Носители искры

Моисеева Ольга Юрьевна

– Мне надо поработать над бросками с проходом в ноги, - констатировал я.

Всё ещё слегка пошатываясь, Белов согласно кивнул, и мы с ним пожали друг другу руки.

– Слушай, Стёп, - спросила Ленка, провожая взглядом уходившего в раздевалку Женю и сопровождавшего его Скана.
– А вы что, свои драконьи возможности, когда тренируетесь, не подключаете?

– Нет конечно, зачем? Это же тренировка тела, а не околиста. Мы должны хорошую форму физическую поддерживать.

– А разве околист сам этого

не делает?

– Околист у нас давно уже ничего сам не делает, мы просто пользуемся протянутыми им связями, когда возникает такая необходимость. А что?

– Да ничего...
– Ленка казалась смущённой.
– Я просто... ну, в общем, мне как нулу это любопытно.

– А-а... Ну, так ты в следующий раз попроси, мы с Женькой специально повыпендриваемся.

– Не надо, - рассмеялась Ленка.
– Наоборот, я рада, что это именно ты, а не твой околист, одержал над Беловым верх.

– Это был дружеский поединок...

– Ага, - с готовностью кивнула Ленка.
– Вот ты ему чисто по-дружески и вломил. Ладно, пойду я, пожалуй. Пока!

Она повернулась и направилась к двери.

– Пока, - я пошёл было к раздевалке, и тут, вспомнив про выставку, крикнул: - Ленк, подожди!

– А?
– Ленка обернулась.

– Слушай, - я подошёл к ней.
– Ты извини меня, пожалуйста, что я тогда возле рисунков так завис. Ты ушла, а я даже не проводил, прости, я был под таким впечатлением!

– Да ладно, ничего, ты же первый раз был на нашей выставке, хотел посмотреть.

– Не то слово, я раньше никогда таких картин не видел, честное слово!

– Верю, - улыбнулась Ленка.

– Интересно, а потенциары тоже могут так рисовать?

– Наверное, - она пожала плечами.
– Хотя у нас тут они как-то другим занимаются... в общем, не знаю, я их картин не видела.

В Ленкином кармане запищал телефон, она извинилась, взяла трубку и быстро с кем-то переговорив, сказала:

– Ох, слушай, Стёп, мне пора бежать, детишек надо на обследование отвести! Кстати, твой Серёжа тебе привет передаёт!

– Спасибо, я тут недавно заходил его проведать, он вроде уже вполне освоился, с другими ребятами подружился. Весёлый такой! Сообщил мне, что станет драконом, когда вырастет.

– Да все они, эти мальчишки-потенциары, рвутся в бой и мечтают стать драконами, - рассмеялась Ленка.
– А мы, взрослые, наоборот, надеемся, что когда они вырастут, никаких драконов уже не будет. И у Серёженьки, между прочим, большие шансы этому поспособствовать - он ведь у нас такой особенный оказался!

– Да, я слышал про уникальные свойства его организма, что чуть ли не сыворотку планируют из его крови получить, чтобы ввёл кому угодно и - бац!
– околист подавлен.

– Ну, до этого пока ещё далеко! Но, в принципе, да, планируют. Ну всё, Стёпка, я побежала, пока, увидимся!

– Увидимся, -

улыбнулся я.

– Сумароков!
– из раздевалки выскочил Белов с телефоном в руках.
– Ты чего застрял? Давай быстро сюда!

– А что случилось?
– я побежал к выходу из зала.

– У Сорвирога для нас задание!

Мониски

– Какого хрена?!
– возмущался Жбан по пути в гараж.
– Почему это обязательно я должен рулить?

– Так ты же просрал Кибера, тебе и отдуваться!
– резонно заметил Белов.

– Я просрал?!
– заорал нул, разворачиваясь к нам лицом.
– Да это вы всё с ним тут сопли разводите, словно он дитя малое: ах, наш Кибер! ой, наш андроид! Ох, он искусством интересуется, смотрите как здорово, пусть посидит на выставке, не мешайте ему развиваться...

– Слышь, Жбан, достал уже истерить!
– перебил его Белов.
– Если ты знал, чем это может для андроида кончиться, - нечего было своей Ленке потакать, а если не знал - то хреновый ты программист, - в любом случае, сам виноват!

– Так это Ленка Кибера на выставке усадила?
– улыбнулся я.
– Вот же любит человек к искусству всех приобщать!

– Что значит - всех?
– насупился Жбан.
– Она и тебя, что ли, тоже туда водила?

– Ну водила, а что такого?
– с беспечностью в голосе осведомился я, от души потешаясь над его ревностью.
– Выставка - класс! А сидящий на стульчике Кибер с альбомчиком и карандашами в обеих руках - это вообще нечто!
– можно сказать, один из самых интересных экспонатов.

– С альбомчиком? Он что, рисовал?
– удивился Белов.

– А ты думал, почему он с катушек-то съехал?!
– взвизгнул Жбан.
– У него все карманы забиты скомканными рисунками!

– Ох, ё-моё!
– хохотнул Белов.
– А я-то думал, он только чего-то там рассчитать хотел и картины чересчур глубоко анализировал.

– Ну, в общем, да, анализировал, - согласился я.
– И пришёл к выводу, что не сможет приобщиться к художественному творчеству, если не внесёт в своё видение мира правильные искажения.

– Правильные искажения?
– Белов нахмурился, осмысливая странное до невозможности словосочетание.
– Вот хрень бредовая! Теперь понятно, почему у него мозги заклинило.

– Доприобщался, б...ь, железка чёртова!- выругался Жбан, открывая гараж.
– Завис, старый болван, намертво! Чёрт знает, сколько мне теперь с ним возиться придётся...

– И что, он может вообще больше никогда не заработать?
– обеспокоился я, заходя вслед за ним в гараж. Старый Кибер мне нравился, да и не только мне, многие на базе были к нему привязаны, и потерять его - значило для нас не только лишиться суперводителя.