Обряд
Шрифт:
В августе 1998 года, решив найти причину непрекращающихся головокружений, отец Гэри пришел на прием к доктору Сьюзен Хансен (неврологу и также его прихожанке). В ходе магниторезонансной томографии доктор Хансен, сама того не желая, нашла ответ на вопрос, так долго мучивший отца Гэри. Она предположила, что из-за внезапного нарушения ритма у отца Гэри оторвался тромб, приведший к легкому инсульту, который случился непосредственно перед падением. Удар вызвал потерю ориентации, в результате которой он вполне мог свалиться со скалы. (Исследование также обнаружило факт, что у отца Гэри было опасно увеличенное сердце, и, если бы это осталось
Услышав новость, отец Гэри немедленно почувствовал, что исцелился. В приподнятом настроении он рассказал об этом родителям и Джиму. Он признался: «Не понимаю почему, но я очень рад». Важнее всего было узнать, что он не сделал ничего худого.
В январе 1999-го, примерно через два года после несчастного случая, отец Гэри перенес еще одну, заключительную операцию для улучшения подвижности в локтевом сгибе. Теперь он исцелился окончательно — духовно и физически.
Происшедшее заставило отца Гэри оценить глубину страданий, вызываемых тяжелой травмой. После случившегося он с беспредельной искренностью переживал за людей, боровшихся с физическим недугом или депрессией. Он также увидел огромное значение молитвы в процессе выздоровления. Отец Гэри получал огромную моральную поддержку на службах, на которых присутствовал. Поэтому он решил проводить еженедельные мессы в больнице Сент-Николас и молиться об исцелении страждущих. Пожалуй, самым важным его приобретением было то, что после несчастного случая отец Гэри согласился с концепцией, представляющей страдание как Крест, и тем самым как бы приблизился к Богу. Теперь он ясно понимал, что страдание — неотъемлемая часть жизни и что от этого не избавлен никто в этом мире.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
СТРАДАНИЯ ДУШИ
Обязанности священника весьма трудны, но я благодарю Бога за такую возможность духовного роста. Иногда, находясь рядом с людьми, испытывающими страдание, вы обретаете нечто важное. В определенном смысле они учат нас терпению и по-настоящему христианской жизни. Иногда я чувствую себя избранным, хотя бывает очень трудно соприкасаться с их миром, полным боли.
Отец Кармине де Филиппис
— Твои слова ничего не стоят, — рычал утробный голос, обращавшийся к отцу Кармине.
Капуцин стоял перед сестрой Ханикой, возложив правую руку на лоб монахини, с распятием в левой руке.
Женщина мучительно стонала.
Сидевший напротив отец Гэри неотрывно всматривался в ее лицо. За две недели, прошедшие с последнего визита монахини, он наблюдал много сеансов экзорцизма, включая несколько весьма драматичных, в которых слышался хриплый голос демона — но его продолжало удивлять, с какой неистовой силой сестра Ханика реагировала на молитву.
— Я сильнее тебя! — не унимался яростный рык. Монахиня несколько раз вздохнула, испуская неприятные, больше похожие на скрип звуки: — Ииих… Ииих… Ииих… — и оскалила зубы.
Отец Кармине продолжал декламировать:
— Adiuro te, maledicte draco, in nomine Domini nostri Iesu Christi eradicate et effugare ab hocplasmate Dei. Приказываю тебе, мерзкий змий, именем Господа нашего Иисуса Христа, изыди вон и оставь это создание Господне.
Голос взорвался, негодуя:
— Неужели? Ты кем себя вообразил? Ничего ты не сможешь! Ибо нас много!
Отец Кармине невозмутимо продолжал
— Ipse Christus tibi imperat, qui te de supernis calorum in inferiora terrae demergi prcacepit. Тебе приказывает сам Христос, низвергший тебя с высот рая, сбросивший тебя в глубокие щели земные.
Священник опять выделил слово «приказывает», повторив его несколько раз.
— Ты так думаешь? — вскрикнула сестра Ханика.
Отец Кармине не утратил спокойствия.
— Illum mitut, qui in Isaac immolatus est, in Ioseph venumdatus, in agno occisus, in homine crucifixus, deinde inferni triumphatorfuit. Da locum Christo, in quo nihil invenistide operibus tuis. Устрашись же принесенного в жертву вместо Исаака, проданного вместо Иосифа и убитого вместо агнца, устрашись того, кто распят вместо человека и кто победил ад. Уступи Иисусу место, где нет ничего от тебя.
Поведение сестры Ханики неожиданно резко изменилось. Вместо досады и высокомерия в голосе появились хнычущие и скулящие интонации.
— Вastа, — просительно и едва слышно проговорила одержимая. — Хватит. Пожалуйста, хватит.
Заплакав, сестра Ханика поджала ноги на сиденье.
Отец Кармине не обратил никакого внимания на изменение тактики.
— Humiliare sub potenti manu Dei. Смирись под могущественной рукой Господа.
Отец Кармине неоднократно повторил слово «смирись», выделяя его низким, чуть более грозным тоном.
Голос демона вновь взвился с яростной силой:
— Basta! Да ты не знаешь, с кем говоришь!
Смочив кончики пальцев святой водой, отец Кармине сжал монахине переносицу. Монахиня немедленно принялась отчаянно биться и отталкивать отца Кармине, с силой ударяясь о стену. Вторая монахиня и отец Кармине пытались удержать сестру Ханику, но у них явно не хватало сил.
Не в силах оставаться в стороне, отец Гэри бросил книгу и ринулся на помощь Он боялся, что женщина причинит вред себе или даже отцу Кармине. Отец Гэри втиснулся между спинкой стула и стеной. Откидываясь назад, сестра Ханика наносила удары такой силы, что вполне могла пробить в стене дыру.
Отцу Гэри пришлось сдерживать ее натиск около двадцати минут. К концу все совершенно выдохлись. Отец Гэри с удивлением обнаружил, что от ударов согнулись задние ножки металлического стула.
После трех недель отец Гэри начал понимать латинский текст обряда. Теперь он отставал от отца Кармине всего на пару строк и, скользя глазами по тексту, одновременно успевал следить за реакциями жертвы. Как правило, отец Кармине отводил на молитвенную часть от 15 до 20 минут. Иногда экзорцист ограничивался простым благословением. В других, более тяжелых случаях (таких, как с сестрой Ханикой), молитва длилась около часа.
Поскольку длительность обряда правилами не оговаривалась, отец Гэри хотел понять, каким образом отец Кармине определял, когда ему следовало остановиться. Поначалу ему казалось, что экзорцист просто читал положенные молитвы от начала до конца, в том числе литанию, отрывки из Евангелия и молитвы, касавшиеся собственно изгнания демона. Однако в реальности все происходило по-другому.
— Когда дело совсем плохо, когда сталкиваешься с настоящей одержимостью — в таких случаях нельзя ограничиться пятнадцатью или двадцатью минутами молитвы. Этого недостаточно, — рассказал позднее отец Кармине. — Еще зависит оттого, сколько времени есть у тебя или у твоего посетителя, а также от его выносливости.