной семьей», — сказала она мне.
«Но с девочками все в порядке».
«Какие девчонки?» Меня поймали на слове.
«У моего мужа две сестры. Джулиана — милая, хоть и замужем за кроссовером. Судебный процесс стал для них обоих настоящим потрясением. Карина всегда держалась на расстоянии. Она довольно строгая и угрюмая, но, думаю,
«Карина не одобряла коррупционную практику?»
«Она избегала неприятностей, держась подальше. Её муж тоже вёл себя очень жёстко».
«Ты еще увидишь сестер?»
Сафия пожала плечами и не ответила. У неё был талант казаться полной неискренних разговоров, но я уже чувствовал, что из этой свидетельницы ничего важного не вытянуть. Она льстила, но сказала мне только то, что могла себе позволить. Всё, что ей нужно было сохранить в тайне, осталось за пределами обсуждения. Адвокаты так делают в суде: бомбардируют присяжных пустяками, упуская всё важное, что может навредить их клиенту.
Я попытался задать ей главный вопрос: «Я действительно расследую события, связанные со смертью Метелла-старшего».
«О, я не знаю. Меня там не было. Отец привёз меня в день суда.
закончился».
«Ты поехал домой с отцом?»
«Конечно, да». Она помолчала. «Папа уже поссорился с ними».
«Так бывает в семьях», — посочувствовал я. «В чём была проблема?»
«А, что-то связанное с моим приданым, я ничего не смыслю в таких делах...»
Неправда, дорогая. Сафия Доната знала всё обо всём, что её касалось. И всё же, знатные женщины любят притворяться. Ладно, оставлю. Я тоже умею притворяться.
«Значит, вернуться домой к папе, хотя бы на время? Конечно, ты хотела жить в собственной квартире; ты же замужняя женщина, привыкшая к собственному жилищу?»
Не совсем. Она привыкла жить с Кальпурнией Карой, матроной, которая, как иронично заметила Елена Юстина, обладала выдержкой и харизмой.
Сафия увидела, что я осознаю противоречие; она ничего не ответила.
Я улыбнулась, как заговорщица. «Поздравляю тебя. Жизнь с Кэлпурнией, должно быть, требовала выносливости. Полагаю, она подробно объяснила тебе, как всё делать…»
«Я не могу позволить жене моего сына сосать грудь!» — злобно передразнила Сафия. Она была молодцом.
«Какой ужас».
«По крайней мере, у этого ребенка не будет злой кормилицы, которую пришлось терпеть моей дочери».
«Вы рады, что избежали такой тирании».
«Если бы я только могла». Я посмотрела на него с недоумением. Затем Сафия объяснила любопытные процедуры, которым подвергаются будущие матери, разводящиеся из семей, где на кону может быть большое наследство: «Кэлпурния настаивает, чтобы со мной жила уважаемая акушерка, которая осматривала меня и наблюдала за беременностью и родами».
«Юпитер! Чего она боится?»
«Заменённый внук, если мой ребёнок умрёт».
Я фыркнула. Казалось, это слишком много шума. Но Метелл Негрин не хотел бы брать на себя бремя содержания не того ребёнка.
«Она сказала мне, что ты позвонишь». Значит, Сафия и тиран всё ещё разговаривали.
«Она сказала мне , что ты создаёшь проблемы», — прямо сказал я. «Что она имела в виду?»
«Понятия не имею». Я видел, что она знает, но не собирается мне говорить.
Я сменил тактику. «Вы очень хорошо организованы. Должно быть, была кипучая деятельность, раз вы так быстро нашли себе жильё». Короче говоря, я даже
Города в полете
Фантастика:
космическая фантастика
рейтинг книги
Славка с улицы Герцена
Детские:
детская проза
детские приключения
рейтинг книги
