О ком грустит Пьеро
Шрифт:
Она вскочила и бросилась к телефону, дрожащими пальцами набирая номер. Один из ее слуг, огромный рыжий мужчина с маленькими, вечно сонными глазками, в прошлом работал вышибалой в каком-то подпольном ночном заведении. Маргарет взяла его к себе как раз для подобных случаев, а также для охраны. При одном взгляде на это чудовище у любого пропадало желание еще хоть раз заглянуть сюда.
— Джон? Это я, приезжай срочно, у меня проблемы. Да, жду. Поторопись!
Пятнадцать минут Маргарет раздраженно мерила шагами гостиную, то и дело отпивая виски из бокала. Услышав,
— Джон! Помоги мне одеть этого мужчину. — Она отдавала распоряжения уверенным и холодным тоном. — Так, отлично. А теперь отвези его куда-нибудь в центр и пересади там на скамейку, только чтобы никто не заметил. Ты все понял?
— Да, мэм.
— Хорошо, иди. — Она потрепала его по плечу, для чего пришлось встать на цыпочки. — Пожалуй, я выплачу тебе премию за беспокойство.
— Спасибо, мэм.
— Ну, ступай.
Закрыв дверь за слугой, взвалившим тело Дэвида на плечо без всякого напряжения, Маргарет налила себе еще виски, выпила одним глотком и, усмехнувшись на прощание своему отражению в высоком зеркале, отправилась спать.
8
Дэвида разбудил довольно чувствительный толчок в плечо. Он с трудом открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнечного света. Голова нестерпимо болела, кожу на спине саднило, и вообще было такое ощущение, словно по нему проехал тяжелый грузовик.
— Эй, приятель, вставай и проваливай отсюда!
Дэвид поднялся и, чтобы не упасть, ухватился за чью-то руку. Полицейский подтолкнул его вперед, провожая презрительным и насмешливым взглядом, и обернулся к напарнику.
— Это надо же, пьян с самого раннего утра!
Дэвид медленно брел по улице, высматривая такси. Он никак не мог вспомнить, чем завершился вчерашний вечер. Он вышел из кинотеатра, а потом… Черный провал в памяти. Ну и ладно. Он проверил, на месте ли бумажник и ключи от номера. Все было в порядке.
Добравшись до отеля, Дэвид первым делом заказал горячий завтрак и двойной кофе. Раздеваясь в ванной перед зеркалом, он с недоумением заметил на спине и плечах глубокие ровные царапины: словно какой-то зверь провел когтями по коже.
И тут же в памяти возникла стройная фигура Маргарет, ее настойчивые прикосновения, белые и острые, как у хищника, зубы, обнажавшиеся в призывной улыбке… Дэвид обхватил голову руками и сжал виски. Что он натворил? Была ли между ними близость? Как он ни старался, темное пятно, затянувшее большую часть вчерашней ночи, не исчезало.
Выйдя из душа и позавтракав, Дэвид прошелся по комнате, пытаясь восстановить прошедший день, но у него ничего не получалось. Лишь возникали какие-то смутные обрывки, не вносящие ясности. Что ж, с этим придется разобраться позже, а сейчас необходимо навестить Кэтрин, она, наверное, беспокоится.
Но когда он подъехал к воротам ее коттеджа, охранник преградил ему дорогу к воротам.
— Хозяйки нет дома, — нахмурившись, сказал он.
— Ничего, я подожду. — Дэвид сделал шаг вперед, но, встретив мрачный взгляд, отступил. — Хорошо, когда она вернется?
— Не
— Но я могу хотя бы оставить записку? — растерянно спросил Дэвид, доставая из кармана ручку и блокнот. — Я напишу несколько слов, а вы передадите ей.
— Это не входит в мои обязанности.
Развернувшись, охранник закрыл ворота и исчез в помещении. Дэвид проводил его встревоженным взглядом. Происходящее казалось ему дурным сном: как Кэтрин могла уехать, не предупредив его ни о чем? Он сел в машину и, включив зажигание, задумался. Куда она отправилась — к родителям, к подруге? Но почему?
Дэвид потер покрасневшие глаза и решил, что сейчас позвонит из ближайшего кафе Элис и попробует что-нибудь выяснить. В трубке послышался знакомый голос, но, когда он, представившись, попросил миссис Рочестер, — раздались прерывистые гудки. Он набрал номер еще раз, но к телефону никто не подходил.
Чувствуя, что теряет голову, Дэвид вернулся к машине и на предельной скорости, не обращая внимания на светофоры и громкие гудки, помчался к особняку Элис. Ему пришлось долго ждать у двери, переминаясь с ноги на ногу и представляя самые страшные картины.
Через несколько минут на пороге появилась Элис в темно-вишневом халате.
— А, мистер Колбери, — Протянула она без всякого радушия. — Чем обязана?
— Я ищу Кэтрин… — сказал он. — Может быть, вы знаете, где она?
— Нет, не имею понятия, — холодно ответила Элис, отводя глаза, и сухо добавила: — Позвольте дать вам совет: уезжайте из Лос-Анджелеса, иначе у вас начнутся крупные неприятности.
— Вы мне угрожаете? — От неожиданности Дэвид даже отступил на шаг. — Что это значит?
— То, что я сказала. Вы уже причинили Кэтрин достаточно боли своими обманами. — Элис побледнела от возмущения. — Здесь вам нечего делать, езжайте к своей ненаглядной Маргарет и развлекайтесь там.
Дверь с грохотом захлопнулась перед его лицом, и Дэвид медленно спустился по лестнице на дорожку, ведущую к воротам. Оглянувшись, он успел заметить в окне профиль Кэтрин, но тотчас же тяжелую штору задернули и видение исчезло.
Происходило что-то странное и страшное. О каких обманах говорила Элис? И когда она успела узнать о Маргарет? Дэвид мучительно пытался собраться с мыслями, но боль в висках становилась все сильней. Он пошатнулся и, потеряв равновесие, упал на сырую траву. В сердце словно вонзился зазубренный нож. Он стиснул зубы, чтобы не застонать, и приподнялся на дрожащих руках.
Надо было встать, но ничего не получалось. Не понимая, что с ним происходит, Дэвид уперся ладонями в землю. На мгновение мелькнула мысль, что это конец, и показалось, будто небо стремительно опускается на него. Он закричал, призывая Кэтрин, но не услышал собственного голоса. В глазах потемнело, во рту появился солоноватый привкус крови, и Дэвид потерял сознание.
Очнулся он в незнакомой комнате на диване, из-за двери доносились приглушенные голоса.
— Что сказал врач?
— Нервное истощение. Ну, что я тебе говорила? Не стоило поступать с ним так жестоко!