Объединение
Шрифт:
Пардек нервно улыбнулся, и Спок понял, что здесь, в своей, казалось бы, стихии, он чувствует себя лишним.
– Позвольте мне удалиться, – сказал Пардек, и Спок уловил нотку подобострастия в его голосе. Нерал обернулся к Пардеку с привычной дипломатичностью.
– Надеюсь, мы увидим Вас и Вашу жену завтра на званом обеде?
Пардек засиял от удовольствия.
– Непременно, – сказал он, чуть склонив голову. Затем он повернулся и вышел.
Снова обернувшись к Споку, Нерал обратился к нему, как посвящённый
– Старину Пардека уже много лет никуда не приглашали. Многим не по душе, что он слишком близок к простонародью.
– Тем хуже для них, – отвечал Спок. Он не предаст Пардека после стольких лет дружбы. – Я всегда считал Пардека знающим и проницательным человеком.
Не отвечая, Нерал указал на удобный стул, обитый чем-то мягким.
– Позвольте мне кое-что сказать Вам, Спок, – без всяких предисловий заговорил он. – Мы с Вами собираемся положить начало великому делу, которое изменит лицо всего сектора.
Спок был ошеломлён. Он собирался красноречиво говорить о своей миссии, убеждать, склонять на свою сторону – но совершенно не был готов к тому, что Нерал уже на его стороне. Возможно, он слышал в заявлении Нерала больше, чем тот хотел сказать.
– Вы готовы поддерживать воссоединение? – спросил он, желая внести полную ясность.
– Я убеждён, что это необходимо. Наши миры нужны друг другу.
– Простите меня, но я не ожидал, что ромуланский проконсул будет говорить, как член подпольного движения.
– Я хочу, чтобы Вы полностью уяснили мою позицию, Спок, – безмятежно улыбнулся Нерал.
Несколько долгих секунд Спок размышлял над услышанным. То, что Нерал окажется приверженцем идеи объединения, было для него полной неожиданностью. Но, в конце концов, проконсул принадлежал к политикам нового, свободомыслящего поколения; и если за ним действительно было будущее, есть все основания надеяться. С другой стороны, это ещё не означало, что остальное руководство разделяет эти взгляды.
– Вы полагаете, что сможете получить поддержку в Сенате? – спросил Спок.
Подавшись к Споку, Нерал произнёс не таинственно, но со спокойной уверенностью.
– Сенат уже не прежний, в нём многое переменилось. Старые руководители утратили уважение народа. – Встав, он заходил по кабинету. – Причастность к клингонской гражданской войне… нескончаемая конфронтация с Федерацией. Народ устал от всего этого. Времена меняются. Лидеры, не желающие меняться вместе с ними, больше не смогут оставаться лидерами.
Он снова повернулся к Споку, преисполненный энтузиазма.
– Спок, я готов открыто объявить о начале переговоров между нашими планетами. – Он улыбнулся нескрываемому изумлению Спока. – Как, по-вашему, отреагируют на это на Вулкане?
Спок не стал торопиться с ответом. Уж как-то слишком быстро всё шло; он предпочёл бы действовать неторопливо
– На Вулкане отнесутся к этому с осторожностью. Предстоит преодолеть недоверие, существовавшее веками.
Нерал не ожидал столь осторожного ответа.
– Но, несомненно, – начал он, – если во главе движения станет человек, обладающий Вашим авторитетом…
В этот миг в кабинете зазвучал бестелесный голос системы связи.
– Проконсул, – произнесла помощница из приёмной, – объявлено заседание Сената.
Нерал мимолётно нахмурился, затем ответил:
– Очень хорошо. Джолан тру, Спок. – Затем, вспомнив что-то, добавил: – О, живите долго и преуспевайте.
Спок поклонился и вышел. У него осталось ясное чувство, что весь этот разговор был нелогичен.
Д’Тан бежал уже больше часа. Бежать оставалось ещё добрый час, но он знал, что сможет держать темп без особого труда. Было какое-то наслаждение вот так нестись по долине Чула, чувствуя, как дует в лицо ветер, и ноги пружинисто отталкиваются от сухой глинистой почвы. Д’Тан никогда не чувствовал себя так замечательно, как во время бега.
Ему всегда говорили, чтобы он не спешил, но он не слушал. Как можно не спешить? Ведь надо так много увидеть, узнать, сделать. Порой ему становилось страшно умереть, так и не успев попробовать всего в жизни, и он не желал терять драгоценного времени. Вот почему Д’Тан не шёл шагом, если была возможность бежать.
Со временем те, кто уговаривали его не спешить, стали понимать, что из его привычки бежать можно извлечь пользу. Организация стала использовать его как связного, ибо ему можно было доверять, и он был надёжнее, чем какое-либо средство связи. А для последователей движения объединения надёжность и возможность доверять были намного ценнее скорости.
Сейчас путь его лежал в отдалённое поселение М’Нарф, куда он нёс важное сообщение. Этой ночью в пещерах состоится собрание, на котором должны присутствовать все. Это собрание будет важнее всех, которые бывали у них до сих пор.
Таково было сообщение, которое он должен был передать; больше ему ничего не сказали. Но Д’Тан сердцем чувствовал, что мечта их вот-вот сбудется. Спок сообщит им то, что они так жаждут услышать: скоро они объединятся со своими вулканскими братьями, и два родственных народа вновь обретут друг друга.
Для Д’Тана, его семьи и их друзей это была заветная мечта, которую передавали из поколения в поколение. Д’Тан, точно так же, как и его родители, и их родители, и многие поколения их предков, воспитывался в вере, что настанет время, когда вулканская и ромуланская расы сольются воедино. И тогда воцарятся мир и гармония, и не будет между ними ни вражды, ни предубеждения.