Ночной рейс
Шрифт:
Гарри вытащил из кармана пиджака бумажник, открыл его и показал пачку банкнотов:
– Пятьсот долларов... тысяча. Назовите свою цену. Анна со свистом втянула воздух сквозь сжатые зубы.
– Папа, один рейс – и мы расплатимся с Микали. И все наши беды останутся позади.
Старик уставился на деньги как загипнотизированный, а потом медленно покачал головой.
– Если я пойду в Сан-Хуан, то, возможно, все равно потеряю судно. А так у меня еще есть время до конца месяца, чтобы отдать долг Микали.
Мэннинг изобразил улыбку.
– Ну
Разговор иссяк. Гарри сидел, разглядывая остров, и размышлял. Что же, черт побери, делать дальше?
Через несколько минут к нему подошла Анна.
– Мне жаль, – произнесла она грустно. – Мы стольким вам обязаны, но понимаете: для моего отца в этой лодке – вся его жизнь. Мысль о потере ее для него невыносима.
– И вы верите, что за месяц он сумеет собрать такую сумму и расплатится с Микали?
Девушка покачала головой и отвернулась. Ее худенькие плечи сгорбились, словно она предчувствовала беду. На какое-то мгновение Мэннинга пронзило странное ощущение жалости. Ему захотелось любой ценой утешить Анну, как утешают маленького ребенка, столкнувшегося с непосильными проблемами.
Раздался шум мотора: быстроходный катер, обогнув мыс Блейр-Кей, приближался к «Влюбленному эллину». Девушка подняла голову, вгляделась и тут же побежала вниз.
Вернулась она с отцом. Он облокотился о поручень и, нахмурившись, произнес:
– Похоже, сам Микали. Интересно, чего ему надо? Катер вел Димитрий, тот самый юнец, с которым Мэннинг так грубо обошелся в баре, а рядом стоял Микали, толстый громила. В лучшие свои дни он, наверное, был настоящим силачом, а теперь уже начал заплывать жиром. На его парусиновом пиджаке под мышками проступали большие пятна пота. Гигант вскарабкался по лесенке на палубу «Влюбленного эллина», а Димитрий остался за рулем.
– Какого черта тебе нужно? – спросил папаша Мелос по-гречески.
Вытирая носовым платком лысую голову, тот пророкотал:
– Не смей говорить со мной таким тоном, ты, старый стервятник. Я уже три дня за тобой гоняюсь. А ты постоянно ускользаешь у меня из-под носа.
– Не о чем мне с тобой разговаривать. Месяц еще не истек.
– Э нет, вот тут-то ты ошибаешься. Я тебе дал отсрочку только по доброте сердечной. – Микали бросил взгляд на Анну. – Я надеялся, что мы сможем обо всем договориться, но, кажется, ничего не выходит.
– Говори, чего надо, и убирайся вон с моего корабля, – вспыхнул старик.
– Наверное, ты хотел сказать – с моего корабля. – Микали вытащил документ и протянул папаше Мелосу. – Вот судебный приказ об аресте имущества. Ты должен заплатить мне долг до полудня пятницы. Тысячу двести долларов.
Старик, издав гневное рычание, вырвал у Микали бумагу и попытался со всего маху ударить его правым кулаком. Но возраст брал свое: Микали с легкостью отвел его руку, вцепился папаше Мелосу в воротничок рубашки и влепил хорошую затрещину.
Анна,
– Может, попытаешь счастья со мной? Мы ведь примерно в одной весовой категории.
Микали застыл на мгновение от неожиданности, потом грязно выругался и попер на Мэннинга, но тот заткнул ему рот своим кулаком. Толстяк пошатнулся, и Гарри ударил еще раз, перекинув незваного гостя через поручень. Раздался оглушительный всплеск, и туша скрылась под водой. Толстяк выплыл в нескольких футах от катера. Димитрий, ухватив его за рубашку, стал тащить на борт.
Мэннинг быстро спустился по лесенке, прыгнул в катер и помог мальчишке. Вдвоем они уложили гиганта на заднем сиденье: мокрая одежда прилипла к его огромному телу, из разбитого рта текла кровь. Гарри вытащил бумажник, отсчитал двенадцать сотенных купюр и сунул их в нагрудный карман Микали.
– Долг уплачен. Попробуй только сунься к старику – я тебе шею сломаю. Ты свидетель, – обратился он к Димитрию. – Микали получил свои деньги. Не забудь об этом.
Мэннинг стал на лесенку, а мальчишка завел мотор, и катер, описав длинную дугу, понесся обратно. Гарри смотрел ему вслед, пока он не скрылся за мысом, потом обернулся к папаше Мелосу.
Старик сидел на скамеечке рядом с рубкой и набивал свою трубку. Покончив с этим занятием, он выпустил облачко дыма и спросил, пожав плечами:
– Так мы идем в Сан-Хуан?
– А вы уверены?
Папаша Мелос кивнул:
– Что делать? Вы спасли мою жизнь, вы спасли мой корабль. Это судьба.
– А вы что скажете? – спросил Гарри девушку.
Она стояла у другого поручня, спиной к нему.
– Я не вижу иного выхода. – Анна обернулась и бросила на него мрачный взгляд. – Мы гордые люди, мистер Мэннинг. И привыкли возвращать свои долги.
На мгновение в душе Гарри вспыхнуло безумное желание сказать правду, предупредить, что, соглашаясь на эту авантюру, они рискуют не только кораблем, но, возможно, и жизнью. Однако, тут же вспомнив, для чего отправился в Сан-Хуан, он только пожал плечами.
– Вот и отлично. Собирайтесь побыстрее, а я готов в любой момент.
Глава 9
К югу от Андроса
Мэннинг проснулся с ощущением, что вроде бы и не спал. Взглянув на часы, с удивлением понял, что сейчас три часа ночи, натянул теплую штормовку и вышел из каюты.
Над водой поднимался легкий туман. Луна уже зашла. Но ночное небо словно драгоценности усыпали звезды; от воды исходило странное мерцание. «Влюбленный эллин» мчался с огромной скоростью. Гарри прошел по палубе, ощущая под ногами сильную качку, переступил через трех тунцов, которых они поймали вчера днем, и вошел в рубку.