НОЛЬ НОЛЬ

Arutyunian Julius

– А как финансовая сторона? Тут, насколько, я увидел, вложено не мало средств. Если это никак не окупается за счёт клиентов, то как?

– Вы подошли к интересной стороне вопроса, - начал рассказ сыщик.
– Учёт у нас построен по самым современным технологиям. Бухгалтерия должна вестись аккуратно, да и юридически, мы должны делать всё правомерно…

– Чтоб потом Отто не мучился совестью… - вставил Шульц.

Косо взглянув в сторону напарника, детектив продолжил:

– Поставим вопрос несколько шире. Что такое помощь нуждающимся, и как она финансируется? Если у страдающих

членов общества нет денег, грубо говоря?
– он выжидающе окинул Феликса взглядом.

– Благотворительность?

– Именно. Мы создали анонимное благотворительное общество, и одолжили немного средств у тех, кому неплохо было бы заняться филантропией. В широком смысле… Порой человека не подтолкнёшь, он и не задумается, - Отто подошёл к окну.
– Вы считаете это преступлением? Мы же не используем деньги на… кхе, так сказать… вульгарное обогащение. Я, с тех пор как убедился в том, как работает государственная кухня, уже и не знаю кто имеет право готовить ужин… то есть вправе вершить справедливость…

– Да уж, в полицию не обратишься… Но для того, чтобы его вершить, как вы сами меня только что убеждали, надо хотя бы спуститься с небес, - банкир внимательно окинул взглядом присутствующих.
– Кто из присутствующих здесь, мог бы похвастать этим?

– С небес не знаю. А за подземелье могу поручиться, за себя и за Ренату, - глаза у Фема заблестели.
– И я, и она, родились заново. Это, думаю, и есть то, что вы имели в виду, ведь так?

В ответ Феликс пожал плечами и задумался. Он сидел за столом и, казалось, совсем ушёл с себя. Детектив отодвинул занавеску:

Подъехала машина Сильвии. Она здесь. Прошу пройти в хирургическую. Сейчас вы станете свидетелем массовых перевоплощений.

Спустившись на этаж ниже, они вошли в блестевшую холодом стерильности хирургическую. Оборудовано всё было по последнему писку прогресса. При входе пришлось одеть халаты, тапочки и шапочки.

  ***

Полулёжа в полу кресле какого-то неведомого хирургического назначения, Отто отвечал на вопросы стоящего у окна Шульца.

– Что, по вашему босс, было бы лучше в данной ситуации? Ну, допустим, соберём компромат, выложим в сети. Дальше что? А не навредим мы безопасности Англии? Людей, в конце концов, которые тут живут? И потом эти арабы…

Отто поморщился, и тут же получил выговор от Сильвии. Увернувшись от кисточки, он сказал:

– Что тут можно сказать… Разве правда может навредить? То есть, да может. Но может, это к лучшему… А угроза безопасности… Кому? Вы в окно посмотрите. Кто там ходит? Кто нам угрожал, уже здесь. Обратите внимание на этот национальный винегрет. Такое ощущение, что нас смешали для того, чтобы разобрать по веточкам, как в известной притче про веник… - он получил помазком по носу.

– То есть всё-таки, что же подрубит их корни, а босс?
– продолжал приставать Шульц.

– Деньги. Законодательство… Мы же не всесильны, в конце концов! Что тут рассуждать… Надо делать, что в наших силах… А знаешь, мы их не победим, - тут он задумался.
– Они ведь сами себя сожрут!

Тем временем в комнату вошла совершенно

новая Рената. Её было не узнать - блондинка, лицо, какое-то не такое.

Присутствующим пришлось даже немного прищуриться. Рената представилась как Фелисия Кверти. Фамилию ей выдумал неутомимый Шульц, поколдовав над клавиатурой. Как он выразился, многие имена и фамилии уже там вбиты. Надо только всмотреться как следует, и оно проявится. При этом Отто Макс почему-то стал Аароном Шулерманом.

«Оригинально для человека по фамилии Шульц…» - ворчал детектив.

Сам Шульц выдумал себе дурацкую фамилию Козак.

«Ты бы ещё Бен Ладен себе взял. Мы же тут не псевдонимы выдумываем! Такая фамилия выглядит подозрительнее, чем твоя новая внешность!» - ворчал Отто Макс.

А внешность была действительно, выдающаяся. Когда с обновлённого Шульца сняли полотенца, истерика продолжалась минут пять. Фем перекрестился, а Отто схватился за голову.

«Дисквалифицированный клоун! Петух с пролысинами и татуировкой на лбу… Ты похож на спасшуюся жертву китайской кухни!» - Отто был вне себя, - «Бежал из под поварского тесака…»

– Причём, чуть поздно… - усугубил Фем.

Его защищала Сильвия: «Вы ничего не можете понять в молодёжных тенденциях! Вы безнадёжно стары, и это будет только ухудшаться!»

Он отвечал ей комплиментом. А она опять: «Вот вот, уже начало ухудшаться!»

Когда в полдень раздался звонок от Дороти, всё было готово. Тем не менее, Рената, которая должна была встретить «гостей», дрожала как осиновый лист. Она знала, что будут несколько человек из банка, и один «бес», с Воксхолл кросс. Это была её первая встреча с опасностью, лицом к лицу. Её все настраивали и поддерживали. Но было страшно. Очень страшно.

  ***

– Добрый день, мы к Феликсу Леви, - произнёс один из вошедших. Это был знакомый Ренате заместитель отца по внешним операциям.

«Только бы не узнал…» - пронеслось в голове.

Но он был далёк от узнавания. Талант Сильвии был, как всегда, на высоте.

Он снял заснеженную шляпу, обнаружив аккуратную лысину. Остальные стояли за его спиной и были совершенно не примечательны.

«Какие-то серые волки…» - подумала Рената.

– Добрый день, вы можете оставить верхнюю одежду здесь, а потом следуйте за мной, - сказала медсестра Кверти, глянув на уткнувшуюся в журнал Дороти.

«Могла бы и помочь…» - пронеслось в голове у Ренаты и она цыкнула на секретаршу.

Та медленно подняла глаза на медсестру, и тут же уронила их обратно в развёрнутый журнал. Казалось, даже со звуком.

Рената специально отвлекалась на эти мелочи - лишь бы поменьше иметь контакт с гостями.

Те степенно сняли пальто, и причесавшись у зеркала проследовали по лестнице за Фелисией. У входа в палату Феликса, с очень печальным лицом, стоял доктор Крунштадт. Выглядел он совсем по другому, очень взросло, с какими-то медицинскими усиками. Нос был крупнее, а на глазах красовались круглые очки в золотой оправе. Сильвия состарила его лет на десять минимум. Он был весь седой и морщины незаметно подчёркивали накопленную мудрость.