Норы аспидов

Романчук Иван Васильевич

Мимо проходил незабвенный мной «Змей Горыныч», я дернул его за лямку сумки:

— А ты чего? Давай снами, приседай! А то что гости едят а хозяин бродит… В наших краях так не принято!

— О, друг а что же в ваших краях принято?

— Чтобы гость отведал угощения с хозяином, а то вдруг отравить хотят!

— Нуу, я вижу в ваших краях очень веселая жизнь!

— А то, видишь какие и мы веселые, мог бы догадаться.

Он присел с нами бесцеремонно отодвинув парочку местных любопытных, и налег на угощение…

— Кстати откуда вы ребята, не расскажете ли а то очень уж

любопытно? Явно вы не из наших широт это заметно…

Ваззенрог жуя аппетитного храка, осведомился:

— А почем так заметно?

Змей хохотнул:

— Много всяких признаков, ну например оружие ваше, у нас так не строят, считается устаревшим. Да и слова вы в разговоре используете которые здесь не используют, как то архаично ваша речь звучит. Да и очень уж вы круты, у нас таких не бывает. У вас должно быть много воюют.

Хмм что за партизанское движение, у них тут такое? Парочка залетных спецназовцев и так их впечатляет? Странные веши проскальзывают в словах у этого Змея? А мне же Нини рассказывал, что местные туземцы воюют с маарверном уже не одну сотню лет. Должны же были образоваться местные Рэмбо? Кто то из них врет либо Змей либо Нини. Я глянул на маарвернца, тот внимательно смотрел на меня крутя щепочку в руках. Что на меня уставился? Хотелось взять его за шиворот и потрясти его как следует. Хотя конечно сколько я знаком с этим Змеем? Пару часов… А сколько с Нини? Уже двое суток, да и выпивали мы вместе…

Тут я обратил внимание на щепочку в руках Нини, он крутил её в руках время от времени проводя царапинки на поверхности широкого пальмового листа. Затем заворачивал лист скрывая результат. Заметив что я понял смысл его действий, он отвернулся от меня и сделал вид что увлечен трапезой.

Тем временем Хратт как всегда словоохотливо и пространно расписывал и далеких северных кручах, и скалах на которых под самым небом громоздит свои тотелмы город злобных кланов. И то что мы скромные наемники, и крутые профессионалы, который ввязались в эту крайне провальную экспедицию.

Тем временем маарвернец украдкой скинул лист с широкого камня служившего столом как мусор на пол. Я выждал несколько минут и как бы невзначай уронил кусок торитрепанга на землю и нагнулся его поднять. Пока поднимал, завернул его в лист Нини.

Затем принялся есть держа еду в листе. За несколько кусков, удалось прочесть записку маарвернца:

— МЫ В ЛОВУШКЕ, ЭТО НЕ ПАРТИЗАНЫ, ЭТО РЕНЕГАТЫ!

Вот те раз, и кто такие эти ренегаты. Ну если учитывать что они должны предаться врагу, а враг у местных один — Маарверн, то значит мы окружены их агентами?

Затем откусив последний кусок я прочел только одно имя:

КЫМРУ!

Сколь веревочке не виться скорое придет конец, удирали мы удирали, но явно недалеко. Нисколько я не удивился, когда Змей произнес за моей спиной:

— Проникающий Взглядом хочет поговорить с тобой, воин северных земель.

Мои товарищи стали собираться поправлять снаряжение собираясь идти со мной.

— Нет, нет друзья, вы сидите отдыхайте и расслабляйтесь, вы устали а тут очень безопасно!

Я кивнул им, сидите мол все рано мне ничем помочь не сможете.

Я оглянулся, выгадывая пару мгновений.

Надо обдумать что ещё можно сделать. Из всех здесь присутствующих наиболее полной информацией обо мне обладает «Змей».

Он же (как ему не повезло!) совершенно не может повлиять на меня своей особой магией. Легкая добыча!

Вот что известно про меня Кымру, вопрос вопросов!

Змей повел меня по хитроумно сплетенной из живых ветвей лестнице вверх, куда то к склону ущелья. Несколько любопытных детенышей ашти сопровождали нас наивно укрываясь в зарослях, только золотистые шкурки просвечивали сквозь синеватые бахромчатые листья.

Змей шел впереди меня, одна из его голов повернулась назад и с любопытством рассматривала мои когти. Когда заросли кончились, и лесенка ставшая каменной завилась среди скалистых выступов, назойливые наблюдатели отстали.

Пора!

Я поманил маленькую головку пальчиком, доставая нечто из сумочки. Несмышленая головка потянулась к сумочке. Резкое движение и она покатилась по ступенькам, не скатилась бы до конца, затолкал быстро ногой в какую-то трещину. Врал скотина, не дети это его! Сразу развернулся вытаскивая из сумок и ножен, орудия убийства, магические смеси и амулеты. Что то он слишком много доставал, запутался весь завошкался, потом видимо вспомнил, бросил магией заниматься, схватился за клинки отмахиваться. И уже истекая кровью собрался было скатится бесформенным мешком по каменным ступенькам вниз. Ээ нет, перехватил его и сбросил в каменную дыру, там полежи «Змей Горыныч Трехголовый» уже правда безголовый.

Тщательно обтер когти и проверил не видно ли где капель крови, оправился и продолжил подъем.

Интересно успели долететь ли мои товарищи до Арккрасса? Потом прикинул нет не успели, максимум двое суток прошло как расстались. Придется еще пожить, как бы не тяжело. Значит будем разговаривать, подчинятся, внимать.

Лесенка кончалась узкой вертикальной трещиной, вглубь черноты по глыбам скал вилась тропинка. Из черного зева пещеры могучим потоком зливалась опасность, да что там опасностью была налита до краев мирная долина за спиной. Не надо было мне здесь быть, не стоило здесь трепыхаться. Давно пора было следуя инстинктам, брость все таясь по верхушкам скал исчезнуть с поля зрения всех, и Атта и Кымру.

Я вздохнул, ухватился за выступ на стене рукой, кинул себя навстречу судьбе.

Постепенно мои глаза переключились на ночное зрение. Трещина раздваивалась троилась, и прочая-прочая. Неровные стены топорщились десятками кольев вбитых в них, обрывки лиан намотанных, на них нежно кались лица. Верная дорога угадывалась по более тонкому слою пыли, отмеченному десятками следов. Наконец извилистая тропа, приводит меня к наполненному светом помещению. Через прорубленные в стене наружу отверстия, в просторную комнату вливался дневной свет. Комната имела несколько уровней, сооруженных из грубых кольев, бревен и циновок. Уровни образовывали нечто вроде галереи. Краем глаза я смог углядеть сквозь паутину веревок и лиан, массивные колонны украшенные тонкой резьбой. Опустив глаза к полу я смог углядеть сквозь слой мусора, затейливую тонкую и как мне показалось, довольно свежую резьбу.