Ночной рейс
Шрифт:
Описав полукруг, джип резко притормозил возле сводчатой двери. Они вышли из машины, и Рохас наказал водителю:
– Когда лейтенант Мотилина привезет старика и девчонку, передай ему, чтоб отвел их прямо в мой кабинет. Я приду попозже.
Рохас поднялся по ступенькам, ведущим к двери, и Мэннинг, которого сзади сопровождали двое охранников, последовал за ним.
Широкая каменная лестница, уходившая наверх, тонула в полумраке. Слева виднелась дверь – очевидно, за ней находилась комната охранников. Рохас
Двое солдат сидели за столом и играли в карты, а молодой сержант читал журнал, лежа на узкой койке. Один из игроков грязно выругался и отшвырнул свои карты. Второй расхохотался и потянулся к стопке денег, лежавшей в центре стола.
Увидев Рохаса, солдаты вскочили, опрокидывая стулья, сержант вышел вперед, торопливо застегивая гимнастерку.
Щелкнув каблуками, он отдал честь:
– Какие будут приказания, полковник?
– Возьми ключи и проведи нас вниз. Я хочу взглянуть на заключенного, которого мы поместили в подземелье.
Юный сержант вытащил из шкафчика связку ключей и вышел из комнаты, указывая путь. Щелкнул выключатель, и Мэннинг увидел зарешеченные железные ворота, которые раньше скрывались в полумраке.
Широкая каменная лестница с низенькими ступеньками уходила вниз, в темноту, и сержант включил еще одну лампочку. Снизу тянуло холодом. С потолка капала вода, сочилась по стенам на каменные плиты. Идти по мокрым скользким ступеням было довольно опасно.
Но Рохас двигался с поразительной уверенностью. Когда они добрались до конца лестницы, полковник задержался, закуривая очередную сигару.
– Это самая старая часть крепости. 1523 год. Нравится?
– А может, мы от светских разговоров перейдем к делу? – поинтересовался Мэннинг.
– Именно это я и собирался сделать. – Рохас двинулся дальше вслед за сержантом. – Скажите, какой предлог вы придумали для папаши Мелоса, объясняя цель вашей поездки в Сан-Хуан? Фотографии, не так ли?
– Вы чертовски хорошо осведомлены.
Рохас хихикнул, и эхо разнесло этот жуткий звук по каменному подземелью.
– Ну, конечно, осведомлен. Глупо спрашивать.
Сержант остановился возле окованной железом двери и быстро отпер ее. Вытащив из кармана фонарик, он передал его Рохасу, а сам отошел в сторону.
– После вас, друг мой, – расшаркался полковник.
Мэннинг осторожно ступил в темноту. Здесь царил пронизывающий холод, под ногами хлюпала вода. Когда Рохас включил фонарик, огромная крыса метнулась в угол и исчезла в дыре.
С другого конца камеры донесся слабый стон. Луч света скользнул по стене и замер, выхватив из тьмы человека, лежащего на узкой койке. От его грязной одежды остались одни клочья, он валялся в собственных нечистотах и был так слаб, что едва сумел шевельнуть головой.
– Вот человек, которого вы искали, мистер Мэннинг, – представил Рохас. –
Взглянув на Гарсию, Мэннинг почувствовал приступ тошноты. На лице узника жили только глаза, иссохшую и бледную, как у трупа, кожу покрывали пятна свернувшейся крови. На запекшиеся губы Гарсии страшно было смотреть.
– Хуан, ты слышишь меня? – спросил Рохас по-испански. – Сеньор Мэннинг хочет задать тебе несколько вопросов.
Рот узника открылся, словно зияющая кроваво-красная гнойная рана, из нее вырвался болезненный животный стон. Рохас со вздохом повернулся к Мэннингу.
– Мне жаль, сеньор, но, по-моему, он лишился языка.
С этими словами полковник начал хохотать, сотрясаясь всем телом. Его смех отдавался эхом в узких темных коридорах. Даже охранники пришли в ужас и с беспокойством перебирали в руках свои автоматы. Мэннинг, шатаясь, вышел из камеры. Рохас кивнул сержанту, тот запер дверь, и они начали подниматься вверх по лестнице.
Когда они вернулись в комнату для охраны, лейтенант Мотилина пил кофе и курил сигарету, стоя у окна. Рохас упал в кресло у стола напротив двери и снял шляпу.
– Как приятно пахнет кофе.
Мотилина щелкнул пальцами, и один из солдат поспешно поднес чашку полковнику.
– Старик и девчонка наверху?
– Сидят в вашей приемной.
– Я займусь ими в скором времени, – предупредил Рохас. – Но сначала хотелось бы перекинуться парой словечек с сеньором Мэннингом.
– Какие еще будут приказания?
– Этот человек в подземелье, Хуан Гарсия. Он отслужил свою службу. Выведите его оттуда и пристрелите. И оставьте здесь со мной двух человек.
На лице Мотилины не отразилось никаких эмоций. Он ловко щелкнул каблуками, отсалютовал и отдал необходимые распоряжения. Когда дверь закрылась, Рохас указал на стоявший перед ним стул, и Гарри сел на него. Полковник вытащил одну из своих длинных черных сигар и тщательно раскурил ее.
– Прежде чем перейти к другим вопросам, давайте разберемся вот с чем: старик и девушка не имеют ни малейшего представления о том, зачем я сюда приехал. Мне пришлось наплести им кучу всякой ерунды, что я, мол, фотокорреспондент и делаю статью для американского журнала. Они поверили.
– И тем не менее греки виновны в серьезном антигосударственном преступлении. – Рохас бросил зажженную спичку в чашку лейтенанта, и она погасла с легким шипением. – Впрочем, дело не в них. А в вас. Я хотел бы получить ответы на некоторые вопросы.
– Зря тратите время.
– Не думаю. Меня очень хорошо проинформировали относительно вас и ваших приятелей. Но кое в чем вы можете мне помочь. Этот цэрэушник, Моррисон, который готовил вас к выполнению вашей миссии. Он наверняка дал адреса агентов. Людей, живущих на острове, к которым в случае нужды можно обратиться.