Обряд

Бэглио Мэтт

Так продолжалось довольно долго, пока наконец один из моих друзей не посоветовал: „Сходи-ка ты на благословение в церковь Сан-Джованни“. В тот момент мне было совсем плохо. Я не могла заснуть без таблеток. Я страдала то анорексией, тобулимией. Появилось даже такое странное ощущение, как будто кто-то держит руку у меня на пояснице, и это ощущение не проходило. За несколько дней до назначенного срока благословения я начала отказываться идти в церковь. Я говорила: „Ну зачем мне туда идти? У меня все отлично, нужно только встретить нормального парня, и все“. Но мой друг настоял, и я пошла.

Когда я попала в церковь, моя голова начисто отказалась соображать. Я не понимала, что мне говорят,

и тупо молчала до тех пор, пока не оказалась перед священником. В этот момент у меня хлынули слезы, я стояла и рыдала без остановки. Священник разрешил мне остаться до конца обряда. Потом, когда я вернулась домой, выяснилось, что я больше не нуждаюсь в таблетках, и у меня пропало странное ощущение руки на пояснице. Несмотря на такую реакцию, я держалась прежнего стиля жизни до момента, когда сходила на исповедь. Когда священник меня благословил, я свалилась на пол и начала кричать… Что было дальше, не помню. Священник сказал моей подруге, чтобы меня отвели к отцу Томмазо в церковь Скала-Санта. Я туда пришла, получила благословение — и ничего особенного не случилось. Потом я встретилась с отцом Альберто из церкви Санта-Анастасиа, который и наставил меня на путь истинный, научив молиться и введя в сообщество верующих.

В дальнейшем, начиная молиться, я чувствовала некоторое внутреннее облегчение. Во всем остальном мне становилось только хуже. Иногда по ночам на меня нападало странное оцепенение — казалось, меня кто-то крепко держит и не дает пошевелиться. В такие моменты я много плакала и даже говорила себе, что схожу с ума. Когда я рассказала о своих ощущениях отцу Альберто, он посоветовал: „Если такое случается, молись“. Молиться было очень трудно: в такие моменты я никак не могла вспомнить правильные слова. Поначалу на ум приходил самый простой текст: „Помоги мне, святая Дева Мария, помоги, помоги, помоги!“ Потом я выучила „Аве Мария“. Мало-помалу ночные приступы сошли на нет.

Однажды, когда отец Альберто прочитал надо мной 90-й псалом, я почувствовала себя очень плохо и меня вырвало. Когда меня вырвало, я подумала: „С чего бы это?“ Казалось, я вот-вот задохнусь — но я не понимала, откуда такое ощущение. У меня были странные видения — как будто я участвую в каком-то ритуале, и вокруг меня поют или читают нараспев. Отец Альберто предположил, что мне пора сходить к экзорцисту. Про себя я сказала: „Кому — мне? Я и так в порядке“. Я убедила себя, что нарочно придумала это, чтобы привлечь к себе внимание.

Примерно в то же время я познакомилась с будущим мужем. С момента, когда мы освятили обручальные кольца, моя ситуация начала стремительно ухудшаться. Во время церемонии я потеряла сознание, и демон заявил о себе, сказав мужу, что, когда мы поженимся, я его убью.

После этого я заболела по-настоящему. Начались проблемы с женскими органами и с желудком, меня измучили головные боли. Худшее было впереди: однажды утром я проснулась и обнаружила, что у меня отнялась половина тела. Когда я обратилась в больницу, доктора поставили диагноз: рассеянный склероз.

Основных проблем было две: рука и нога. Обе конечности парализовало, и я совершенно ничего не чувствовала. Доктора также не обнадеживали. Предполагалось, что со временем я могла утратить способность двигать конечностями. Я не смирилась и начала курс лечения кортизоном вкупе с молитвами — и вскоре болезнь перестала развиваться. Медленно и неохотно паралич начал отступать. Доктора настаивали на продолжении гормональных инъекций (кортизона), но я предпочла этого не делать — тем более что мысленно я уже вручила свою судьбу в руки Господа. Не могу не сказать, что отец Альберто давно советовал это сделать, поскольку, как он говорил, именно Бог вкладывает науку

в руки ученых.

Приблизительно в тот период я вместе с мужем начала посещать отца Франческо [Бамонте]. Все это время я мучилась сомнениями по поводу экзорцизма и его необходимости в моем случае. Я продолжала считать, что мои поступки вызвались подсознательным желанием привлечь к себе внимание. Тогда отец Франческо устроил мне небольшую проверку».

Желая убедиться в том, что женщина не притворяется, отец Бамонте принес на их встречу обычный пластиковый пакет, в котором находился некий предмет. Приказывая демону от имени Иисуса Христа, священник заставил злого духа назвать этот предмет. Поначалу демон не хотел этого делать, но, в конце концов, понуждаемый настойчивыми требованиями отца Бамонте, демон вполне корректно определил, что в пакете лежали перчатки падре Пио.

«Это меня немного задело, но поскольку в результате стало ясно, что я не сумасшедшая, то я быстро все поняла и успокоилась. Я сказала себе: „Ладно, теперь пора от него избавиться“.

Медовый месяц мы провели, совершая паломничество по церквям и святым местам Италии. Мы специально съездили в церковь Святой Джеммы в Лукке — потому что я читала о жизни этой святой, и у меня было к ней особое отношение. В то время мне сказали, что я не смогу забеременеть, и я помолилась о заступничестве. Покинув могилу святой Джеммы, я почувствовала себя ужасно плохо. Меня буквально складывало пополам от боли в женских органах. В больнице, куда меня положили, врачи поставили диагноз: опухоль размером пять сантиметров. Пока я добиралась до Рима, опухоль выросла до десять сантиметров. Мне предложили операцию, но тут опухоль начала медленно уменьшаться. Наверное, так подействовали молитвы нашей общины верных (мы вместе молились и всегда помогали друг другу). Думаю, мне также сильно помогли молитвы мамы. В итоге я прошла курс больничного лечения и через два месяца забеременела. Теперь у меня замечательный малыш восьми месяцев от роду.

Я надеялась, что замужество освободит меня от демона, но этого не произошло. Больше того: во время обрядов экзорцизма демон начал агрессивно набрасываться на моего мужа. Я говорила ему ужасные слова, причем такое могло случаться даже дома.

Помню, однажды вечером мы сидели вдвоем и ужинали. Муж прочитал молитву, благословив трапезу — и я не помню ничего, что было дальше. Очнувшись, я обнаружила, что лежу на постели и мои руки связаны. Рядом с кроватью стоял муж, он смотрел на меня в легком ужасе, с трудом переводя дух. Я спросила, что случилось? Сначала муж не хотел говорить, но потом рассказал, что после того, как он прочитал молитву, демон проявил себя и тут же начал угрожать: „Берегись потому, что сейчас ты начнешь задыхаться. Ты боишься, я знаю. Не прикидывайся, я знаю точно“. Потом в какой-то момент демон сказал: „Ты приводишь меня в ярость — ведь я не могу тебя коснуться! Мне не позволено“.

В другой раз мы с мужем смотрели телевизор. Показывали фильм про Иоанна Павла II, и на одном из эпизодов я внезапно начала рыдать. Пытаясь успокоить, муж сказал: „Не плачь, сейчас он на небе и молится за тебя“. Тогда я резко повернулась и начала говорить разные плохие слова. Но их говорила не я, это был демон.

Слава Богу, муж знал, что делать. Он не стал ничего отвечать и начал молиться.

В тот период меня одолевали навязчивые мысли. Всякий раз, когда я собиралась на встречу с отцом Франческо, возникала предательская мысль вроде: „Ну, куда ты идешь? Ты идешь, чтобы лгать священнику: будешь смотреть ему в глаза и лгать“. Потом я наговорила священнику действительно ужасных вещей — мысленно, конечно.