Ночная тень

Коултер Кэтрин

Что же ей все-таки делать?

Найт снова увидел ее в той же позе, что и накануне у озера: девушка прислонилась спиной к толстому дубу и упорно смотрит на свои башмаки для верховой езды. Правда, сегодня волосы не распущены, а, как всегда, собраны в тугой узел на затылке.

— Доброе утро, Лили, — сказал он как можно приветливее, направляясь к девушке. Та вытянула перед собой руку, словно отгоняя нечистого или не давая ему подступить ближе, но Найт только улыбнулся и продолжал идти. Заметив на лице девушки выражение нерешительности, он поспешно сказал:

— Нет, не убегайте от меня сегодня. Лили. Откровенно

говоря, у меня нет настроения снова гоняться за вами. Оставайтесь на месте, пожалуйста.

— Почему вы не уехали? — едва не заплакала она. Возвращайтесь в Лондон! К своей проклятой любовнице? Уезжайте, пожалуйста! Не будь вас здесь, и сплетни бы давно затихли!

— Не могу, — покачал головой Найт, останавливаясь всего в каких-то шести дюймах от нее.

— Почему нет? Погода хорошая.

— Нет. Никто из нас не покинет Каслроэ, пока мы не поженимся. Потом мы отправимся в свадебное путешествие. Куда бы вы хотели поехать?

— Найт, прекратите! Умоляю, оставьте меня в покое!

— Я в восторге, что сегодня такой теплый день. Представить только, начало ноября, а жарко как летом. — Он снова улыбнулся ей, с такой теплотой, что Лили неожиданно ощутила, как повлажнел лоб. — Не хотите узнать, что я намереваюсь делать, Лили?

— Вы так или иначе скажете, поскольку обычно не предоставляете мне никакого выбора там, где дело касается вас.

— Сначала я еще раз сделаю предложение. Окажете ли вы мне честь стать моей женой?

— Нет.

— Хорошо, — кивнул он, по-прежнему не теряя самообладания. Ослабив галстук, он снял его и швырнул вместе с курткой на траву.

— Что вы делаете?

— Раздеваюсь. Потом собираюсь раздеть вас. Я овладею вами прямо здесь, под этим прекрасным старым дубом.

Глава 16

Лили уставилась на Найта, но он что-то рассказывал об истории этого дуба, не переставая расстегивать сорочку. Нет, он просто пугает ее. Ведь сейчас день, и всякий может их увидеть. С другой стороны, он уже осмелился войти в ее спальню, разорвать на ней ночную рубашку, дерзко, бесстыдно ласкал ее, целовал и заставлял кричать от наслаждения. Наслаждения такого острого, что она и не подозревала о существовании ничего подобного. Восхитительного наслаждения. Наслаждения, которое хотелось искать снова и снова. О Господи, она должна немедленно что-то сделать.

— Нет, будь вы прокляты!

Лили подняла юбки и бросилась прочь от него.

— Опять, — нахмурившись, вздохнул Найт.

— Лили, я совсем не хочу жениться на горной козе.

Он поймал бы ее достаточно быстро, не окажись они в этой проклятой дубовой роще. Она спряталась за дерево и, дождавшись, пока он побежит в одну сторону, порхнула в другую.

Найт остановился и стал ждать. Наконец из-за дуба показалась ее голова. Найт не пошевелился. Она тоже замерла.

Оба молча смотрели друг на друга.

— Может, вы все-таки по зрелому размышлению, подойдете ко мне?

— Нет.

Найт вздохнул. Конечно, она не раз играла в эту игру с детьми, и возможно, гораздо лучше его знает правила.

— Лили, когда у тебя в последний раз были месячные?

Лили сдавленно пискнула.

— Я не хотел тебя смущать, но видишь ли… мне, конечно, все равно, то есть, если ты вдруг забеременеешь… здесь в лесу ничего нельзя сделать, чтобы воспрепятствовать

атому… Тогда все проблемы решились бы сами собой. Ну а теперь желаешь ли ты ответить мне по-человечески, или будешь продолжать издавать мышиные звуки? — Но в тишине было слышно лишь хриплое дыхание. — Лили, можешь быть уверена, я собираюсь оставаться в тебе так долго, сколько смогу. Нужно же удостовериться, что я использовал все возможности, чтобы наградить тебя ребенком, сама понимаешь. Ну а теперь…

— Убирайся, Найт! Бесчестный жалкий человек, ты даже не любишь меня!

— Насколько мне известно, любовь не имеет ничего общего с браком. Умоляю, Лили, не нужно быть дурочкой, романтической кретинкой, да к тому же еще и безмозглой.

— Найт, пожалуйста, уходи. Нам не о чем говорить, совершенно не о чем.

— Довольно, Лили. Подойди ко мне. Лили, побледнев, отпарировала:

— Хочешь, чтобы я опустилась на колени и умоляла изнасиловать меня?

— Не будь идиоткой, — раздраженно бросил он, понимая, что хорошо задуманный план может не удасться. — Я не собираюсь принуждать тебя, может, разве немного… э-э-э, воодушевить, только и всего.

— Лжец! Выслушай меня. Ты презираешь меня, не выносишь, считаешь шлюхой, низкой развратницей. Как же можно жениться на такой женщине? Ты просто не можешь сделать это!

— Смогу и сделаю, вот и все. Я попросту забуду о других и постараюсь, чтобы ты не покидала моей постели, чтобы у тебя не оставалось ни времени, ни энергии преследовать мужчин.

Едва успев договорить, он рванулся вперед, но не смог застать Лили врасплох — та оказалась проворнее. Она нырнула под прикрытие очередного дуба, такого старого, скрученного, изъеденного временем, что Найт был уверен — они нашли место религиозных жертвоприношений туманного прошлого. Он попытался схватить ее, но в руках остался лишь воздух. Найт выругался и остановился, несомненно обдумывая чисто мужские и уже поэтому блестящие стратегические планы.

Лили наблюдала за Найтом, не доверяя этому сосредоточенному выражению лица. Лисьи глаза сверкали желтыми блестками. Потом он перевел взгляд на нее, и тут она осознала, осознала глубоко в душе, что проиграет. Она поняла также, что, наверное, хочет этого проигрыша. Возможно, в этой игре побежденных нет…

Найт подался влево, потом в мгновение ока метнулся вправо и поймал ее. Лили завопила, попыталась вырваться, но хватка не ослабевала.

— Попалась! — торжественно воскликнул он и притянул Лили к себе. — Ты в моих руках, Лили, — повторил он и поцеловал ее. — Сегодня начало нашей жизни вдвоем, и, черт возьми, ты должна признать, что это правда.

Лили не собиралась ни в чем признаваться, но хотела этого поцелуя и еще одного, и еще. Почему не сказать честно, что она готова на все, лишь бы он продолжал целовать ее так же страстно? Она прекратила сопротивляться.

Ее руки обвились вокруг его шеи, и девушка ощутила гладкость кожи и бугрящиеся мускулы под ней. Как прекрасно это мужское тело, как восхитительно чувствовать упругую плоть под кончиками пальцев….

Лили прижалась к нему еще теснее. Поцелуй Найта стал еще крепче. Его язык легко пробежал по тесной пещерке рта, не насилуя, не требуя, только гладя, лаская. Она нерешительно коснулась. его языка своим и мгновенно замерла, услышав стон. Неужели она может сделать с ним такое?