Обещания
Шрифт:
— Это ты рассказала ему! Конечно, ты, потому что больше никто не знал об этом.
Первый раз в жизни он увидел, как Анни Чатфильд покраснела.
— Да, я упоминала в нашей беседе имя твоей матери, — призналась она. — Господи, о чем мы только не говорили с ним!
Джей не сводил с нее глаз.
— И?..
— И он улыбнулся и сказал мне спасибо.
Джей приехал в церковь пораньше, выбрал скамейку, с которой хорошо было видно место, где будет стоять подружка невесты, и с нетерпением стал ждать начала торжества. Несколько минут назад он поздоровался с Линной, но Джиллиан нигде не было видно. Заметив сидевшего неподалеку от прохода Матта, он приветственно кивнул
В конце концов органист получил сигнал начинать и перешел от обычных песен о любви к торжественным аккордам «Свадебного марша». Через несколько секунд появилась церемониальная процессия, размеренно-неторопливо шествовавшая по проходу в такт музыке. Сияющая Линна, проходя мимо Матта, протянула ему руку, и он дотронулся до нее своей рукой.
Потом Джей увидел Джиллиан. Это была сказочно-новая Джиллиан. Пушистые волосы из светлых вновь превратились в медово-каштановые — цвет, который он помнил со школьных лет. У нее была новая стрижка, которая необычайно шла к ее лицу. Платье по цвету напоминало спелую клубнику или красное виноградное вино. Она была просто восхитительна. Сосредоточенная на том, как бы не сбиться с шага, она не заметила Джея, когда проходила мимо.
Наконец появилась Джолин, и он не мог не признать, что она выглядит потрясающе. Доктор Лоуэлл взял свою дочь за руку и повел к алтарю, где стоял Паркер. Джей повернулся лицом к Джиллиан и перехватил ее удивленный и пристальный взгляд. Увидев, что он смотрит на нее, Джиллиан тотчас же отвернулась и стала наблюдать за сестрой, медленно подходившей к алтарю, и ни разу больше не взглянула в его сторону, но Джею теперь это было не важно. На протяжении всей церемонии он не сводил с нее глаз, следил за каждым движением, когда она выполняла свои обязанности подружки невесты, и заметил, как Джиллиан с облегчением вздохнула, когда ее часть программы была завершена. С этого момента Джей просто не мог дождаться, когда же все кончится. Все будущие супруги по очереди дают клятву верности в любви. Вот счастливых молодоженов осыпают пригоршнями риса. Вот они садятся в машины, и свадебный кортеж направляется в загородный клуб доктора Лоуэлла. Когда поздравляли молодых, Джей целомудренно поцеловал невесту и от всего сердца пожал руку Паркера, пожелав им счастливой жизни. Когда на стол подавали угощение, он ел. Когда произносили тосты, он пил.
Когда заиграла медленная музыка, он подошел к Джиллиан.
— Ты обещала мне танец, — тихо сказал он. Она как-то скованно и неохотно приблизилась к нему, и они стали танцевать.
Когда песня подошла к концу, Джей вдруг резко наклонился, подхватил Джиллиан на руки и быстро понес через весь зал к выходу. Оказавшись на улице, он только взглянул на швейцара, и тот немедленно подогнал к крыльцу пикап Анни, а секундой позже второй швейцар уже открывал перед Джиллиан дверцу машины. Прежде чем она успела что-либо возразить, они уже мчались в долину.
— Ты что, украл меня? — спросила Джиллиан удивленно.
— Не совсем так, — он посмотрел на нее, не в состоянии определить, возмущена она его поступком или ей все равно. — Вообще-то отчасти ты права. Скажи, ты бы согласилась, если бы я попросил тебя поехать со мной?
— Скорее всего, нет, — честно ответила она. — Я уже пережила всю причитавшуюся мне боль, которую принесли мне встречи с тобой, и больше мне не хочется…
— Да, ты знаешь, мне тоже больше не хочется боли.
Клубнично-винное шелковое платье зашелестело, когда Джиллиан повернулась на сидении, чтобы лучше видеть его лицо.
— Я не желаю быть заместительницей сестры. Ни для тебя, ни для папы. Я уже прошла через это. На следующей неделе
— Сначала выслушай меня, а потом, если захочешь, я сам отвезу тебя в аэропорт, — ответил он.
— Не заставляй меня надеяться, Джей. Не поступай со мной так. Отпусти меня, вот и все.
Наконец они доехали до знакомого огромного камня и остановились.
— Мне о многом пришлось передумать за последнее время, — осторожно начал он. — Знаешь, я понял, что мне совсем не нравится быть взрослым. Но что поделать, такова жизнь, и я пытаюсь делать все, что в моих силах, чтобы достойно прожить отпущенное время.
Она взглянула на него, упрямо поджав губы. Джей протянул руку назад и достал с заднего сиденья небольшую жестяную коробку
— Здесь все письма, которые я получил от тебя. Сегодня утром я пересчитал их. Вскочил с постели в пять часов и стал разбирать, — он протянул ей коробку.
Джиллиан заглянула в нее, и неожиданно ее глаза наполнились слезами.
— Не делай этого, Джей. Прошу тебя, не делай, если хочешь только поиграть со мной.
— Ну думай так, Джилли. Здесь всего сорок пять конвертов: двадцать писем, четыре поздравления с Рождеством, четыре с днем рождения и семнадцать открыток. Здесь нет ничего от Джолин. Несколько лет назад я выбросил все ее письма. Она, наверное, догадалась об этом, потому что больше ни разу не написала мне. И знаешь что? Я не могу вспомнить содержание ну хотя бы одного ее письма.
Из глаз Джиллиан покатились слезы. Он взял коробку из ее рук, бросил на заднее сиденье.
— То, что было между мной и твоей сестрой, не имеет ничего общего с любовью. Это была просто потребность молодого семнадцатилетнего тела, отчаянная попытка завоевать девушку и удержать ее возле себя, попытка привязаться к кому-нибудь и заполнить этим человеком пустоту, которая образовалась в моей жизни после того, как не стало родителей… и я делал все, чтобы хотя бы эта часть моей прошлой жизни осталась нетронутой, тогда как все остальное вокруг меня разбивалось, рушилось, менялось.
Она отвела глаза в сторону, притихшая, не веря его словам, не желая впускать его в свою душу.
— Я не понимал этого, не понимал, что делаю, до той самой ночи, когда мы встретились с тобой у озера. Несмотря на все те усилия, которые я прилагал, чтобы сохранить неизменным то, что мне казалось любовью, все вдруг полетело к чертям. Мой мир изменился, и его изменила ты.
— Я не знаю, зачем ты говоришь мне все это. В ту ночь ты хотел Джолин, — устало произнесла она. — Так зачем же сейчас все переиначиваешь? Я видела твое лицо, Джей. Я знаю, что ты тогда чувствовал. Ты хотел, чтобы я была ею, и когда ты понял, что я не Джо…
— Ты ведь даже понятия не имеешь, о чем я тогда думал, Джилли.
— Имею, черт возьми! Ты был ошеломлен. Растерян. Ты даже не мог сказать мне ни слова.
— Да, я был ошеломлен, — согласился он. — Я просторно мог поверить в это. И растерян. О Боже, Джилли, растерян. Но не из-за того, что с нами случилось, — настойчиво говорил он. — Дело в том, что я не мог поверить, что только что занимался любовью и совсем не думал о Джолин. И ведь, действительно, я занимался именно любовью, любовью, а не сексом. И такое чувство я испытал впервые за всю свою жизнь. Я не мог ничего сказать тебе, потому что я не знал, как объяснить, что раньше у меня были женщины, с которыми я спал, но всегда на их месте я представлял твою сестру. Я бы просто не смог заниматься сексом, если бы ее не было в моей голове. Но с тобой все оказалось иначе. Как бы я сумел объяснить тебе то, чего сам не понимал? Не понимал до сегодняшнего утра. Не понимал и мучился. Но сегодня мне, наконец, все стало ясно. Я люблю тебя. Я очень тебя люблю и, наверное, любил тебя все время, еще со школы. Я помню, как в первый раз поцеловал тебя возле старенького зеленого «Форда» Тедди Зиглера.