О чем молчат подростки..
Шрифт:
– Но ведь мы оба испытываем взаимные чувства..
Мы смотрим друг на друга и улыбаемся как два идиота, которые друг другу наконец-то в чём-то признались.
– Знаешь, в таком случае полагается поцелуй.. – говорит Ларри.
– Ещё чего!
– Ну как во всех драмах: он целует её, она целует его и они счастливы, пока кто-нибудь первым из них не умрёт...
– А, ну, конечно.. раз такое дело, то да..
– И это всё?
– А что ты хотел?
– Ну как в фильме..
– По-моему тебе пора прекратить смотреть телевизор.
Ларри приближается всё ближе и ближе ко мне, а затем, положив свою большую и тёплую ладонь мне на щёку целует меня в губы. Между нами вновь самый сладкий поцелуй, но на этот раз не как между двумя еле знакомыми людьми, а как между двумя любящими людьми. Мы продолжаем целоваться, пока к нам в окно не стучится полицейский.
– Добрый день, шериф Поуль. У вас что-то случилось, сэр?
– Нет, всё в порядке.
– У вас не включены аварийные огни, вы создаёте аварийную ситуацию на дороге.
– Извините, шериф Поуль, такого впредь не повториться.
– Приятного вечера!
Шериф садится в свою патрульную машину и уезжает.
– Когда он успел подъехать?
– Ну, мы просто были так сильно увлечены друг другом, что не заметили их огней.
– Точно.. и на чём же мы там остановились?
– На том, что ты отвозишь меня домой. Мама, наверное, изволновалась вся..
Ларри вздыхает и заводит мотор.
– Поехали, я же ведь совсем и забыл, что детям в твоём возрасте давно пора спать.
– Будешь острить, я тебе врежу.
– Вас понял, мадам.
Ларри заводит машину и выезжает на дорогу. Мы едем домой.
День 29.
– Моя голова... – это была первая мысль, с которой я сегодня проснулась.
Открываю глаза и нетрезвым взглядом оцениваю весь беспорядок в комнате. Видимо, после вчерашней ночи его стало ещё больше. Медленно приподнимаю своё тело, чтобы посмотреть на время и мысленно начинаю себя ненавидеть за то, что проснулась в такую рань, затем встаю и с пульсирующей болью в голове направляюсь в ванную комнату.
Смотрю в зеркало: на голове, мягко говоря, что-то среднее между пучком и косичкой, под глазами остались тёмные круги от туши, а лицо и губы в целом слегка припухли. Никогда бы не подумала, что после очередной вечеринки я буду выглядеть так паршиво.
– И тебе доброе утро,– говорит мама.
– Прости.. – говорю я, оторвавшись на секунду от сока, – доброе утро.
– Во сколько ты вчера пришла? Я даже не слышала..
Придумываю гениальную ложь, чтобы это звучало правдоподобнее и самое главное, чтобы это не противоречило показаниям Джона.
– Где-то в двенадцать..
Мама оборачивается.
– Удивительно, Джон сказал тоже самое... Значит действительно не врёте, – мама отворачивается и продолжает дальше жарить тостеры. На кухню заходит Джон.
– У меня есть ровно пятнадцать минут, чтобы вы точно решили подвозить вас сегодня куда-нибудь или нет,– он поправляет галстук и застёгивает манжеты на рубашке.
– Меня, если можно, – говорю я.
– Тогда у тебя есть десять минут. Пять я потрачу на чашечку чая, если ты не против.
– Конечно, сэр, – говорю я и отправляюсь наверх, чтобы переодеться.
Открываю шкаф, и оттуда прямо на меня падают джинсы. Похоже, это был знак свыше. Надеваю их и тёмно-синий джемпер с кедами. Складываю в портфель учебники и, завязав волосы в хвост, выдвигаюсь на первый этаж.
– Я уже готова.
– Отлично, – говорит Джон дожёвывая хрустящий тост.
– Реджина, ты уже уходишь? Ты же даже не поела..
– Я поем в школе, мам. Кстати, скоро нам раздадут счета, поэтому будь готова отстегнуть неплохую сумму...
С Джоном выходим из дома. Садимся в машину.
– Это вроде бы будет первый раз, когда ты не опоздаешь в школу?
– Нет, не первый. Просто если бы кто-то будил меня почаще, может быть, мои бы опоздания в школу снизились бы к нулю.
– Ну, если бы кто-то приходил бы пораньше домой с вечеринок, Реджина, может быть этот кто-то и не просыпал бы в школу, – Джон смотрит на меня с ухмылкой и я вспоминаю о том, как он лихо прикрыл меня перед мамой.
– Спасибо тебе, кстати, за то, что отмазал вчера.. Если бы она узнала реальное время моего прихода, она, наверное, была бы не очень приятно удивлена.
– Как вчера повеселились? – мы начинаем движение.
– Нормально, всё было вполне хорошо.
– Я видел новый синяк на твоей коленке, а ещё ты пришла домой без туфель. Неужели был настолько бурный танец, что туфли разломались до такой степени, что ты даже часть от них не принесла?