Облака пустоши
Шрифт:
«Шторы! Нет, найдет. За ними окно! Да подходит!»
Наемник подошел к окну, повернул позолоченную ручку и, подняв раму, вышел на каменный уступ здания, прикрыв за собой раму так, чтобы внизу осталась узкая щель.
Он слышал, как дверь в кабинет осторожно открылась и патрульный гаркнул:
— Кто здесь?!
В комнате зажегся свет. Ахимас посмотрел направо. На уступе стояли большие мраморные статуи. Приставным шагом, прижавшись к стене, наемник прокрался по уступу и притаился за одной из статуй.
«Высоко! Только бы не упасть!» — испуганно подумал он и посмотрел вниз.
Завод оживился.
«Похоже, эти ребята пришли замести все следы, что могли остаться. Проверяют завод перед прибытием Бененгрея».
Внезапно он услышал слева звук открывшегося окна.
Солдат высунулся в окно, посмотрел в обе стороны и с щелчком закрыл окно.
«Не заметил!»
Свет в комнате погас. Военный ушел.
«Вот упырь!» — раздраженно подумал Ахимас, приблизившись по уступу к окну. «Придется поддевать!»
Балансируя на уступе, Ахимас достал самую толстую свою отмычку и, вставив в щель окна, начал поддевать язычок.
Оказавшись снова в кабинете, он подумал: «Задержался я здесь. Надо немедленно убраться. Если я выйду из того же открытого окна на втором этаже, и пойду вдоль стены завода до горы, то там смогу выбраться за пределы территории».
Выбравшись, наконец, за территорию завода, Ахимас направился в сторону площади, на которой утром они опрашивали пострадавших. Проходя по ночным трущобам, он чувствовал на себе липкие и грязные взгляды их обитателей. Они смотрели на него сквозь узкие как щели окна домов. В разломах меж хибар теплилась какая-то нехорошая, опасная жизнь.
«Это еще хорошо, что улица ведущая к заводу широкая и за углом сложно кому-то притаиться, — подумал он. — Идя я переулками, мог и не выйти совсем!»
Впереди у железнодорожного переезда он увидел всадника, на уже знакомой ему красавице белой лошади Глазунье. Его, Ахимаса, лошадь, плелась на веревке в некотором отдалении.
— Хельбрам! — крикнул он. — Вечно сиять!
— О, мой запоздалый напарник! Я уж начал переживать за вас, — ответил Хельбрам.
— Все прошло более или менее гладко! — сказал Ахимас подойдя.
— Ваша, Лошадь, в целости и сохранности! — сказал майор.
— Благодарю! Давайте скорее уберемся отсюда. Место опасное.
— М-да, — сказал Хельбрам. — Два бравых молодца тут пытались мне ножами угрожать. Хотели лошадей увести. Я пальнул пару раз в воздух из револьвера. Они так драпанули! Вы бы видели! — Так, куда теперь? — Надеюсь, вы погостите у меня до окончания расследования?
— Пока не могу, — сказал Ахимас. — Мне нужно встретиться с одним человеком за пределами города.
— В пустыне, ночью? Вы серьезно, Ахимас.
— Абсолютно. Я обещал. Не переживайте за меня. Так что выдвигаемся в сторону главных городских ворот.
— Ну чтож, Дорий не одобрил бы. Надеюсь, завтра расскажите мне о ваших тайных делах. А пока скажите, как там в кабинете Догбарта? Нашли что-то стоящее?
— И даже больше! — сказал Ахимас и достал папку с чертежами.
— Что это?
— Это часть чертежей оборудования! Те самые, про которые Догбарт сообщил в ветрограмме. И те самые, что пытались украсть.
— Украсть? — спросил майор.
— Кто-то
— Все важное держать при себе, — сказал Хельбрам и улыбнулся.
— И вот что любопытно, дверь была открыта ключом. Замок не взломан. А это значит, что директор может быть мертв. Ключ, вероятно, был взят у убитого.
— Или же ключ есть еще у кого-то, — сказал Хельбрам.
— Точно! Нужно будет поискать, у кого может быть дубликат ключа. Другой вопрос, как грабители проникли на территорию завода? У них есть доверенные люди в охране или даже где-то в правлении? Я видел, как к Герде Гроу прибыл полный лысый господин в чрезмерно богатой одежде.
— Возможно это Джон Граег? — предположил Хельбрам.
— Этот Джон Граег может быть связан с ограблением. Хотя прямых доказательств этому и нет. Просто мои домыслы. Бирон говорил, что на заседании они требовали новое оборудование для завода и их интересуют чертежи. Да, только они их не нашли! — Ахимас улыбнулся. — Знаете, я бы попытался отыскать труп Догбарта. Но, боюсь, времени у нас слишком мало. Думаю, завтра нам стоит навестить жену Догбарта, и передать ей ветрограммы мужа. Может, она расскажет нам что-то важное.
Добравшись до главных городских ворот, где днем и ночью было оживленно, Ахимас слез с лошади и достал ранец. Мимо, громыхая, проехала повозка с рабами нуаранами, сопровождаемая рунаборгскими солдатами. Прошли какие-то подвыпившие карлики с фонарями и проскакало несколько лошадей, подняв клубы пыли.
Откашлявшись от песчаной пурги, Ахимас сказал:
— К директорскому кабинету примыкает химическая лаборатория.
Наемник достал из ранца улики.
— Догбарт, изучал что-то. Может, искал причину аварии, а может, создавал какие-то добавки. Я нашел там любопытное вещество в разбитой таре. Вот оно, — наемник передал Хельбраму стеклянную пробирку с порошком. — Хочу, чтобы вы отправили это в Эрнбург, лично Дорию, а также то вещество, что мы достали на заводе. Еще отправьте одну из ПАН ламп. Вторую сохраните у себя дома. Посмотрим, что обнаружится. В письме укажите, что из веществ есть что, и при каких обстоятельствах найдено. Бирону Бененгрею отошлите вот это, — Ахимас достал из кармана перфокарту. — Это пришло на ветрограф Догбарта. Чей-то ответ. Посмотрим чей, и что именно там зашифровано. При инспектировании завода я рекомендую министру уделить особое внимание поиску информации о тех вагонах, что были пригнаны к цеху номер 6. Информацию о содержимом навряд ли удастся узнать, но, быть может, станут известны номера цистерн, или другие особенности! Попросите Бененгрея о встрече в удобном для него месте в подходящее время.
— Да, сделаю, — сказал Хельбрам.
— Вы же ждете Ганца? Да? — прервал разговор неприятный голос откуда-то сзади.
Ахимас обернулся. Позади стоял низкий мужчина в сером грязном плаще и с россыпью бородавок на лице.
— Не ждем мы никакого Ганца! — злобно отрезал Ахимас.
— А вы уверены, что не ждете? — настаивал уродливый человек.
— Уверены! — сказал Хельбрам.
Когда неприятный незнакомец ушел, смешавшись с толпой, Хельбрам спросил:
— Может, он хотел сказать гонца?