Ночные грехи

Хоуг Тэми

— Иначе мы смогли бы задать ему эти вопросы, — добавила Меган.

Пол внезапно умолк и уставился на нее. Он выглядел еще более похудевшим, его нос заострился, глаза провалились глубже, однако он не выглядел измученным; напротив, казался возбужденным, как будто ситуация вызывала только дополнительный выброс адреналина. Меган не могла не подумать о Ханне, которая с каждым днем все больше походила на заключенного концлагеря.

— И что это, простите, значит? — спросил Пол.

— Пол, почему вы не сказали нам, что продали тот фургон Оли Свэйну? — Митч задал вопрос таким

тоном, словно это было почти неоспоримым фактом.

В изумлении Пол обвел взглядом офис и уставился на Митча.

— Я не продавал! Я говорил, что не помню, кто купил его, но это точно был не он. Господи, я уверен, что запомнил бы, если бы продал машину ему.

— Забавно, — усмехнулась Меган. — Именно это же и я говорила. Я сказала, что вы не забыли бы Оли, продав ему фургон.

— Я не продавал!

Митч взял факс и протянул его Полу.

— А в Управлении автотранспорта считают иначе, Пол.

— Мне глубоко наплевать, что там говорят в этом дерьмовом управлении! Я не продавал тот фургон Оли Свэйну! — Не в силах сдержать волнение, он вскочил со стула и вновь принялся ходить по офису. — Ну а даже если бы я его и продал? Какое это имело бы значение? Ведь это было четыре или пять лет назад, и…

— Сентябрь 1991-го, — заботливо подсказала Меган.

— Возможно, никакого значения это и не имело бы, — вмешался Митч. — Другое дело, что вы, похоже, лгали нам, Пол. А вот это уже имеет большое значение.

Пол хлопнул кулаком по столу, от ярости у него на шее вздулись вены.

— Я не лгалвам! Как вы смеете обвинять меня?! Мой сын все еще не найден!

— Вот мы и изучаем каждую улику, каждый обрывок информации, хоть отдаленно похожей на доказательство, Пол, — спокойно сказал Митч. — Мы просто делаем нашу работу.

— А что ты делал вчера вечером, когда твой единственный подозреваемый перерезал себе вены на руках? — не сдерживая ярость, с красным и искаженным лицом грубо заорал Пол.

Митч медленно поднялся, его лицо, казалось, окаменело. Он обошел вокруг стола, сжал рукой плечо Пола и силой усадил его на стул для посетителей.

— Сядьте, Пол! — Затем он наклонился над столом, присев на краешек своего кресла в обманчиво небрежной позе. — Давайте-ка уточним некоторые вещи прямо сейчас и здесь. Прежде всего, мы делаем все, что только возможно сделать, чтобы вернуть Джоша. Никтоне освобожден от проверки. Вы понимаете, что я говорю, Пол? Никто. Это — правило. Это наш метод проводить расследования. Мы не оставим ни от кого камня на камне. И если это задевает ваше самолюбие, извините, но вы должны понять: все, что мы делаем, мы делаем ради Джоша.

— Мы не говорим, что вы подозреваемый, мистер Кирквуд, — вставила Меган. — Мы выяснили всю историю автомобиля Оли Свэйна. И поверьте мне, я совсем не ожидала увидеть ваше имя в списке, как последнего владельца фургона перед Оли.

— Если вы отложите свои эмоции в сторону хоть на секунду, Пол, то сможете представить, как это выглядело для нас, —

сказал Митч. — Вы утверждаете, что не можете вспомнить, кто купил этот фургон, а он оказывается в руках человека, подозреваемого в похищении вашего сына. Вам следует радоваться, что я хорошо знаю вас. — Митч наклонился вперед и выразительно направил указательный палец в лицо Пола. — Потому что, это я вам говорю, окажись на моем месте другой полицейский, то у вас такая беседа состоялась бы в другом месте и как минимум в присутствии адвоката.

Пол заерзал на стуле, его лицо, полусердитое, полуобиженное, напоминало лицо наглого студента, пытающегося похамить в кабинете ректора.

— Я не продавал фургон Оли Свэйну. — Его голос немного дрожал. — Парень, который купил его у меня, должно быть, перепродал машину, не изменив документа на право собственности.

Митч с облегчением вздохнул и потянулся за факсом.

— Ты не помнишь, какое время года было, когда ты продал его?

— Я точно не помню. Весна, думаю. Апрель или май.

— Право на собственность было изменено в сентябре, — сказал Митч, протягивая документ Меган. Она вопросительно взглянула на него, что не осталось не замеченным Полом.

— Спросите Ханну, — сказал он воинственно. — Ханна помнит все.

— Разве вы не сохранили бы документы на продажу в своих налоговых отчетах? — поинтересовалась Меган. — Вы же бухгалтер…

— Наверное. Я нашел бы их сейчас, но я был занят поиском Джоша, и, откровенно говоря, я не мог… не вижу, какая здесь есть связь с чем-либо…

— Найдите их, — предложил Митч, становясь вновь «хорошим полицейским». — Это поможет нам связать кое-какие концы.

— Хорошо! — Пол скрестил ноги и передвинулся, чтобы не находиться под перекрестным огнем взглядов Митча и Меган.

Оценив его уловку, Меган также изменила свое расположение и, выйдя из-за его спины, устроилась прямо в его поле зрения.

— Мистер Кирквуд, у меня есть еще пара вопросов по поводу того вечера, когда пропал Джош.

— Я работал, — сказал Пол, устало потирая лоб.

— Ну да. В конференц-зале в своем офисе, — закончила за него Меган. — И вы никогда не проверяли свой автоответчик?

— Нет, — тихо ответил Пол, в то время как голос Джоша зазвучал у него в голове: «Папа, ты не смог бы забрать меня с катка после тренировки? Мама задержится, а я хочу домой».Дрожь сотрясла его тело. — Не тогда… После…

— После чего?

Папа, ты не смог бы забрать меня с катка после тренировки? Мама задержится, а я хочу домой.

Он вздохнул и наклонил голову, прикрыв глаза рукой.

— На следующий день.

— У вас еще сохранилась запись?

Папа, ты не смог бы забрать меня с катка после тренировки? Мама задержится, а я хочу домой.

— О, нет, — солгал он. — Я… Я не мог сохранить ее. Я не мог слушать.

Папа, ты не смог бы забрать меня с катка после тренировки? Мама задержится, а я хочу домой.

Пол задрожал, не сдержав подступившие рыдания.