О3

Махавкин Анатолий

— Знаю, — он отступил назад и махнул рукой. — Вспомнил, где видел тебя, рыжая. Хорошо. Слушайте. Чокнутая сука хочет, чтобы я слил ей коды доступа к ангарам с законсервированными андроидами. Зачем ей армия боевых роботов — ума не приложу, но знаю точно: сволочь имеет на меня огромный зуб и после того, как я ей стану бесполезен — тут же прикончит. Довольна?

— Рамина, — мне пришлось выслушать несколько длинных предложений об осторожности и непредвиденных последствиях легкомысленных поступков. — Не чуди, открывай. А вы, двое, отойдите подальше.

Впрочем, предосторожности оказались напрасными:

Урфин, широко скалясь, спокойно выбрался из камеры и сунув руки в карманы. Уставился на Лесоруба.

— Слыша, что Машка свалила от тебя? — одна лохматая бровь приподнялась. — Не ожидал, честно говоря.

Лесоруб молчал, но в этом молчании ощущался притаившийся гром.

— Вали, — сказала я. — И помни, что ты мне обязан.

— Я помню все свои долги, — он кивнул. — Рыжая, лысому увальню привет передавай. Скажи, что он мне ночами снится. В эротических снах!

Он захохотал и продолжая смеяться, исчез за углом. Будь другое время и другое место, я бы из этого засранца жилы вытянула, чтобы узнать, откуда он меня знает и что ему вообще известно. Но сейчас, вступать в потасовку с опасным противником…

— Ух ты! — вдруг сказала Рамина. — Ого-го! Элли, дальше можете идти совершенно спокойно, дорогу вам расчистили. Дерётся этот парень, прямо, как ты.

Только, в отличии от него, я не ломаю хребты охранникам. Впрочем, я не сидела тут так долго и не знаю, насколько нежные отношения у них сложились между собой. Так или иначе, но путь нам действительно расчистили.

Винтовая лестница оказалась изрядно запущенной. Судя по всему, ей пользовались не так уж часто. Да и кому взбредёт в голову карабкаться на четырнадцатый этаж высоченно башни? Иногда в стене попадалось окошко и тогда я могла рассмотреть странную смесь современных стеклянных корпусов и построек, точно пришедших из исторического учебника. Причём, как я поняла, современные здания постепенно реконструировали в нечто древнеегипетское.

Безумие Баст прогрессировало.

— Страш, — я тронула за плечо мужчину, идущего впереди. — Что такого наплела тебе эта чокнутая? Чему ты не хотел верить?

— Сказала, что на самом деле ты меня ненавидишь, — он даже не обернулся, — и просто используешь, чтобы подобраться к Чародею. Дескать, придёт время, и ты отшвырнёшь меня, словно надоевшую собачку.

— И?…

— Предложила работать на неё. Сказала, что сумеет закончить то, что начал Чародей и даже сделать намного лучше. Проклятие, Элли, я ведь ничего не помню, и ты…

Он замолчал, покачивая головой.

Странно, вообще-то. Баст временами выглядела сумасшедшей и судя по поступкам, приступы настигали её достаточно часто. Однако же, «богиня» не выглядела тупой балаболкой, швыряющейся бессмысленными фразами. И в этих тоже имелся некий, скрытый, смысл. Раны Страшилы затягивались много быстрее, чем у обычных людей, значит его организм имел какие-то серьёзные отличия. И эти изменения вполне мог вызвать именно Чародей. Увидев некоторые местные чудеса, я уже не сомневалась в осуществлении подобного. Но почему я должна ненавидеть Страша? Стерва мешает правду и ложь? Или знает что-то ещё?

— Погоди, — я остановила товарища и поовернула к себе. В его огромных глазах плескалась растерянность. — Я не знаю,

что испытываю к тебе, но уж точно не ненависть.

Потом обняла и поцеловала. Сначала даже показалось, будто мужчина хочет вырваться, но потом он сдался и поцелуй вышел на славу.

— Нашли время, — буркнул Лесоруб, но совершенно беззлобно. Он казался каким-то отстранённым, словно душа не до конца вернулась в искалеченное тело.

— И для тебя найдём, — мягко пообещала я. — Лес, обещаю, что мы найдём твою Машу и наваляем этому гаду.

— Я сам должен это сделать, — проворчал он и тяжело вздохнул.

— Кажется, для этого тебе придётся немного постоять в очереди, — я улыбнулась, и он сделал попытку усмехнуться в ответ. М-да, тут ещё тренироваться и тренироваться. — И лучше не скалься на людях, иначе я скажу, что ты — не с нами.

Поскольку душевное равновесие товарищей более или менее вернулось в норму, пришло время объяснить им, куда и зачем мы идём. Предложение спасти Льва возражений не вызвало, хоть Страшила и проявил некий скепсис в возможности его осуществления. Сомнения присутствовали и у меня, но я не стала их озвучивать. Хоть кто-то же должен быть здесь настоящим мужиком!

На каждом ярусе приходилось останавливаться и ждать, пока Рамина отчитается, можно двигаться дальше или нет. Потом мышь сообщила, что первый этаж освобождён от охраны, а наш новый знакомы направляется к внешним воротам комплекса, так что очень скоро тревогу поднимут и без вмешательства в охранную систему. Поэтому нам настоятельно порекомендовали прибавить шаг и добраться до хранилища, пока двери камер не начали открываться, массово выпуская узников наружу.

Первый этаж башни-тюрьмы выглядел, точно холл шикарного отеля: стеклянные стены, мраморные полы и огромные люстры над головой. Когда я рассказала о своём впечатлении, угрюмый Лесоруб проворчал, что, судя по обрывкам его воспоминаний, когда-то тут действительно был отель. Очевидно, после Баст решила принимать постояльцев, запирая их понадёжнее.

Как и говорила Рамина, прежде в холле дежурили четыре охранника: ещё одна издевательская шутка местной повелительницы — атлеты с головами птиц. Однако в курятник прорвалась лиса и всем птичкам свернули шеи. Причём у этих имелись пистолеты, но они даже не успели покинуть кобуры. М-да, этот Урфин не отличается особой добротой. Впрочем, дорогу нам расчистил, и на том спасибо.

Следуя советам Рамины, мы достаточно быстро обнаружили хранилище. Дверь нам любезно распахнули, так что и тут препятствий не возникло.

— Хм, — сказал Лесоруб, поднимая с полки свою Секиру. — Похоже эти засранцы вычистили все мои запасы. Но сейчас это — только на руку.

Он закрепил пулемёт, сменил коробку с патронами и забросил ещё парочку в рюкзак. Посмотрел на меня, потом на Страшилу и протянул тому мешок с запасами.

— А Элли? — спросил Страшила, с некоторым сомнением принимая рюкзак.

— Элли — взрослая девочка, — сказала я, приводя Грозу в боевую готовность. — И сама сумеет позаботиться о себе.

— Подруга, — раздался голос Рамины. — Урфин добрался до ворот и устроил там заваруху. Я открываю камеры и врубаю тревогу — будьте настороже. Учтите, в главной пирамиде связь работать не будет.