Ну, понеслось!
Шрифт:
Через полчаса я подъехал к воротам дома Николая, по праву вожака претендуя на его гостеприимство. Первым делом поселюсь по соседству и сразу объявлю вызов всем, кто считает меня слабым, заодно успокоив недовольных нарушением обычаев.
Навстречу выбежали мальчишки Николая. Они, зная обо всем из разговоров взрослых, с любопытством разглядывали нового вожака. Дети – это святое для каждого оборотня, я открыл дверь и спросил маленького Сашку:
– Хозяева, кто из вас поможет отогнать машину?
Самого младшего посадил себе на
– Ну, мужик, веди.
Александр Николаевич, лет семи от роду, схватился обеими ручонками за руль, подсказывая:
– Сюда, а то там папина машина стоит.
Молодая пухленькая женщина, выглянувшая на шум, заметив сына за рулем чужой машины, в первый момент испугалась. Но я улыбнулся и махнул рукой, она смущенно кивнула и, позвав старшего, вошла в дом.
На пороге появился Николай, все еще в порванной рубашке и с раненой рукой. Ну да, он же только приехал. Николай настороженно вглядывался, будто пытаясь понять, с чем я пожаловал.
Поставив довольного «водителя» на землю, я поблагодарил его за помощь и сунул ему подаренный Никитой новый нож с рукояткой, украшенной замечательной росписью.
– Ну, заходи, гостем будешь, – сухо позвал Николай в дом. – Мы как раз обедаем.
– Спасибо.
Жена, обнаружив нож в руках младшего, испуганно посмотрела на мужа. Все ясно, вернее, теперь многое для меня стало понятней – он женат на человеке, волчица бы никогда не испугалась ножа в руках сына. Вот и причина, по которой он встал на мою сторону. Только почему я узнал об этом только сейчас?
– Не бойтесь, это неопасная безделушка, сувенир. Сыновей ваших знаю, а нас не представили…
Вместо супруги ответил Николай:
– Мою жену зовут Сима.
Она меня боится? Что ей наплели? Неужели не знает, что женщины, тем более человеческие, в играх волков не участвуют? Для любого волка семья – самое главное, а значит, и уважение, и защита вожака и окружающих волков. То же и у лисов, хотя и у них есть отморозки вроде Эрнана.
Хорошо у них, простенько, но уютно. Огляделся и, улыбнувшись хозяйке, сказал:
– У вас комфортно.
Хозяйка кивнула и поспешила налить мне наваристого борща.
– Сто лет не ел домашнего, спасибо, – поблагодарил я, принимая тарелку. Она вновь улыбнулась и принялась накладывать второе.
Немая? Я строго посмотрел на мрачного супруга, он что, ее бьет? Откуда запах страха? Надо заступиться? Николай мне приятен, но надавлю так… Но тут жена поставила перед ним тарелку с мясной подливкой, и он с улыбкой поблагодарил.
Тираны не благодар ят, а воспринимают заботу как должное. Значит, дело не в нем. Закончив с нами, Сима собралась удалиться, я тут же спросил:
– А почему вы с нами не садитесь? Так нельзя. И мальчишки…
Она удивленно на меня взглянула и тихо сказала:
– Спасибо. Они уже поели.
Так. Не немая.
– Вы извините, что я к вам с пустыми руками. – Я не замечал
После обеда мы перешли в гостиную.
– Я смотрю, ты совсем жену задавил. Какие же сыновья у нее вырастут?
– Я задавил? Это ведь моя жена! – возмутился, чуть не подавившись от злости, Николай. – Здесь даже полукровкам вздохнуть нельзя, я давно собирался все бросить и идти в клан Тео, но началась война, и это стало невозможно.
Это я упустил. Но, чтобы изменить подобное отношение к полукровкам и людям в клане, Тео понадобилось полвека. Неужели мне предстоит сделать то же самое в стае?
– Так, Николай. Звони всем и сообщай, что вожак хочет покончить с недопониманием. Пока не говори, что я у тебя, скажи им, что завтра буду у Ярослава.
Тот кивнул.
– Пойми меня правильно. Я не хочу мешать твоей семье, и мне неловко за доставленные хлопоты. – Николай слушал меня, опустив голову. – Но с такой рожей ехать по магазинам не могу, так что я… В общем, купи жене и детям гостинцы, я все оплачу. Поверь, это не из-за недостатка уважения, просто ждать, пока все заживет, я не могу.
– Я что, не могу гостей пригласить? – возмутился Николай.
– Можешь. Я не тебе подарок делаю, а жене и детям.
– Не нужно со мной расплачиваться.
– А я и не расплачиваюсь. Я ввалился с пустыми руками в твой дом, и дело здесь не в оплате, а в элементарном воспитании.
– Это ненормально!
– Ненормально штаны на голову надевать. Иди и не вздумай экономить. – Я сунул деньги в его руку. – Это приказ!
Николай, надувшись, ушел, а я еще раз огляделся. Скромно они живут для столь значимого человека в стае. Да, все же Тео нас избаловал. Пусть он постоянно грозится вычесть копейки за сломанную офисную мебель, но строго следит, чтобы мы отдыхали там, где хотим, баловали жен и давали детям хорошее образование.
В гостиной сидел только Сашка, за ярким детским столиком возившийся с пазлами. Подхватив его на руки, я вышел в крошечный сад за домом.
– Саш, ну как ты живешь? В садик ходишь?
Он покачал головой.
– С мамой сижу. Скоро в школу пойду, как Вовчик, – гордо сообщил мне малыш.
– Ну все! Раз в школу, значит, совсем взрослый. У папы машину отберешь и будешь с друзьями кататься.
Малыш захихикал, видно, он уже размышлял о чем-то подобном.
– Папе на совете волков помогаешь?
– Я? – Он взглянул на меня ошарашенным взглядом и сурово ответил: – Я же полукровка, мне нельзя к чистым.
Я сжал кулаки. Совсем они тут обнаглели! Волчат в стаю не пускать… Сашке, внимательно за мной наблюдающему, пообещал:
– Ну, я им скажу, и тебя пустят.
– А ты правда вожак? – Прищуренный недоверчивый взгляд, полный надежды.
Мне захотелось его обнять, я поднялся и, под довольный хохот мальчишки, пару раз подкинул Сашку в воздух. Малыши – они такие наивные, чудесные. Я улыбнулся: