Облака жизни
Шрифт:
– Да, да – ответила Ядвига. С большим удовольствием гуляя по ней, я не пренебрегу в общении с вами. Она, говорила с неким акцентом на русском языке. Уже видя месторождение глины у Ядвиги, имелось предложение к живущим здесь людям:
– Если, на какое-то время вы доверите мне детей, останусь благодарной вам! Я научу их рисовать, научу лепить поделки из глины. Наверняка среди вас есть мастер печник, который примет от нас заказ на печь, для обжига изделий из глины – обратилась к народу Ядвига.
Вы не ошиблись! В нашей деревеньке есть такой человек – Тимофеевич!
– Вообще- то среди нас много мастеров и мастериц, так что обращайтесь!
Люди рады были оказать помощь. Барыня понравилась
– Хорошо… Спасибо вам всем за доверие! – ответила Ядвига.
– А сейчас, – сказал Сергей Николаевич, – хочу одарить всех небольшими подарками. Я помню ваше почтительное отношение к моему батюшке! Увы, он ушёл из жизни, не дожив до сегодняшних дней. Не забуду, как будучи ребёнком спускаясь по дороге от поместья, прибегал на деревенскую улицу поиграть с детьми. Меня никто не обижал. Я благодарен всем за любовь ко мне! Когда в отъезде скучаю по малой Родине, по её деревенской жизни.
На подводе подъехал Василий. Сергей Николаевич с Ядвигой подошли к нему. С накрытой скатертью подводы беря подарки и подходя к каждой семье, дарили их. Подарок состоял из хорошего отреза ситца, пакета пряников и конфет. На лицах людей светилась искренняя радость. Подойдя к Ефросинье, взгляд Ядвиги упал на брошь. Ефросинья, увидев её интерес к броши, спросила:
– Вам нравится?
– Да, – ответила Ядвига – на удивление красивая вещь…
– Откуда у вас, столь привлекательная брошь? –не отводя глаз, спросила она.
– Подарок отца, моей матери! – ответила Ефросинья.
– Он родом из Франции и брошь фамильная драгоценность. Возможно, его оберег… – продолжила она.
– Как вас зовут? – спросила Ядвига, рассматривая столь удивительную крестьянку.
– Ефросинья, – ответила та.
– Ефросинья! – обратилась к ней Ядвига – заходите к нам в гости. Мне захотелось подробнее узнать историю любви вашей матушки и отца.
Рассказ о моих родителях, вам станетет по- настоящему интересен. Но насколько мой приход к вам будет удобен? – ответила Ефросинья. Глядя на Ядвигу, она почувствовала некое доверие к ней.
Барыня не смотрит свысока, показывая гордость и пренебрежение к людям. Пожалуй, я доверюсь ей.
Народ расходился по домам в хорошем настроении, испытывая сердечную доброту к барину и его избраннице. Алексею, так и не удалось поздороваться с Полей, но взглядами, волнующие их сердца обменялись. Поля, искоса рассматривала его. Она часто видела Алексея стоявшим возле вяза и наблюдавшим за ней. Выходя во двор, первым делом смотрела в сторону околицы. При виде его её сердечко стучало, готовое вырваться наружу. Не видя, замирало в ожидании.
В дом Гордея стала захаживать сваха, тётка Степанида. При виде её Поля убегала. Спрятавшись в хлеву, сидела, пока та не уйдёт.
– Девка на выданье. Пора замуж отдавать – говорила она Гордею.
– Я сам знаю! И за кого отдать, тоже знаю! – в недовольстве ответил он. Почесав затылок вздохнул.
Начинается…– решил он. Один у вяза стоит, высматривает! Другой родителей готов прислать. Самому прийти никак, поджилки трясутся!
Дядька Тимофей, возле залежей белой глины выложил из кирпича печь, для обжига детских поделок. Другие мужики поставили длинный дощатый стол, обтесав его со всех сторон, ка бы дети не поранились. Вдоль стола, с одной и другой стороны смастерили скамейки, обтесав со всех сторон, как и стол. Ядвига, каждый день приходя в деревню, наблюдала за работой. Она радовалась всему, точно ребёнок. Считала, в её жизни появилось интересное и полезное дело. Сергей Николаевич закупил краски. Из конской щетины сделали кисти и выстругали из дерева палочки, для работы с глиной. Наконец, долгожданный день настал. С утра позавтракав Ядвига, вместе с Сергеем Николаевичем и Василием, пришли
Ядвига, подойдя к столу сказала:
Дети, я рада вашему приходу на занятия. Должна сказать спасибо вашим родителям, за доверие ко мне. Помимо лепки из этой чудесной глины все вместе станем наблюдать, как огонь обжигая укрепляет её. Прочитав много увлекательных и интересных книг стоящих познаний, расскажу вам о них – поучая, говорила она.
На первом уроке дети научились катать шарики и палочки правильной формы. С интересом наблюдали за своими поделками в печи, во время их обжига. Постепенно к месту, где Ядвига проводила уроки, стали подставляться скамейки. Приходили пожилые люди и остальные жители деревеньки, так же интересуясь уроками. Больше всего людей поразило чтение книг. Тогда, Ядвига стала заранее подбирать рассказы и даже сказки, которые собиралась прочитать.
Надо же – думала она, – как люди тянутся к знаниям! Кого -то заинтересовали рассказы о насекомых, кому- то по душе пришлась фантастика, а кто –то, открыв рот слушал сказку.
С такого рода занятий деревенский люд сплотился. Иногда, Ядвига собирала всех к полудню тогда, народу собиралось больше. Скамейки расставлялись по разные стороны. По одной стороне сидели мужики, по другую женщины. Все старались прийти нарядными, как на праздник: себя показать и на других посмотреть! Детишки усердно трудились за столом поглядывая на родителей. Тятеньки и маменьки их больше не ругали, наоборот, гладили по головкам хваля за усердие.
– Серёжа? – однажды спросила Ядвига – ведь скоро наступит прохлада. Где с людьми собираться станем?
– Ядвига, я подумаю об этом. Обещаю! – ответил он.
Наступила пора сбора ягод и грибов. Ядвига решила заниматься с детьми в утреннее время дня, до обеда. В деревне стояла тишина. Кто бежал с пустыми корзинами по дороге в лес. Кто- то, с уже полными кузовками ягод возвращался назад. Сейчас, Ядвига чувствовала в себе некую ответственность. Родители спокойно занимались своим делом. Она присматривала за их детьми, не выделяя среди них кто плох, а кто хорош. Любовь и уважение к людям Ядвиге прививалось, живя в родительском доме. Ни одна из прислуг не могла пожаловаться или обвинить в грубом отношении к себе господ. Родители обращались к ним на Вы, не позволяя себе повысить голос при разговоре. Мать часто собирала детей прислуги в саду. Расстилая покрывала, она усаживала малышей и детей постарше за чтение книги. Кто уставал слушать сидя мог прилечь. Никто не покидал того места, пока книга не была прочьтена до конца. Ядвига не ограждалась от такого рода учений. Так же, как и все дети, она могла сидя и лёжа слушать чтение или поучительные рассказы матери. Таким образом она росла и воспитывалась не одна, не испытывая тяги к общению с детьми. Вспоминая родителей, Ядвига задумалась.
– Здравствуйте, – кивнув, сказал проходящий мимо Алексей. Держа в руках сети, он шёл к речке.
– Здравствуйте! – ответила Ядвига. Вы далеко собрались – спросила она Алексея.
Только до моста дойду и обратно! – ответил он.
– Как ваша матушка? – ещё раз обратилась она к Алексею.
– Хорошо! – ответил он. С утра ещё в лес ушла. Должна вернуться. С сестрой Анной ушли… – добавил он, идя дальше.
К Ядвиге подошла Степанида. И тёткой не назовёшь и, молодой не наречёшь – женщина средних лет.