Обретенное счастье
Шрифт:
Дрожа от сознания обрушившейся на него беды, Гэвин смотрел на дымящиеся руины и не мог заставить себя уйти.
– Она погибла, и это моя вина, – наконец произнес он сдавленным шепотом.
Поскольку в доме предположительно погиб человек, пожарные начали поиски, когда дождь остудил пепелище и оно стало безопасным для людей. Гэвин хотел было помочь, но шеф пожарных вежливо ему отказал.
– Вы, милорд, и одеты не как положено, и не имеете опыта в подобных делах. Было бы непростительно с моей стороны позволить вам туда идти.
И ему ничего не оставалось,
На востоке уже занялась заря, когда шеф пожарных подошел к нему.
– Мы нашли тело, сэр.
– Позвольте мне взглянуть на нее. – Гэвин рванулся к почерневшему остову здания.
– Нет. – Шеф и подошедший констебль Мейн прегради ли ему дорогу. – Там… нечего смотреть. Единственное, что еще возможно, – идентифицировать останки человека. Ваша жена была высокого роста?
Ее макушка доходила ему до скулы. «Алекс, о Господи, почему ты не послушалась?» Он судорожно вздохнул:
– Да, она… была… высокая.
Другой член бригады подошел к ним, что-то держа в руке.
– Мы нашли это около тела. Это принадлежало вашей жене? – Он протянул Гэвину обгорелый металлический предмет.
Гэвин узнал маленький пистолет Алекс. Огонь уничтожил деревянную рукоятку, оставив только двойной ствол. Последняя надежда угасла.
– Да. – Его рука конвульсивно сжала металл. – Да, это ее вещь… Спаси, Господи, ее душу.
Гэвин не помнил, как грум усадил его в коляску и довез до дома. Лошадь Гэвина трусила сзади. Лондон просыпался под ясным, омытым дождем небом. Приехав на Беркли-сквер, Гэвин автоматически вылез из коляски. Горничная, что мыла ступени, подняла голову и ахнула, увидев его.
Войдя в холл, он увидел в зеркале свое отражение. И не узнал себя. На него смотрели тусклые глаза мрачного, осунувшегося незнакомца. Его одежда промокла под дождем и была в черных пятнах от сажи. А сам он выглядел как… как мужчина, только что потерявший жену, которую любил.
Бард подошел к нему, на сей раз не такой высокомерный, как обычно. Очевидно, страшная новость уже достигла дома.
– Какие будут распоряжения, лорд Сиборн?
Гэвин долго пытался сообразить, что нужно сделать.
– Пошлите слугу в Ашбертон-Хаус с сообщением о… смерти леди Сиборн, потому что ее родители и чета Ашбертон должны об этом знать. – Нужно было оповестить и других знакомых, но многих не было в Лондоне. Он отложил это на потом, слишком измученный, чтобы думать об этом сейчас.
Дворецкий кивнул.
– Я распоряжусь, чтобы вам приготовили ванну?
– Я должен поговорить с мисс Кейти.
У дворецкого был несчастный вид, но все же не такой, как у Гэвина, когда он поднимался по лестнице в детскую. Когда он вошел, Кейти завтракала вместе с мисс Хейли. Ее веселая улыбка угасла, как только она увидела его лицо.
– Что случилось, капитан? – испуганно спросила девочка.
При взгляде, на ее личико – миниатюрную копию Алекс, только со светлыми волосами – его сердце сжалось от боли.
– Кейти… – Его голос замер, но он попытался собраться
– Нет! – закричала Кейти, соскочив со стула. Ее синие, как у Алекс, глаза стали огромными. – Нет! Мама не может умереть. Она не может!
– Мне очень жаль, Кейти. – Если бы он мог умереть вместо Алекс… Насколько это было бы легче, чем сообщать ее дочери о том, что произошло..
Кейти безутешно зарыдала. Он опустился на колени и обнял ее, и сам не смог удержаться от слез. Он говорил, что ее никто не обидит, что он любит ее, что всегда будет рядом с ней и что ее мать погибла как героиня.
Они сидели на полу, крепко прижавшись друг к другу, пока он не почувствовал легкое прикосновение к своему плечу. Он поднял глаза и увидел свою тетку леди Джейн Холланд.
– Мистер Сурио сообщил мне эту ужасную новость, – сочувственно произнесла она. – Вы должны отдохнуть, Гэвин. Мы с мисс Хейли позаботимся о Кейти.
Он молча поднялся и отдал Кейти в теплые, заботливые руки леди Джейн. Спустившись вниз, он обошел стороной комнаты Алекс – мучительные воспоминания о том счастье, что он познал там, терзали его сердце. Скинув с себя одежду, он рухнул на постель и забылся тяжелым сном.
Когда он проснулся, уже наступил вечер. Он лежал, слепо глядя в потолок. После смерти Хелены ему казалось, что большей боли ему не суждено испытать никогда, но, оказывается, он ошибался. Очевидно, способность страдать никогда не исчерпывается.
Он постарался сосредоточиться на рутинных делах: составить страховое заявление; найти новое помещение для офиса; проследить, чтобы о его служащих позаботились…
А похороны? Никакого решения он не может принять, пока родители Алекс не вернутся в Лондон, а это произойдет только через три-четыре дня. Вполне вероятно, что они захотят увезти тело Алекс домой и захоронить среди мирных холмов Уэльса.
Он боялся встречи с ними. Он дал слово заботиться об Алекс и не сдержал его. Сев на постели и спустив ноги на пол, он вдруг понял, что ее родители могут забрать у него Кейти. Он хотел бы оставить девочку у себя, но не знал, имеет ли на это право, и может быть, ей лучше жить с бабушкой, дедом и со своей маленькой тетушкой, которая, по сути, была ей сестрой.
Он провел рукой по лбу, вытирая пот. Вчера еще Алекс была жива. И прислушайся он к своей интуиции и запрети встречаться с незнакомцем, она была бы жива и сейчас.
В первый раз он подумал о том, что же на самом деле произошло. Ни пожар, ни смерть Алекс не были случайны. Может, неизвестный «посетитель» надеялся ограбить офис, а когда Алекс пригрозила ему пистолетом, убил ее и в конце концов поджег дом, чтобы замести следы? Были ли у него сообщники?
Он должен поговорить с горничной, которая организовала эту фатальную встречу. Он попросил приготовить ванну и привести к нему Дейзи, чтобы расспросить. Пока он умывался и приводил себя в порядок, дом обыскали сверху донизу.