Обретая нас

Скай Надежда

– Не всё так плохо, как могло быть. Сломался датчик скорости, и мастер уже его выкрутил. Осталось дело за малым: забрать его из магазина, привезти сюда, чтобы он его заменил, и можно ехать дальше.

– Это хорошо. Значит после обеда можно выезжать?

– Да, очень надеюсь, что успеет, – Абрамов кивнул на мастерскую и автослесаря, который вытирал руки о грязную тряпку и кивал нам, – можешь звонить маме и предупредить, что к вечеру будем, пусть собирает вещи мальчику.

Меня слегка передёрнуло от того, как он назвал нашего сына – холодно-нейтрально,

а Глеб даже не заметил, отошёл в сторону, чтобы вызвать такси.

Такой родной и взволнованный голос мамы на несколько секунд вывел из равновесия. Сглотнув ком в горле, я ответила на все вопросы и наконец сообщила главную новость.

– Ты меня сейчас убила, – мама замолчала на несколько секунд, после того, как узнала, что я еду с бывшим за Егором, – что за срочность?

– Я не знаю, не могу понять и объяснить. Ты не представляешь, как он изменился и как мне сейчас тяжело его понимать.

– Если так, то ты должна держать себя в руках, ради Егора.

– Только это и помогает.

А дальше я попыталась увести тему от бывшего мужа, переключив всё внимание мамы на моего сына и на то, что безумно по ним соскучилась.

– Такси подъехало, пойдём.

У Глеба после автомастерской было отличное настроение, даже попытался вести себя галантно, но вот мне этого не надо было. Безумно хотелось спать, да хотя бы просто полежать перед несколькими часами дороги.

– Какие планы?

– Завезу тебя в гостиницу и до обеда ты мне не нужна. Как только заберу машину, перекусим и будем выдвигаться, хочется до полуночи вернуться в Ростов, чтобы завтра быть на работе.

– Понятно. Я переживаю, как Егор перенесёт дорогу.

– А в чём сложность? Возьми с собой всё необходимое…

– Не в этом дело. Он ни разу не ездил так далеко на машине, самое долгое было в Краснодар к первым специалистам, которые и установили точный диагноз, а потом мы на поезде поехали в онкоцентр в Москву.

Глеб кивнул и, неожиданно для меня, взял за руку.

– Понимаю, но очень рассчитываю, что всю дорогу он будет крепко спать.

***

– Смогла отдохнуть?

Глеб грузил в багажник наши сумки, а я ждала у машины. Пару часов сна мне вернули силы, а вкусный обед в хорошем ресторане настроение. Мне хотелось быстрее выехать и скорее быть дома, чтобы увидеть родных.

– Да, ночью не смогла заснуть, сейчас наверстала. А ты?

– Я не устал и спал всю ночь, поэтому занимался некоторыми делами, которые не требуют моего присутствия.

До Краснодара мы ехали молча, Абрамов периодически отвечал на телефонные звонки или сбрасывал некоторые. Я же старалась не обращать внимания, рассматривая меняющийся пейзаж за окном. Но, как только мы проехали город-миллионник, Абрамов остановился на ближайшей парковке.

– Что-то случилось?

– Мне надо ответить. Да, Саш?!

Я успела только выгнуть брови и наблюдать, как бывший муж расхаживал возле капота машины и чём-то разговаривал со своей нынешней любовницей. «А, молодец Шурочка, крепко держит

его в своих ручках с длинными коготками». Неприятное чувство, очень близкое к ревности, разлилось горечью во рту. С трудом сглотнув эту гадость, отвернулась в сторону, стала ждать его возвращения в машину, нервно постукивая ноготками по ручке двери.

– Всё хорошо, Шурочку успокоил? – не смогла сдержаться, но зато какое удовольствие поддеть Абрамова.

– А тебе не всё равно?

– Было бы всё равно, если бы она не мешала поездке. Не люблю ждать.

Громкий смех бывшего ещё больше заставил хмуриться. Было неприятно, ведь я кожей чувствовала, что смеётся он надо мной.

– Ревнуешь, жёнушка?

– Ни капельки! Как можно ревновать к шалаве? И не жена я тебе больше!

– С последним соглашусь и не больше. Ева, если не ревнуешь, то тогда к чему этот вопрос и нескрываемый негатив?

– Я не хочу продолжать.

– Ну, как всегда… Начала и, когда тебя зажали в угол, сразу в кусты!

– Не всегда! Давай сменим тему или просто помолчим?

Мысленно ругая себя за несдержанность, ждала от Глеба ответа, рассчитывая на второй предложенный вариант.

– Мы с Александрой в гм… сейчас в тесных отношениях, и я не думал, что поездка за Егором затянется. Она переживает.

– Пожалуйста, Абрамов, избавь меня о подробностях своей половой жизни с Шурочкой, меня может стошнить.

– Всего лишь попытался объяснить, – Глеб усмехнулся, но продолжил: – Ну и стервой ты стала.

И тут я чуть не задохнулась от возмущения.

– Я стерва?! Да как у тебя вообще язык поворачивается! Она всю нашу совместную жизнь пыталась влезть между нами, крутила задницей перед тобой, бежала по первому зову, и я стерва?

– Успокойся, я не…

– Не смей так говорить!

– Хватит! Ты тоже не святая, так что закрой свой рот!

– Да пошёл ты со своей Шурочкой!

Абрамов свернул на обочину и резко обернувшись, процедил сквозь зубы:

– Если так, то можешь выйти прямо здесь, а я вернусь обратно. Это я тебе нужен и если не успокоишься, то делай, что хочешь! А истерик и выяснения отношений я не потерплю. Это хоть понятно?

– Предельно.

– Вот и чудненько.

Он, как ни в чём не бывало, включил поворотник и выехал на трассу, обратив всё своё внимание на дорогу. Только крепко сжатые руки на руле выдавали насколько сейчас Глеб был зол. «Не доводи дьявола, когда просишь его помощи», мелькнула мысль и моментом потушила пожар негативных эмоций на душе.

Как бы ни хотелось, но пришлось признать – Абрамов был прав, его личная жизнь, меня не касалась, как и моя, не касалась его. А мне стоило сдерживаться и обдумывать каждое сказанное слово, чтобы впредь такое не повторялось, но как же это тяжело! Когда он был в хорошем настроении, улыбался мне, сердце замирало, а нежность к нему растекалась сладкой карамелью по всему телу. В такие моменты забывалось всё плохое и снова хотелось раствориться в нём, в его объятиях.