О, малышка!
Шрифт:
– Не говорите «нет». Сначала все обдумайте. Том посмотрел на свои часы:
– Я… мне надо идти.
– Мне тоже. Я иду вместе с вами.
Том проводил Келли к ее машине, хотел по-братски поцеловать в щечку. Но когда она в последний момент повернулась, он поцеловал ее в губы. Ее руки обвились вокруг его шеи. Он не собирался этого делать, но вдруг понял, что целует ее, целует страстно, как подросток, взбесившийся от прилива гормонов. И что плоть его напряглась и стала твердой прямо тут, на парковке спортивного
Вспомнив об этом, Том почувствовал себя виноватым. Это ничего не означает, уговаривал он себя, выходя из своего «ягуара». Это был всего лишь поцелуй. Не более того. Один поцелуй не означает, что он предал Сьюзен или нарушил брачную клятву.
Пока еще нет.
– Черт, черт побери! – Схватив свою спортивную сумку, Том хлопнул дверцей машины сильнее, чем это было нужно, стараясь избавиться от чувства вины. Он понимал, что играет с огнем, но ничего не мог с собой поделать. Келли вернула ему вкус к жизни. А он последнее время чувствовал себя мертвым и по-мужски бессильным, мертвым и бесцветным, мертвым и высохшим, как старый сморщенный лист. Том открыл ключом входную дверь, вошел в холл и замер на месте.
О Боже! Из стереосистемы звучит тихая музыка, в столовой горят свечи. Ему навстречу вышла Сьюзен в черном брючном костюме, которого он никогда на ней не видел.
Она улыбнулась ему:
– Привет.
– О… привет. – Том посмотрел на горящие свечи. – Что, электричество выключили?
– Нет, – улыбнулась она еще шире. – Я просто подумала, что свечи создают ощущение праздника.
Праздника? Она, случайно, не организовала тут вечеринку в качестве сюрприза? Том быстро перебрал в уме возможные варианты. Не годовщина свадьбы, не его день рождения, он на полгода раньше, чем у нее. Том настороженно вошел в комнату:
– И по поводу чего праздник?
– Без повода. Я просто подумала, что будет романтично, если мы выпьем при свечах по бокалу вина.
Романтично! У нее романтичное настроение, а он еще ощущает на своих губах вкус поцелуя Келли. Том повернулся и бросил спортивную сумку на стул, стыд теснился в его груди, как грозовые облака в летнем небе.
– Не сегодня. – Его голос прозвучал жестче, чем он этого хотел. – Я… у меня работа, которую я должен выполнить. – Том старался не смотреть Сьюзен в глаза, опасаясь увидеть там боль, и отлично понимал, что он является ее причиной.
Последовала тяжелая длительная пауза. Сьюзен коротко засмеялась:
– Ну, ты ведь можешь уделить мне несколько минут. Я тебя весь день не видела. Выпьем вина?
Не может же он вести себя как полный сукин сын?
– Нет, спасибо. Я выпью пива. – Том вышел в кухню и включил верхний свет, радуясь тому, что тут нет того ощущения интима, который дают свечи. Открыв холодильник, он вынул бутылку.
Сьюзен прислонилась к кухонному столу.
– Как прошел день?
– Неважно.
– О, как жаль! Но ты выиграешь после апелляции.
– Надеюсь. – Том снял с бутылки крышку и глотнул прямо из горлышка.
– Пойдем в гостиную и устроимся поудобнее?
– Да нет, лучше посидим здесь. – «При свете. Тогда я не буду чувствовать себя как муха, которую тащит в свои сети паук».
– Договорились. – Она села на стул у бара рядом с ним. – Джейк сегодня был на работе?
Том кривился и сделал еще один глоток из бутылки.
– Только о ребенке и говорит.
– Мать-то, наверное, приходит в себя после операции. Кто же помогает заботиться о ребенке?
– Джейк нанял няню. – Том с отвращением покачал головой. – Если бы сегодня не было большого совещания, он застрял бы там еще на две недели и сам был вместо няни. Он с головой погрузился в это так называемое отцовство.
– Ну, его нельзя за это упрекать.
– Можно. Он даже не знает мать.
– Но это его ребенок!
– Возможно. – Том покрутил в руках бутылку, оставившую на белой столешнице пятно. – А может, и нет. Он будет знать это наверняка на следующей неделе.
– Будут делать анализы?
Том кивнул:
– Уверен, что если результат будет положительным, эта шлюха подаст на алименты.
– Сомневаюсь, что она шлюха.
– Любая женщина, которая не знает, кто отец ее ребенка, – шлюха.
– Но она-то не спала со всеми подряд, – возразила Сьюзен. – Она прошла через искусственное оплодотворение – медицинскую процедуру. Она, видимо, очень хотела ребенка.
Том отпил из бутылки, не желая слушать никаких объяснений.
– Можешь говорить, что тебе угодно, но держу пари, что она с него всю жизнь будет тянуть.
– Ну, похоже, Джейк против этого не возражает. Он сказал, что хочет права на совместное воспитание. Да все это может оказаться просто Божьим благословением!
Том проворчал:
– То, что у него на шее будет незаконнорожденный ребенок и жадная до денег проститутка, мне кажется скорее проклятием.
Губы Сьюзен удивленно приоткрылись. Она наклонилась к нему:
– Том, с тобой все в порядке? На тебя это не похоже. – В глазах ее было беспокойство. – Ты последнее время сам на себя не похож.
Он поставил на стол бутылку.
– Извини.
Сьюзен положила ему на руку ладонь. Ему не нужно было смотреть на нее, чтобы увидеть, что она обеспокоена.
– Ты слишком много работаешь последнее время. Тебе необходим отдых. Может, нам куда-нибудь поехать? Например, на Гавайи или, может, в круиз по Карибскому морю.
О черт, ему только этого не хватает! Том изо всех сил старался сдерживать себя, но сегодня у него плохо получалось. Ему так горько – внутри у него как будто все высохло.