Оборотень
Шрифт:
— Хватит!
Мужчина полоснул сестру предостерегающим взглядом и отложил бумаги, успевшие набить оскомину за последние пару дней — так часто их просматривал. Вздохнув, он устало потёр виски и посмотрел на Шону.
— Я не понимаю, почему тебя так это задевает.
— Потому что ты вот так, ни с чего, решил…
— Потому что нам это надо. Нам — всем, — уточнил Лерион со вздохом. — Лонесия, очевидно, скучает в замке. К тому же, многие её подруги, насколько мне стало известно, уже обзавелись супругами. А нам не помешает
Жрица недовольно поджала губы, однозначно не убеждённая аргументами брата. Посверлила его взглядом, не спеша обличать и обвинять, но и не успокаиваясь.
— Хорошо… Допустим, — всё ещё хмурясь, процедила Шона. — Но почему именно сейчас? И почему именно Лона?!
— У нас нет времени ждать. А Лона… Разве у нас есть другие варианты? — пришла очередь короля хмурится. — Тебя? У меня, знаешь ли, не так много свободных принцесс под боком.
— Ты мог бы женить Териона, — поджав губы, произнесла Шонель. — Его возраст…
— Он — принц. Ему нет причин торопиться с женитьбой, в отличии от Лонесии. Тем более, что и Гортензия вряд ли обрадуется…
— Ах, Горте-ензия, — Шона зло прищурилась. — Значит дело только в этом? В том, что за Лону некому заступиться? Поэтому её можно, как кур в ощип, выкинуть замуж непонятно за кого?!
— За очень порядочного молодого барона.
— А что ж не за купца? — женщина молниеносно поднялась с кресла, глядя теперь на брата сверху вниз. — Или, подожди… Сразу за молочника! Это ведь так выгодно!
— Не передёргивай, — Лерион осуждающе покачал головой. — Лучше порадуйся, что Лоне повезло и за неё посватался хоть кто-то.
Сообщать, что инициатором замужества был он сам — мужчина не собирался. В конце концов, в стране пока ещё он правитель и не обязан объяснять все свои действия и выгоды.
— Ты — король. Она — твоя дочь!
Она повысила голос, а Лерион поморщился — и от громкости и от столь неприкрытой лжи. От того, что Шона даже на миг не запнулась, говоря неправду ему в лицо.
— Да все эти барончики, герцоги — они должны бороться за честь породниться с тобой! Они, а не наоборот!
— Ну извини, что я не Эрдан. Мне далеко до его изворотливости и ума, — мужчина скрипнул зубами. — И это ещё одна причина того, почему мне выгоден этот брак. Сама ведь знаешь, среди северян последователей брата больше всего.
Порой Лериону казалось, что его старший брат не просто умер, а стал самым настоящим божеством. Пусть даже только в рамках одной из провинций страны.
— И ты решил бросить им на растерзание свою дочь? Замечательное решение! — голос Шоны сочился ядом, а на последних словах она драматично похлопала в ладоши, глядя на брата чуть не с презрением.
— У тебя есть лучше?! Так я слушаю!
Взорвавшись, король тоже поднялся со своего кресла и хлопнул по столу.
— Не отдавать Лонесию вот
— Чудесный план, — Лерион криво усмехнулся и даже кивнул, соглашаясь. — Что может лучше подтвердить мою состоятельность, как короля, в их глазах, как не разорванное соглашение? В последний момент разорванное, заметь!
— Ты мог… — она сбилась, споткнулась об полный горечи взгляд брата, но упрямо продолжила. — Мог раньше мне сказать об этой проблеме. И тогда мы бы вместе нашли решение… Другое решение.
— Зачем, Шонель? — вздохнув, мужчина буквально опал в кресло и поднял усталый взгляд. — Этот вариант — идеален. Их успокоит, что одна из моих дочерей будет там… Практически в их власти.
Женщина поморщилась от формулировки, но не могла не признать её справедливость.
— И всё же — это нечестно, — Шона покачала головой. — Несправедливо по отношению к Лоне.
— Ей уже двадцать, — практически по слогам напомнил Лерион и криво усмехнулся. — Года четыре назад ты утверждала, что Астер нуждается в женихе… И почему-то, тогда тебя совершенно не смущало, что ей всего девять!
— Астер! — Шонель обрадовалась. — Ты мог бы… — она сбилась под пронзительным взглядом брата, и продолжила спокойнее. — Ты мог бы предложить им место консорта.
— То есть, — король развеселился. — Отдать Лонесию в уютный замок, хоть и на севере, где она станет наконец полновластной хозяйкой — плохо и так нельзя, ведь она совершенно не знает своего жениха. Но провернуть всё тоже самое с Астер, которая значительно младше, и к тому же моя прямая наследница, это нормально? Шон…
— Нет, ты неправильно меня понял! — она нахмурилась. — Я лишь…
— Шонель, — пришлось надавить голосом, чтобы заставить сестру услышать. — Я не изменю своего решения.
Лерион посмотрел прямо в глаза сестры. И в его глазах отчётливо читалось, что компромиссов не будет. И поблажек — тоже не будет. Никаких.
— Тем более, что произойдёт это уже… Сегодня, получается.
— Нет…
— На балу будет объявлено, что Лонесия выходит замуж, — он продолжил, словно не слыша. — И я был бы очень тебе благодарен, если бы ты… Для разнообразия, пожалуй. Встала на мою сторону. И помогла убедить свою капризную племянницу в том, что это наилучший выбор для неё.
— Ты совершаешь ошибку, брат, — Шонель медленно покачала головой.
— Одной ошибкой больше, одной меньше, — король грустно улыбнулся. — Зато я буду уверен, что хотя бы какая-то часть моей семьи от этого станет счастливее.
Шона открыла рот, собираясь возразить, но не смогла. Слишком тоскливо смотрел брат. Осуждающе поджала губы и покинула кабинет. Не согласившись, но не видя способа достичь своей цели напрямую. В конце концов, всегда есть обходные пути.
Лерион долгим, усталым взглядом посмотрел в закрытую дверь, и прикрыл глаза.