Обними меня
Шрифт:
На столе у каждого прибора стоял хрустальный бокал с холодным апельсиновым соком, а в центре, на серебряном блюде, горкой были сложены свежие, привезенные почтальоном бриоши. На покрытой белоснежной скатертью столешнице высились вазы из цветного стекла со свежесрезанными садовыми розами. Вошла служанка с литым серебряным подносом времен королевы Анны. На нем красовались фарфоровые тарелки и тарелочки с яичницей и золотистыми, шипевшими от жира ломтиками бекона, обложенного кольцами поджаренных колбасок. Потом в холле появилась миссис Мач с другим подносом, на котором находились разложенные по тарелкам кусочки филе пикши горячего копчения, а рядом с ними стояли вставленные в рюмочки яйца, сваренные всмятку. Вслед за кухаркой на подгибающихся ногах притащился древний, как мир, Фивер. Он принес накрытую белой салфеткой
Горячие блюда были поставлены на мраморные, в виде лебедей со сложенными крыльями, подставки. Развешанные на потемневших от времени дубовых панелях зеркала отражали лица четырех молодых людей, накладывавших себе на тарелки еду. Все мысли о брошенной на дороге машине были на время оставлены. Над столом запорхали шутки и послышался смех. Джеймс и три его дамы наслаждались вкусным завтраком и своим привилегированным положением владык Сефтон-Парка.
Шутливая беседа, которую они поначалу затеяли, стала постепенно затихать: Джеймс принялся просматривать почту, а Маргарет погрузилась в размышления о курсе лекций, который ей предстояло прочитать в ближайшее время. Анжелика уже в третий раз накладывала что-то себе на тарелку, когда Септембер, продолжавшая просматривать краем глаза заголовки газеты, которую она умыкнула из-под самого носа у Джеймса, неожиданно издала пронзительный крик и отшвырнула газету в сторону. Вскочив вслед за тем на ноги и опрокинув чашку с кофе, она задрожала всем телом и разразилась жалобными рыданиями. Потом, прикусив губу и равномерно ударяя кулачком по столешнице, Септембер снова устремила округлившиеся от ужаса глаза на набранный крупным шрифтом заголовок на развороте. При этом у нее из-под ресниц ручьями потекли слезы.
Первой устремилась на помощь Септембер Маргарет. Джеймс же словно примерз к стулу: до такой степени его поразило выражение ужаса, отразившееся на лице сестры.
Дернув Септембер за руку, Маргарет развернула ее лицом к себе. После этого, стиснув ладонями плечи Септембер, Маргарет принялась ее трясти, что, однако, не дало никакого результата. Чтобы вывести сестру Джеймса из прострации, Маргарет размахнулась и отвесила ей весьма крепкую оплеуху. Септембер замерла, потом со всхлипом втянула в себя воздух, выдохнула, вдохнула еще раз и, закрыв лицо ладонями, медленно опустилась на стул. Было видно, что она стала, наконец, приходить в себя.
Маргарет встала у нее за спиной, обняла и прошептала на ухо:
– Извини, мне не хотелось быть грубой, но так уж вышло.
Анжелика тоже поднялась с места, проверила у сестры пульс и, заглянув ей в глаза, сказала:
– У тебя сосудистые спазмы, и мозгу недостает кислорода. Дыши глубоко и ровно. Через пару минут ты снова почувствуешь себя хорошо.
Септембер попыталась было что-то сказать в ответ, но у нее так пересохло во рту, что ничего, кроме шипения, ей издать не удалось. Тогда она протянула руку к стакану с соком, но рука у нее настолько сильно тряслась, что она долгое время не могла поднести стакан ко рту. Анжелика взяла стакан у сестры и прижала его край к ее губам. Септембер сделала глоток, другой, а потом стала с жадностью пить и пила до тех пор, пока в стакане не осталось ни капли.
– Ну что, лучше тебе? – спросила Анжелика.
– Значительно, – пробормотала, всхлипнув, Септембер.
– Отлично. Теперь посмотрим, что тебя так расстроило, – проговорила Анжелика, взяла со стола газету и погрузилась в чтение. Через секунду кровь отхлынула от ее щек, а газета выпала из ослабевших пальцев. Чтобы добраться до своего места и снова усесться за стол, Анжелике потребовалось сделать над собой невероятное усилие. Джеймс к тому времени уже обрел способность двигаться, нагнулся, поднял газету с пола и сложил страницы в нужном порядке. Он проделал все это, не торопясь, – похоже, готовился к самому худшему. И не зря. Новость, которую он узнал, и впрямь была худшей из всех возможных.
Хрипловатым от ярости и отчаяния голосом он прочитал:
«КОШМАРНОЕ УБИЙСТВО!
ПРЕСТУПНИЦА ЛИ ЛЕДИ ОЛИВИЯ?
Полиция принимает все возможные меры к задержанию леди Оливии Синдерс, которая вчера поздно вечером выбежала из резиденции принца Али в районе Мейфер. Как выяснилось, примерно в это время принц был убит. Брат убитого бросился за леди Оливией в погоню, криками призывая прохожих помочь ему догнать преступницу. Позднее,
Джеймс устремил взгляд на фотографию леди Оливии, занимавшую половину разворота. Она была запечатлена фотографом рядом с убитым принцем. Принц был в костюме для игры в поло, голову Оливии прикрывала широкополая панама, на ней было легкое платье без рукавов. И принц, и Оливия с обожанием смотрели друг на друга и выглядели на снимке как идеальные влюбленные, на чьем горизонте нет ни облачка. Теперь выяснилось, что проблемы у них все-таки были.
Джеймс обвел затуманившимся от слез взглядом сидевшую за столом маленькую компанию. Все три женщины были смертельно бледны и с ужасом смотрели на фотографию Оливии, которую средства массовой информации провозгласили «самой красивой женщиной Англии». Оливией восхищались все, и было из-за чего: природа наградила ее идеальной, почти неземной красотой, блестящим умом и невероятным обаянием. У нее был настоящий дар привлекать к себе сердца, не важно, кто оказывался перед ней – мужчина, женщина или ребенок. К тому же она была богата и происходила из старинной аристократической семьи. Думая о ней, Бухананы испытывали чуть ли не священный трепет. По правде говоря, их отношение к Оливии было выше дружбы и даже любви. Они боготворили ее. Оливия вошла в их жизнь очень давно и теперь то появлялась в Сефтон-Парке, озаряя все вокруг исходившим от нее сиянием ярчайшей звезды, то снова неожиданно пропадала.
В течение некоторого времени сидевшие за столом люди хранили молчание, отдавая дань воспоминаниям об Оливии. Все они, хотя и каждый по-своему, питали к ней глубочайшую любовь и были преданны ей, как только может быть предан один человек другому. И так было всегда – с того самого дня, когда она еще ребенком появилась на их горизонте.
Сэр Дэвид Буханан и его жена Молли были крестными отцом и матерью Оливии, которая осиротела еще в детстве. По этой причине девочка много времени проводила в семействе Буханан и воспитывалась с их детьми. Для Джеймса, Анжелики и Септембер Оливия была равноправным членом семьи, причем одним из самых любимых. Вглядываясь в эту минуту в лица Бухананов, Маргарет ощутила, что эти люди готовы ради Оливии на все, даже на жертвы, только бы защитить ее от злого мира, выдвинувшего против нее такие ужасные обвинения.
У Джеймса от волнения перехватило горло, поэтому, прежде чем сказать хоть слово, ему пришлось откашляться. Тем не менее, когда он заговорил, голос его звучал хотя и печально, но твердо:
– В этой с позволения сказать редакционной статье очень мало фактов и слишком много пустых, ничем не подкрепленных заявлений и пафоса. Судя по всему, расследование только началось. Мы должны все как один выступить на стороне Оливии, поскольку она полноправный член нашей семьи. Ее друзья – наши друзья, и я не сомневаюсь, что они сохранят ей преданность в любых обстоятельствах. Будем надеяться, они станут вести себя в точности так, как мы, а именно: хранить молчание, не вступать ни в какие отношения с прессой, а в случае, если нагрянет полиция, скажут лишь то, о чем их будут спрашивать, и ни слова от себя не добавят. Вот пока все, что мы можем для нее сделать. Повторяю, если полицейские начнут нас расспрашивать, лгать не следует, но не нужно упоминать и о темных сторонах натуры Оливии. Если произошло непоправимое, необходимо сделать попытку объяснить все трагической случайностью во время любовной игры. Как мы знаем, Оливия была большая охотница до такого рода забав.
– Но куда она исчезла? И почему, собственно, скрылась с места преступления, как можно понять из статьи? Неужели она и вправду убила своего любовника? Если это так, к кому она обратилась за помощью после того, что случилось? Неужели поехала к нам? Вспомните о брошенной на дороге машине! Непонятно также, что случилось с ней на дороге, если она и в самом деле ехала на этом автомобиле. Может, ее кто-нибудь вспугнул, а может, она в последний момент подумала, что не стоит впутывать в это дело нас, и решила прибегнуть к содействию других людей, – предположила Маргарет.