Ночная стража

Пратчетт Терри

— Да, да, если так надо, — отозвался Тильден. — Хотя мне это и не нравится. Это совершенно бесчестно.

— В таком случае, сэр, чтобы все было по честному, предлагаю, — начал Стук, — чтобы первыми обыскали нас, сержантов. Чтобы никто не усомнился в серьезности дела.

— Ладно вам, сержант, — Тильден слегка улыбнулся, — я не думаю, что вас можно подозревать.

— Нет, сэр, правила есть правила, — настаивал Стук. — Мы подадим хороший пример, так ведь, сержант Киль?

Ваймс пожал плечами. Стук ухмыльнулся,

достал связку ключей и передал их младшему капралу Коатсу.

— Приступай, Нед, — произнес он. — Сперва, разумеется, мой.

Дверцу открыли. В шкафчике Стука был тот же сомнительный беспорядок, что и во всех шкафчиках повсюду, но в нем определенно не было никаких серебряных чернильниц. Иначе, они бы почернели всего за день.

— Хорошо. Прошу, Нед, теперь шкафчик сержанта Киля.

Дружеская улыбка Стука остановилась на Ваймсе, пока полисмен возился с замком. Ваймс, бледный точно известь, посмотрел на него, когда дверца со скрипом отворилась.

— О боги, что у нас там? — спросил Стук, даже не удосужившись взглянуть.

— Мешок, сержант, — ответил Коатс. — С чем-то тяжелым.

— О боги, — повторил Стук, не сводя с Ваймса глаз. — Раскрой его, парень. Аккуратно. Мы ведь не хотим что-нибудь повредить?

Послышалось шуршание мешковины, а потом:

— Э… это половинка кирпича, — доложил Нед.

— Что?

— Половинка кирпича, сэр.

— Я на дом коплю, — проговорил Ваймс. Послышались какие-то смешки, но те, кто соображал побыстрее, вдруг забеспокоились.

Они знают, подумал Ваймс. Что ж, парни, добро пожаловать к Рулетке Ваймса. Вы крутанули колесо, так что теперь попытайтесь угадать, где окажется шарик…

— Ты уверен? — Стук повернулся к открытому шкафчику.

— Это всего лишь мешок, сержант, — повторил Нед. — И половинка кирпича.

— Может, есть потайная панель или что-то еще? — в отчаянии спросил Стук.

— В мешке, сержант?

— Что ж, это были наши шкафчики, — вдруг вмешался Ваймс, потирая руки. — Кто следующий, сержант Стук? — Шарик все по кругу катается, и где он остановится — никто не догадается.

— Знаете, лично я считаю, капитан прав, не думаю, что это кто-нибудь из… — начал было Стук, но тут же замолчал. Взглядом Ваймса можно было гвозди заколачивать.

— Полагаю, сержант, раз уж мы начали, то нужно довести дело до конца, — вмешался Тильден. — Только так и никак иначе.

Ваймс шагнул к Коатсу и протянул руку.

— Ключи, — потребовал он.

Коатс уставился на него.

— Ключи, младший капрал, — повторил Ваймс.

Он выхватил их из руки Коатса и повернулся к ряду шкафчиков.

— Итак, — произнес он. — Начнем с известного архипреступника младшего констебля Ваймса.

Двери открывались одна за другой. Пожалуй, их содержимое могло бы заинтересовать человека, изучающего запахи нестиранных

вещей или то, что может вырасти на забытых носках, но серебряной чернильницы не оказалось ни в одном из них.

Хотя в шкафчике капрала Колона нашлись «Любофные Прыключения Молли Хлоппок». Ваймс уставился на грубые, грязные гравюры как на вновь обретенного друга. Он помнил эту книжицу; в страже она передавалась из рук в руки долгие годы, и в молодости он многому научился по иллюстрациям, хотя большая часть нарисованного оказалась неверной.

К счастью, капитан Тильден этого не видел, и Ваймс запихнул книжицу обратно на полку и кивнул покрасневшему Колону:

— Изучаешь теорию, а, Фред? Очень хорошо. Тяжело в учении — легко в бою.

А потом он, наконец, повернулся к шкафчику Коатса. Тот следил за ним, точно ястреб.

Поцарапанная дверца со скрипом открылась. Шеи вытянулись, чтобы заглянуть внутрь. Стопка старых блокнотов, гражданская одежда и маленький мешочек того, что, будучи вытащенным на пол, оказалось бельем для стирки.

— Удивлен? — спросил младший констебль.

В половину меньше тебя, подумал Ваймс.

Он подмигнул Коатсу и отвернулся.

— Могу я поговорить с вами в вашем кабинете, капитан?

— Да, сержант, думаю, что да, — ответил Тильден, оглядываясь по сторонам. — О боги…

Ваймс позволил человеку забраться по ступенькам, потом последовал за ним и тактично закрыл дверь в кабинет.

— Итак, сержант? — вздохнул Тильден, рухнув в кресло.

— Вы везде посмотрели, сэр?

— Разумеется!

— Я хотел сказать, сэр, может, вы убрали ее в ящик стола? Или в сейф?

— Разумеется, нет! Иногда я запираю ее в сейфе на выходные, но я… уверен, что не делал этого прошлой ночью.

Ваймс уловил едва заметное сомнение. Ему не стоило этого делать, он знал. Тильдену было под семьдесят. А в этом возрасте человек относится к памяти как к неточному путеводителю по происшедшим событиям.

— Я знаю, сэр, когда у занятого человека забот становится еще больше, он может делать то, что потом просто вылетит у него из головы, — произнес он. Я и сам могу, добавил он про себя. Могу положить ключи в совершенно пустой комнате и не найти их через тридцать секунд.

— У нас у всех была трудная неделя, — добавил он, зная, что Тильден частенько засыпал днем, пока Снути не начинал громко покашливать, прежде чем войти к нему с чашкой какао.

— Да, это так, — согласился Тильден, в отчаянии отводя глаза.

— И вся эта затея с комендантским часом. Очень… тревожит. Я бы забыл где-нибудь свою голову, если б она не крепилась к шее, что?

Он повернулся и взглянул на зеленый сейф.

— Он у меня всего пару месяцев, — пробормотал он. — Думаю, я… отвернитесь, сержант, прошу вас. Может, все разрешится.