Обман
Шрифт:
Эш постаралась сохранить равнодушное выражение лица и спокойно сказала:
— Нам с Эм безусловно стало бы легче, если бы не пришлось больше бегать взад-вперед по лестнице, обслуживая вас.
Джейк рассмеялся.
— Вы уж точно не Флоренс Найтингейл. Не очень удачная из вас получается сестра милосердия, так ведь, милочка?
Несмотря на свою решимость, Эш чувствовала, что вот-вот выйдет из себя.
— Не очень удачный из вас больной, — вспыхнула она.
Боб
— Пожалуй, я побежал. Завтра мне подниматься ни свет ни заря. — Он небрежно собрал бумаги, не дав Джейку возможности взглянуть на них. Сунул папку под мышку. — Проводи меня, Эш.
Она вышла вместе с ним. В сумеречном свете угасающего дня Боб нерешительно посмотрел на нее.
— Мне кажется, я начинаю понимать, что ты имеешь в виду. Он тебе сильно досаждает?
Эш резко рассмеялась.
— Слабо сказано.
— Выгони его.
Эш закусила губу.
— Я… мой адвокат посоветовал мне ублажать его, — объяснила она. — Или он подаст на меня в суд. Или на Расти.
Боб явно удивился.
— Может быть, мне с ним поговорить? — деликатно предложил он.
Эш отрицательно покачала головой.
— Это моя битва.
Он с любопытством взглянул на нее.
— Никогда не считал тебя бойцом.
— Я тоже. Но мне кажется, наступил такой момент в моей жизни, когда мне надо бороться или… — Она замолчала.
— Или? — мягко спросил Боб.
Она молчала. Боялась задать этот вопрос даже самой себе. Но неожиданно ответ пришел сам собой: или проиграть полностью и навсегда эту битву за самоуважение. Эш удивилась ясности этого ответа. Передернула плечами.
— Или он превратит здесь все в торговый центр с катком в придачу, — после небольшой паузы беспечно сказала она. — Оставь мне бумаги, Боб. Я над ними поработаю.
Он протянул ей папку.
— Позвони, когда прочтешь. На этот раз мы рассчитываем на твою поддержку.
— И вы ее получите, если не станете заставлять меня сидеть на заседаниях комитета, — пообещала она. — Я же тебе уже сказала. Я готова к битве.
По дороге назад к дому она поняла, насколько точными были ее последние слова. Битва уже маячила на горизонте.
Эш передернуло. Она ненавидела споры, ненавидела вежливые голоса, прикрывающие затаенную ярость. И больше всего она ненавидела холодные, злые оскорбления, которыми заканчивалась любая битва. Она научилась защищаться от гнева Питера. Но была не уверена, что достаточно хорошо вооружена, чтобы противостоять Джейку Дейру, вздумай он применить жесткие меры. От одной мысли об этом в горле у нее пересохло.
— Я его не боюсь, — яростно сказала она себе. — Он ничего не может мне сделать.
В кухне Джейк налил себе еще кофе и разлегся в кресле-качалке около плиты. Расти лежал перед ним, положив морду на лапы, и внимательно наблюдал. Один из котят, наименее опытный и более доверчивый, влез по ноге сначала на колени, а потом устроился на плече Джейка. Он его не прогнал.
Когда она вошла в кухню, котенок поднял голову и замурлыкал. Эш остановилась, как вкопанная, пораженная этой картиной. Контраст с тем, что она себе воображала, был огромным. Разумеется, такая картина может испугать только настоящего параноика, подумала она.
— Уехал дружок? — спросил он. Тон вежливый, хотя и несколько напряженный.
Эш проигнорировала и тон, и сам вопрос.
— Расположились как дома? — с вызовом спросила она.
Джейк подарил ей свою самую солнечную улыбку.
— Это нетрудно. Мне эта кухня нравится. Здесь правильно пахнет.
— Я знаю, — сухо ответила Эш. — Главным образом колумбийским кофе.
Джейк ухмыльнулся.
— Один из самых лучших запахов, — согласился он. Потом потянулся. — Но я ожидал совсем другого.
— Да? — Эш подняла брови.
— Я ожидал запаха печеных бобов и рыбных палочек. Их обычно предпочитают мальчики-подростки, — мягко заметил он, наблюдая за ней из-под ресниц.
— Да? — повторила Эш с застывшим выражением на лице.
Он внезапно расхохотался.
— Да будет вам. Признавайтесь. Не знаю, кто эти монстры, но они явно не ваши сыновья. Так ведь?
Эш пожала плечами, глядя в сторону.
— Я никогда этого не утверждала.
— Но вы меня не поправили, когда я решил, что они ваши дети. — Он задумался. — Интересно бы знать почему.
Она молча взяла грязную кружку Боба. Но все время чувствовала на себе его взгляд.
— Возможно, это моя собственная стратегия, — принялся размышлять он. — Запутай врага. Чем менее точной информацией он располагает, тем труднее ему добиться успеха. — Он помолчал. — Я прав, Эш? Вы считаете меня своим врагом?
Она передернула плечами, все еще стоя спиной к нему.
— Я вообще о вас не думаю, — заявила она, что не совсем соответствовало действительности.
Он хмыкнул.
— И я не смог бы уговорить вас провести выходные в раю? Очень больно ранит. Знаете, я это запомню.
Возмущенная, Эш резко повернулась к нему.
— Вы не похожи на раненого.
— О, я очень хорошо умею скрывать свои чувства, — весьма откровенно признался он. — Когда я занимаюсь бизнесом в этой стране, финансовая пресса всегда утверждает, что это мое главное достоинство.