Об истине

Гичко Екатерина

– Да чтоб ему всю жизнь такую же дрянную кожу жрать!
– Ерха ворчал, держа в руках свою обувку. От его левого сапога отвалилась подмётка, и теперь старик на все лады корил торговца, у которого их приобрёл. Сапоги служили ему уже верой-правдой около двух лет, и, видимо, Ерха надеялся, что они прослужат ещё столько же. Но те предпочли развалиться от дорожных невзгод.

Доаш с задумчивым видом уставился на свою обувь и даже покрутил ногой туда-сюда, рассматривая её со всех сторон. Увиденное его вполне удовлетворило. Миссэ же украдкой взглянул под стол на ноги Низкана. Но сапоги бывшего вольного всем на

зависть блестели как новенькие и ничуть не потеряли своей пёстрой яркости.

Сам Низкан в разговоре не участвовал, пытаясь накормить раскапризничавшегося питомца. Малыш Дар перенёс дождливые дни плохо. Чихать он начал уже на второй день пути. Низкан на пару с Доашем отпаивал его горячим травяным отваром, от которого зверёныш воротил нос. Но с нагом не поспоришь: зубы разожмёт, лекарство внутрь вольёт. Малышу осталось только возмущённо пищать и жаловаться хозяину. И тот жалел его. Правда, с совершенно каменным лицом.

– Да им давно пора уже развалиться, - Миссэ решил вступиться за честь неизвестного торговца.
– Сам же сказал, что уже два года в них ходишь. И где только не ходил! Одни болота только чего стоят. Дарилла с наагасахом вообще оттуда без сапог вернулись.

– Было б ишо за чем ходить!
– старик перенёс своё недовольство на другой объект. А точнее, на цель путешествия.
– Стока времени и сил угробили, и за что? За чашку какую-то.

– Ну ты потише, - Доаш укоризненно посмотрел на него и бросил быстрый взгляд вокруг.

Трапезный зал был наполовину полон, и не все посетители выглядели добропорядочными горожанами. Нагу даже показалось, что один из них, мужчина в насквозь промокшем плаще, как-то подозрительно дёрнулся в их сторону.

Ерха смущённо откашлялся и тоже осмотрелся.

– Ты хоть не потерял его?
– полюбопытствовал Миссэ.

Старик обиженно воззрился на него.

– У меня не пропадёт!
– самоуверенно заявил он. Но через мгновение на его лице мелькнуло беспокойство, и старик, чуть подавшись вперёд, тихо прошептал: - Тока странный он какой-то.

Наги заинтересованно придвинулись ближе и приготовились слушать.

– Я, когда он тока к нам попал, в первую ночь видел на его боках два сияющих камня. А после... ну...
– Ерха украдкой кивнул на занятого Низкана, - тока один.

Братья выпрямились и переглянулись. Миссэ подозрительно уставился на Низкана.

– Да брось ты, - Доаш тут же понял, о чём думает брат.
– Если бы случилось, то мы бы знали. Сам бы себя от неожиданности выдал.

Низкан сообразил, что, видимо, говорят про него, и поднял голову. Дар, воспользовавшись тем, что хозяин отвлёкся, радостно скакнул к краю стола и, распахнув крылья, бухнулся вниз. Его обиженный рёв тут же огласил весь трапезный зал. Низкан поспешил его утешить и, наклоняясь, крепко приложился лбом о столешницу. Наги одновременно тоскливо вздохнули и, переглянувшись, отрицательно мотнули головами.

– В храм богини Мирисы заедем и у жрецов спросим, - решил Миссэ и подозрительно уставился на мужчину за соседним столом. Тот уже успел ранее привлечь внимание Доаша. Сейчас же он по какой-то причине пересел чуть ближе к ним. То ли к огню, то ли ещё зачем...

Низкан наконец поднял с пола скулящего зверёныша и раздражённо потёр ноющий лоб. Малыш, разом забыв про свой неудачный полёт, обеспокоенно

заурчал и полез к нему. Бывший вольный несколько резко отвернул его от себя и ткнул мордой в чашку. Дар, нисколько не обидевшись, заглотил пару кусков сырого мяса, а затем, развернувшись и ловко проскользнув под рукой Низкана, жалостливо лизнул хозяина в лоб, оставив кровяную полосу. Миссэ и Доаш разом поперхнулись смехом, а Низкан только усугубил дело, растерев «слюни» до самых бровей.

– Думаю, пора спать, - Миссэ, старательно пряча улыбку, поднялся и, подхватив малыша Дара, направился к лестнице.

Низкан растерянно повернул голову, словно смотря им вслед, хотя на самом деле только прислушивался. Немного подумав, он всё же поднялся и направился за ними.

– Ты тоже не засиживайся, - Доаш хлопнул Ерху по плечу и отправился спать.

А старик, вытащив из мешка шило и моток крепких ниток, цедя сквозь зубы ругательства, принялся прилаживать отвалившуюся подмётку на место. Занятый этим нехитрым делом, он так и не заметил слишком пристального внимания с соседнего столика.

Дарилла проснулась, почувствовав, что Риалаша нет рядом. Приподнявшись на локтях, девушка перехватила сползшее с обнажённой груди одеяло и перевела взгляд на пятно света. За грубо сколоченным столом сидел наагасах. На нём были только штаны, и его плечи блестели в скудном сиянии светляка.

– Наагасах, - тихо позвала Дарилла.

Риалаш поднял склонённую голову и посмотрел на девушку. По его губам скользнула виноватая улыбка.

– Не хотел тебя будить. Спи. Ещё очень рано.

– А почему вы не спите?
– в душе Дариллы тут же зароились подозрения, что этот хитрый наг задумал что-то опасное и скрывает теперь это от неё.

Риалаш немного отстранился от стола, открыв её взгляду несколько листов бумаги и клетку с птицей.

– Мне нужно написать письмо отцу, - спокойно ответил Риалаш.
– Хочу, чтобы к нашему приезду всё подготовили к празднику. И необходимо сообщить о нашем браке твоим родителям.

Услышав про родителей, Дарилла шумно плюхнулась на подушки и уставилась на прячущийся в темноте потолок. Надо же... Она ещё ни разу не подумала, как сообщить известие о своём замужестве родителям. Когда она попыталась представить реакцию матери и отца, то в голове возникла пустота. Потом появился полный потрясения отцовский взгляд, а вот облик мамы... Нет, её реакцию Дарилла представить не могла. Она даже не знала, обрадуется та или огорчится. А Таюна? А сёстры?

Из задумчивости её вывел лёгкий стук. Повернув голову, Дарилла обнаружила, что наагасах закончил письмо и выпустил пернатого посланника в окно. Некоторое время мужчина вглядывался в уличную тьму, а затем повернулся к девушке и шагнул к постели. Перила прогнулась под его весом, и в следующий момент на пол полетели штаны, а к Дарилле прижалось горячее мужское тело, что было очень приятно. Поворочавшись, девушка хихикнула, а увидев валяющуюся на полу нажью шкуру, чуть не расхохоталась в голос. Риалаш взглянул через плечо на объект веселья и презрительно фыркнул. Всего около часа назад Дарилла использовала эту шкуру в качестве защиты от его посягательств на её тело. В итоге «внутренние бастионы» - блондинистые такие и очень кудрявые - всё же не выдержали натиска и позволили лишить себя «защиты».