Норы аспидов
Шрифт:
— Там три лезвия, на стопоре, при разрушении ошейника слетают со стопора. Еще срабатывают по команде хозяина и при смерти хозяина. Ну и при нарушении контрольного срока.
Он вытащил приборы, стал обкладывать ошейник амулетами, водить руками.
— Хорошо что я попался, а то ни один маг не пробился бы через керамит, наверно потому и выбран. Самый инертный к магии материал! Таак а что тут такое, стопор, ага носитель заклятия, совершенно в пыль. А вот и модуль управления, тоже в пыль. Защита от просмотра… О тебе повезло она тоже в пыль а то бы мы тут были бы очень разочарованы, я и особенно
— Почему же там всё разрушено?
— Непонятно, керамит не коррозирует. Ах да ты же из хрога стрелял, ну так все что не из керамита развалилось. Ничего удивительно, связь на дубль кристалле сразу и рассыпалась, так что внешнее управление на первом десятке выстрелов и развалилось. Носители заклинаний тоже на керамит не нанесешь, так что и они в труху. Ну когда я на тебя контроль буду вешать такой ошибки не допущу (Сами понимаете, что после этих слов, господин Кымру мне как-то стал несимпатичен!).
— И что, господин вы его снимете?
— Не так быстро, защита от разрушения на месте, стопор довольно нежный, так что ты пока из хрога не стреляй. В любой момент во время стрельбы развалится, и чик голова с плеч. У тебя ведь мозг в голове? Не зря же на шее тебе ошейник развесили, ха ха.
«Авианосец» накренился описывая вираж на траверзе пятиглавой горы, вершина её зацепилась за облака распоров их мягкое подбрюшье.
— Скажите господин, тут видите ли у меня есть связь с другими ошейниками…
— С группой поддержки! Они замкнуты на твой? Очень разумно!
— Так что с ними будет?
— Да ничего страшного, у тебя кристалл разрушен так что передать твой ошейник ничего никогда не сможет, и уже мне кажется, давно.
Сказать что камень с моей души упал, это кажется не сказать ничего. Меня как будто развязали, хотя я по прежнему был скован. Поганый Атт ужо я с тобой разберусь! Кажется я выпал из мира на несколько минут, Кымру уже в нетерпении теребил меня за лицо. Что то спрашивал кажется. На мостике стояли несколько охранников, Кымру да я притороченный к стене. Кинув взгляд за борт я увидел своих товарищей связанных двумя палубами выше. Что же я знаю про тебя, мой будущий господин?
Ты силен, намного сильнее меня!
Ты маг, говорят не очень умелый, но сильный.
Ты умеешь телепортироваться, и в твоей власти всегда покинуть поле боя
Ты можешь оживлять мертвых демонов, но не можешь животных.
Ты очень умен, и рассчитываешь на много ходов.
Из всех вариантов решений ты выбираешь наиболее рациональный.
Ты умелый боец, временами ты плавно и быстро двигаешься.
И самое главное все таки ты не воин!
Клёкот часто наставлял меня, в ситуации, когда можно просчитать, и ты свободен в выборе решения то считай и выбирай. В ситуации когда все против тебя, не считай не выбирай, а решив действуй.
Он, Великий отвернулся. Капелька слюны, соскользнувшая из уголка моего рта скатилась на прочную цепь, не заметила её полетела дальше к полу. Звено тихо звякнуло, и мне пришлось кашлянуть что бы скрыть.
Он что то заметил, но его подвела вера
Взмах руки, и распоротая вместе с брюхом броня опадает, с ближайшего тигрового гвардейца. Двое других начали шевелится, но им не верится, они слишком умны. А здесь нужны машины, а не мыслители. Переходим на нижний уровень, срезаем ноги второму, тот падает, небрежный плевок в исказившуюся морду. Третий палит из крипта, но тот разумеется не наводится на мое тело. Две кисти, как два копья сведенными пальцами пронизывают его грудь. Фонтан крови, что там Кымру, ему пора проснуться! Ныряю за массивную тумбу, мимо меня проносятся шевеля воздух потоки силы. Фальшборт за моей спиной скручивается диковинной спиралью. Слышу тревожные крики. Бросаю себя в два касания над тумбой. Надо сблизить дистанцию. Мне не по себе, мои когти не справляются с его шкурой!
Удачно! Я за его спиной! У него теперь нет головы, чтобы что-то рассмотреть ему приходиться крутится всем телом. Голос он тоже потерял, и теперь только тихонько визжит. Рана на месте тонкой шеи фонтанирует тонкой струйкой крови. Струйка поочередно обдает переборки и палубу, рисуя замысловатую скоропись. Быстро накатываюсь на его спину вязью взмахов. Белая чешуя скрипит разлетаясь по палубе, обнажая черную плоть. Та поддается гораздо легче. Откатываюсь назад уворачиваясь от взмахов молотообразных рук. С удивлением замечаю как чешуйки на спине сдвигаются закрывая брешь. Бросаюсь еще и ещё, тот же результат я рублю а они смыкаются. На мостике тем временем появляются фигуры охранников, похрустывая чешуйками на полу они изготавливаются к стрельбе.
Только наши быстрые движения, и взаимные перемещения мешают им открыть огонь.
Я в отчаянии набрасываюсь на Кымру, и разражаюсь вихрем уколов. Кымру отмахивается и наконец ему удается повернутся ко мне грудью и я замечаю, что она черна. Чешуи на ней нет!
Отчаянный подкат, ошметки черной плоти, два фонтана уже не тонких заливают палубу. Четырехрукое тело падает на палубу, оставшиеся на теле чешуйки пытаются сползтись на раны. Охранники потрясены и поэтому не стреляют. Вдруг тело Кымру отчаянным рывком перебрасывает себя через борт и падает в бездну.
Я бросаюсь к борту мостика, и вижу что тело цепляясь за оборудование, тросы, переваливается через очередное препятствие и исчезает за бортом небесной громадины. Вот те раз, что за трюк? Потом припоминаю что Кымру и в прошлый раз когда я подловил его в ущелье хрогом, отлично пережил и прямое попадание, и падение с высоты, и пламя пожара. На этот раз, надо понимать, мне было явлено тактическое отступление.
Вопрос надолго ли он отступил?
Охранники, опоминаются, и начинаю палить в меня, дырявя надстройки. Я прикрываясь еще более менее уцелевшим оборудованием подбираюсь к ним поближе.