o bdf4013bc3250c39

User

Чувствую, что завязать у меня сейчас снова не получится.

– Но ведь мы с тобой взрослые люди, - слабо улыбалась Зина, преданно

смотря на него. – Ведь мы сможем, если надо, остановиться. Ведь сможем, Любимка?

– Не вопрос, - как-то безучастно пожал плечами Добряков и чмокнул ее в лоб.

– Пошли!

– Самое главное сейчас – вывести его из запоя, - толковала Зина по пути к

дому.

Они сделали небольшой крюк, чтобы не проходить возле пьяной

палатки, так

что времени выговориться оказалось достаточно.

– Думаю, вдвоем с тобой у нас это получится, - безостановочно тараторила

Зина, а Добряков с тоской думал о том, что еще одна удачная возможность

завязать упущена, что впереди, без сомнения, новые кошмарные запои.

Заведенный выпитым, его организм настойчиво требовал своего, и Добряков, 364

с трудом преодолевая подступавшую тошноту, погасить которую можно было

только новой дозой спиртного, считал не то что минуты – секунды до той

поры, когда можно будет, наконец, зайти в квартиру и приложиться к

бутылке. Можно было, конечно, приложиться к ней где-нибудь на улице, на

той вот, например, покосившейся скамеечке у детской площадки; да уж

больно торопилась Зина, слишком уж счастливые и беззаботные копошились

в песочнице детишки, такие далекие от его проблем, что мысль эту

Добрякову пришлось оставить нереализованной – к его глубочайшему

сожалению.

– Он парень-то по натуре добрый, ты ведь знаешь, - донесся до него голос

Зины, - а тут словно нашло что-то, будто кто-то околдовал…

– А может, ему просто припало жениться? – перебил ее Добряков, меньше

всего сейчас желавший слушать о мытарствах какого-то сопляка.

«Чего она так убивается? – с отвращением думал он. – Подумаешь, перебрал

пацан. С кем не бывало? Сама когда-то тоже впервые наклюкалась по самое

ничего себе! Проспится, придет в себя, здоровее будет…»

– Да я бы и не против, чтобы он женился, - снова откуда-то издалека возник ее

голос. – Даже рада была бы, коль скоро так все обернулось. Но ведь сейчас

главное, чтобы ему в себя прийти. Чтобы он глупостей не натворил. Ведь у

него мой характер, чтоб ему пусто было, этому характеру! Спьяну такое

может случиться!..

Она еще долго сокрушалась в таком духе, пока они обогнули длинный жилой

дом и со стороны магазина подошли к ее подъезду. Добряков слушал вполуха, считая шаги и постоянно прислушиваясь к своему желудку, который все

настойчивее требовал алкоголя.

365

Вот, наконец, и крыльцо. Зина потыкала в кнопочки домофона и рванула

дверь.

– Ты пока особо не

вмешивайся, ладно? – успела шепнуть, пока ковыряла

ключами в замочной скважине.

Как это совпадало с желаниями самого Добрякова!

Прижимая палец к губам, Зина бесшумно разулась и пошла в спальню.

Добряков сразу прошел на кухню и быстрым взглядом пробежался по столу.

Пусто!

«Странно, она ведь говорила, что еще полбутылки оставалось… Как хорошо, что с собой прихватил».

Он откупорил принесенную поллитру, налил полстакана и понес ко рту.

– Егор! Егор! – истошно заголосила из спальни Зина.

Он чертыхнулся, чуть не расплескав водку, но все-таки выпил и только потом

пошел на крик.

Зина стояла посреди спальни и тупо смотрела на смятые простыни и

откинутое к изножью одеяло. Никакого Виктора в кровати не было.

– И где он? – недоуменно спросил Добряков, но Зина не ответила.

Он подошел к ней сзади и попробовал пошутить.

– А был ли мальчик-то? – спросил над ее ухом.

Зина вздрогнула, резко обернулась и гневно прошипела:

– Знаешь что? Свою начитанность показывать потом будешь!

Он и сам понимал, что перегнул, и виновато поправился:

366

– Прости… Но он что, ушел, что ли?

– Какой ты догадливый! – съязвила она, но он стерпел.

– И водку остававшуюся допил, - сказал он.

– Ну вот! – Зина всплеснула руками. – Точно баб отправился искать! Как

чувствовала! И еще столько времени у тебя провела!

Она хоть и пребывала в самых смятенных чувствах, не теряла, казалось,

присутствия духа.

– В общем, так, - соображала она прямо на ходу. – Иди и поищи его. Может, он еще недалеко ушел.

– И в каком направлении прикажешь мне двигаться? На север? На восток? –

ёрничал он.

– В любом возможном, - она совсем не среагировала на его иронию. – У него

есть деньги. Значит, он наверняка в магазине или возле пьяной палатки.

Перед подвигами он непременно должен добавить, по себе знаю… Чего

ждешь, Егор? – поторопила она. – Иди! Быстрехонько обегай все злачные

места и возвращайся. Не найдешь – дальше будем думать. Мобильник с

собой? (Добряков кивнул.) Отлично. Если увидишь - сам ничего не

предпринимай. Позвони мне и жди, я подойду.

– Ты думаешь, это выход – искать его по пьяным местам? – скривился

Добряков. Одна только мысль о той палатке была ему нестерпима.

– Мне думать особенно некогда, дорогой. Искать надо. А поэтому прошу тебя