О, малышка!

Уэллс Робин

– В прошлом? Джейк кивнул:

– За этим всегда стояла Сьюзен. После смерти Рейчел она почти не выходила из дома, и Том полностью сосредоточился на работе. – Загорелся зеленый сигнал, и Джейк тронул машину с места. – Он работает с тех пор как черт. Думаю, Том переутомился. Он брал на себя слишком много важных дел, очень часто выступал в суде и не хотел принимать ничью помощь. Меня беспокоит его состояние. Он на грани срыва. Он не похож на себя и не может разумно оценить ситуацию с Маделин.

Энни кивнула:

– Я

думаю, ему кажется, что Рейчел предали. Джейк удивленно посмотрел на нее:

– Да, именно так.

– Ему ненавистна даже мысль о нашем браке.

– Ничего, примирится. – Так, во всяком случае, надеялся Джейк. – Он всегда был благоразумным. Если перед ним встанет стена, он будет карабкаться по ней, стараться ее разрушить, но когда поймет, что это бесполезно, то отступит и пойдет в другом направлении. Поэтому он добивается таких успехов в работе.

– Будем надеяться, что Том изменит свои взгляды. Похоже, противник он серьезный.

Джейк свернул на шоссе, и какое-то время они ехали молча.

– Я только что рассталась с Маделин, но уже по ней соскучилась, – сказала Энни.

– Ей будет хорошо со Сьюзен.

– Я знаю. Маделин ее обожает. – Энни смотрела в окно машины на пробегающие огни. – Это как… когда я была в госпитале после операции. До того момента я не провела ни одной ночи без нее.

– А что было, когда она родилась? – спросил Джейк.

– Она была со мной в палате. Я не могла с ней расстаться. – При свете уличной лампы Джейку была видна улыбка на лице Энни. – Я так долго о ней мечтала и тут же влюбилась в нее без памяти. Мне казалось, что она – часть моего сердца.

В груди Джейка возникло странное напряжение.

– Как проходила твоя беременность?

– О, прекрасно! Мне нравилось это состояние. Маделин вела себя очень активно. Видел бы ты, как она брыкалась во мне.

«Я хотел бы это увидеть», – подумал Джейк. Мысль эта вызвала у него чувство вины.

– Когда ты поняла, что беременна?

– Совершенно точно через тридцать дней после процедуры оплодотворения. Я не могла дождаться, чтобы узнать, запаздывают ли мои месячные, поэтому провела домашний тест на беременность. Он показывает плюс или минус. Это был плюс. Я была просто в экстазе. Мне только хотелось… – Она резко замолчала.

Джейк опять затормозил у светофора, а потом посмотрел ей прямо в глаза:

– Что? Она пожала плечами:

– Ничего.

– Скажи, что ты собиралась сказать, – настаивал Джейк.

– Поделиться новостью с отцом ребенка.

«Я бы тоже этого хотел». Слова пронеслись у него в мозгу так ясно, что Джейк на какой-то момент испугался – не сказал ли он их вслух. Конечно, только не тогда. Когда Маделин была зачата, со дня смерти Рейчел прошел месяц или два, и горе его было очень свежо.

И тем не менее глубоко в душе, странно и необъяснимо Джейк жалел о том, что не мог разделить эту радость

с Энни.

– Тебя тошнило по утрам?

– Немножко, но не всегда утром. Это случалось каждый раз, когда я была голодна. – Энни усмехнулась. – И я решила есть безостановочно круглые сутки. За первые три месяца набрала семь фунтов.

Джейк улыбнулся.

– Это была легкая беременность, – продолжала Энни. – В конце только было трудновато. Живот мешал.

Джейк усмехнулся, представив себе эту картину:

– Маделин была крупной?

– Восемь фунтов, четыре унции.

Джейк почувствовал прилив родительской гордости.

– Она родилась вовремя? Энни покачала головой:

– На десять дней позже. Доктор сказал, что будет стимулировать роды, если она не появится через пару дней. Я кормила в сарае альпака, когда у меня отошли воды. Бен и Хелен отвезли меня в больницу.

– Почему у тебя было кесарево?

– Маделин лежала вперед ножками. Врач сказал, что так будет безопаснее.

Джейк въехал на дорожку, ведущую к его дому, и включил пульт, открывающий двери гаража.

– Ты была в сознании? Энни кивнула.

– Боялась, наверное?

– Только того, что с Маделин будет что-то не так. – В глазах Энни вновь появилась нежность. – Не могу описать, что я почувствовала, услышав ее первый крик. А потом они положили мне ее на грудь, и я обняла ее. – Энни глубоко вздохнула. – Это был самый счастливый момент моей жизни.

Сердце Джейка сжалось от огорчения, что ему не суждено было присутствовать при этом.

Он въехал в гараж и выключил мотор. Энни посмотрела на него и сказала:

– Я попросила Сьюзен позвонить, если у нее с Маделин возникнут какие-то проблемы. Как ты думаешь, она это сделает?

Джейк вновь нажал на пульт. Дверь гаража закрылась.

– Вряд ли. Сьюзен думает, что у нас первая брачная ночь.

«Первая брачная ночь» предполагает секс. Ее можно назвать ночью совокупления.

Воздух, казалось, стал горячим. Энни, видно, чувствовала то же самое. Они сидели и смотрели друг на друга, волны сексуального влечения пробегали между ними, как ток по проводу.

Энни, облизав языком губы, слегка улыбнулась:

– Надеюсь, наш поцелуй выглядел достаточно убедительным.

– Думаю, что да. Он из меня всю душу вынул. Джейк намеревался произнести это небрежно, но его слова прозвучали как приглашение. В гараже погас свет, они остались в темноте. Джейк быстро открыл дверцу машины, чтобы хоть в ней горел свет.

– Ты хорошая актриса, – сказал он, стараясь как-то снять напряжение.

– Ты хороший актер.

«Дело в том, что я-то не играл». Эта тревожная мысль, как шарик пинг-понга, быстро пронеслась в его голове, рикошетом вызвав воспоминания. Он заставил себя отвести взгляд от Энни, выйти из машины и вспомнить, во имя чего они поженились.