Ну, понеслось!
Шрифт:
Мы с огромным аппетитом позавтракали.
После еды мне ужасно захотелось спать. Кевин еще завтракал, а я сидела за столом и клевала носом.
– Гостья из меня никакая, прости. Засыпаю.
Я попыталась взять себя в руки, но Кевин сказал:
– Это нормально. Мозг после перегрузки пытается прийти в себя. Я тебя провожу и принесу одежду.
– Да? Мою?
– Нет, тогда к тебе не заехали. Ты уснула, мы с Ником не стали будить.
– Угу… – вяло кивнула головой.
– В прошлом году был большой забег на городском празднике спорта. Наши тоже бежали, так что я найду тебе пару коробок с новой экипировкой.
Я дотащилась с ним до спальни и рухнула в кровать, не дождавшись обещанной одежды.
Как оказалось, я проспала до самого утра. Потом что-то меня разбудило, но хоть Кевина рядом не оказалось. Спасибо и на этом.
Приняв душ, голодная и отдохнувшая, я полезла в большую картонную коробку, оставленную на кожаном кресле, и начала подбирать костюмчик. Нашла белую футболку, оранжевые треники и белые кроссовки. Потешно смотрелось, конечно. Свою грязную одежду я собралась постирать, но машинку не обнаружила, так что сложила все в пакет и пошла разыскивать Кевина. Первым делом я заглянула на кухню, заодно мечтая перекусить. В желудке за двое суток побывал только вчерашний завтрак.
Кевина здесь не оказалось, и я робко вышла во двор, который был заполнен гостями.
В спортивном костюме я выглядела, как уличный мальчишка. А из подъезжающих машин выходили люди в вечерних туалетах. Что случилось? Что за праздник? Но хозяин, Кевин, одетый не лучше меня – в растянутые майку и шорты, – галантно открыл дверь синего лимузина и помог девушке выйти. У нее были зеленые с искорками глаза и светлые с золотым отливом волосы, собранные на затылке в пышный пучок. При виде Кевина блондинка, просияв, как солнышко, приняла его вежливую помощь. Она даже не пыталась скрыть своих чувств. В синем костюме, отделанном атласом, выглядела блондинка замечательно, очевидно, ее стилист и парикмахер без дела не сидят.
Судя по всему, гостья не просто знакомая Кевина, уж слишком по-хозяйски она держалась. Сложив руки с пакетом за спиной, я прислонилась к стене, раздумывая, что же делать и куда бы спрятаться. Я в своем костюмчике здесь как курица среди львиц.
– Кевин, рад вас видеть! Мы уже подумали, что вас не будет на выходные, – с достоинством поздоровался высокий мужчина, протягивая бледную пухлую руку. – Как дела? Вот мы здесь, как вы сказали.
Он говорил приветливо, звучным, даже излишне громким голосом, и производил впечатление человека обеспеченного. Кевин, видно, не стремился поддерживать разговор с мужчиной, но вежливо отвечал, при этом что-то обдумывая.
Во двор въехала новая машина, из нее выбралась нагруженная пакетами Марина Олеговна, знакомая мне еще по Дашиной свадьбе. Она привезла помощников и продукты в огромных картонных коробках. По ее приказу во дворе начали расставлять мангалы для шашлыка, выносить из дома столы. Странно, почему Кевин ничего не сказал? Я бы помогла.
Один из прибывших, молодой синеглазый мужчина с рыжей бородкой, подошел ко мне и тихо спросил:
– А вы кто такая? Я здесь всех знаю, а вы откуда?
Я хотела ответить резко, но подумала, что он может быть охранником и обязан спрашивать странных гостей вроде меня. Пришлось быть вежливой:
– Я работаю в корпорации у Кирилла Борисовича.
Когда он медленно меня осмотрел, губы скривились в легкой усмешке:
– И
Я кожей ощущала неприкрытую враждебность мужчины, который, судя по всему, чувствовал здесь себя как дома. В отличие от меня.
– Да, это все, – спокойно пояснила я и стала взглядом искать пропавшего хозяина.
– Кевин со своей невестой разговаривает, – пояснил гость, не скрывая презрения ко мне.
Ясно… Невеста, семейный праздник. Мило. Я тут явно лишняя. Боль оказалась запоздалой, но сильной.
Стиснув зубы, я деловито кивнула, потом уставилась вдаль, стараясь придумать подходящий предлог, чтобы уйти с достоинством. Были бы у меня часы или телефон, я бы с озабоченным видом посмотрела на них, а потом, сославшись на встречу, ушла.
С трудом сфокусировала взгляд на оживленном лице высокомерного гостя.
– Вы не передадите кое-что хозяину? – И как бы невзначай с досадой добавила, изображая нетерпение: – У меня на сегодня назначено еще столько встреч… Пусть позвонит, когда освободится, а мне пора.
Кивнув на прощанье насмешливо поглядывающему на меня мужчине, я деловито ушла в гущу гостей, по направлению к кованым воротам. Губы стали чужими и бесчувственными, но я собралась и даже кокетливо улыбнулась охраннику. «Что только не сделаешь, чтобы хотя бы внешне сохранить свое достоинство», – совершенно некстати пронеслось в голове.
Мужчина, сообщивший мне о светловолосой невесте Кевина, явно расслабился. Не могу сказать, в чем конкретно это проявилось, но он даже внешне изменился. Интересно, какая ему выгода от свадьбы Кевина? Так… а мне какая?
Появилось желание надавать себе тумаков – знала ведь, что для него я просто развлечение! Потом и ему – зачем соблазнял? Себе следовало добавить за то, что почти поверила, а ведь не девочка! Я решила еще раз прогуляться по двору, ожидая, пока гости из очередной машины войдут в дом. Ну их, пусть делают что хотят! Буду жить, свято помня, что мне никто не нужен. Вот только я не понимала, как в дальнейшем держаться с Кевином, и это беспокоило меня.
Уходить, по словам Кевина, опасно, но и оставаться невыносимо. Рыдать, страдать и зарекаться я не собираюсь, не дождется. Надоело! Не пропаду… Ну а что мозгов нет, тут ничего не поделаешь. Путь домой растянулся в бесконечность, но и там меня ждал большущий сюрприз. Возле моего подъезда стоял черный джип Тео, из которого, быстро открыв дверь, буквально мне на руки свалилась загоревшая и счастливая Дашка в потрясающем воображение ярком сарафане. Весело меня оглядывая, она заявила:
– Люд, что тут у вас происходит? Ты спортсменкой заделалась?
День не задался с самого утра. Да и вчера… Люда испугалась, а у меня терпения не хватило дождаться, полез к ней. Знал ведь, что спугну. Проводил ее спать, принес коробки с одеждой, – надо поскорее отвезти Люду за вещами, – и устроился рядом, собираясь встать прежде, чем она проснется.
Утром, ни свет ни заря, позвонил Реджин. Я вылетел из спальни, стараясь заглушить проклятый звук, чтобы не разбудить Люду. Оказалось, сегодня воскресенье, и я обязан устроить обещанный фуршет для стаи. Вот знаменитая пушкинская фраза «и вырвать грешный мой язык» написана явно про такие случаи. Из дальнейшего телефонного разговора выяснилось, что Ярослав с гостями не поехал, а они не знают, где искать мой дом.